— Все готово, — объявил я, похлопывая его по руке. — Вам очень повезло. Когда попадете в Бостон или куда-нибудь еще, покажитесь своему врачу.

— Еще не все, док.

— Что такое?

— Я вынужден заставить вас остаться со мной до вечера.

— Что?

— Вы меня слышали. Вы знаете, что я здесь и что я почти здоров. Первым фактом заинтересуется полиция, а вторым — те, кто в меня стрелял. Вам придется оставаться на месте, пока я не закончу сегодняшнее дело.

— И каково же это дело?

— Я должен получить партию бочек.

— С самогоном?

— Нет, только бочки. Мне сообщили лишь, что они прибудут сюда до заката. — Он остановился и посмотрел на меня. — Они весьма ценны для меня.

Я застегнул на нем рубашку и обвел рукой всю кровь вокруг.

— Столько вытекло из вашей руки?

Знакомое восковое лицо неожиданно расплылось в улыбке.

— Ага. Я растер кровью рубашку, чтобы было похоже на ранение в грудь. Я быстро сообразил, что должен так поступить.

— Если это спасло вам жизнь, то я не имею ничего против.

— Как здесь обстоят дела с полицией, док?

— У шерифа Ленса есть несколько заместителей, но они никогда досюда не доходят. Вас никто не потревожит.

— Отлично! Теперь сообщите-ка остальным, что я наверняка выкарабкаюсь, но должен оставаться в постели. Запомнили?

— Да.

— Я скажу им, чтобы вас не отпускали, пока не подъедет грузовик. Разыграете карты правильно — вернетесь домой целым и невредимым. — Он поднял голос и закричал: — Марти! Фил!

Водитель и стрелок появились незамедлительно.

— Как себя чувствуешь, Ларри?

— Буду жить, вот доктор вам подтвердит.

Я кивнул, поднимаясь на ноги и собирая свое оборудование.

— Он в рубашке родился. Он очень слаб и не должен пока подниматься с постели, но пуля не задела жизненно важных органов. Если не разовьется инфекция, то через месяц с небольшим он встанет на ноги.

— Придержите дока, пока не приедет грузовик, — сказал мужчинам Спирс, имитируя слабый голос. — Я обещал, что после этого он может идти.

— Ясно, Ларри, — ответил Фил. — Пойдем, док.

— И пришлите сюда Китти, — приказал человек на кровати.

___Ферма была скромно обставлена, но в гостиной были стол и стулья. Фил указал мне место и сказал Китти:

— Твой черед. Он ждет тебя.

___Она обернулась ко мне.

— Как он?

— Слаб, но жить будет.

Ее лицо было бесстрастным, когда она обернулась и проследовала в спальню, закрыв за собою дверь. Фил сел за стол. Он скинул пиджак и возвратил револьвер в кобуру на поясе.

— Как насчет карт, док? В джин-рамми^{2} играете?

— Играю, — ответил я, — но как же Марти?

— Он не играет.

— Он хотя бы говорить умеет?

Фил посмотрел на дородного водителя.

— Скажи что-нибудь доку, Марти. Он думает, ты не умеешь говорить.

— Я умею говорить, — проскрипел голос.

— Господи, что у него с горлом?

— Плохой самогон. Сжег ему горло и едва в могилу не свел. Было время, когда торговали всем, что можно налить в бутылку. Да и сейчас многие торгуют, что и говорить.

Я задумался, не может ли Марти по какой-нибудь причине считать виновным в своем состоянии лично Ларри Спирса. Может, он продолжал на него работать только для того, чтобы сдать Толстяка нью-йоркским бандитам и отомстить?

Но я опять начинал вести себя как сыщик безо всякого на то повода. Грузовик с загадочными бочками вот-вот приедет, и все разойдутся по своим углам. Поскольку они до сих пор меня не убили, я был вполне уверен, что Спирс искренне решил сохранить мне жизнь.

Пока Фил раздавал карты, я спросил:

— Как думаете, кто стрелял в Ларри?

Он пожал плечами.

— Какой-нибудь нанятый снайпер из Нью-Йорка.

— Откуда он узнал, где Ларри находится?

— Следил за нами, я так думаю. Или же услышал от Бочонка Тони.

— Кого?

— Тони Баррелло. Но все зовут его Бочонок Тони, потому что он ими торгует — бочками. Сегодня он приедет с грузом.

— Скажите мне, что же внутри этих бочек?

— Ничего. Исключительно воздух.

— Ларри настаивал, что они ценны для него.

Фил взял свои карты в руки, но Марти подошел к нему и заглянул через плечо.

— Иди на улицу, Марти, — приказал он. — Жди грузовик. — Когда полный мужчина вышел, он сказал: — Действует мне на нервы. Всегда такой тихий. Никогда не догадаешься, что у него на уме. Где мы были?

— На бочках.

— Точно.

— Ларри сказал мне, они очень ценные.

— Ну, каждая стоит по шестьдесят баксов, а в грузовике ожидается двести штук. Значит, двенадцать тысяч долларов.

— Шестьдесят долларов за штуку за пустые бочки?

— Эти бочки особые, — улыбнулся Фил. — Вы сами увидите.

___Мы сыграли две партии в джин, и он оба раза выиграл. Мы едва начали третий розыгрыш, как Китти вышла из спальни.

— Он проголодался, — объявила она. — Я приготовлю ему сэндвич.

Фил покосился на меня.

— Разве при ранении в живот разрешено принимать пищу?

— Ну, пуля же не пробила ему желудок. Небольшая порция не повредит.

Она отправилась на кухню, где у них, видимо, было запасено немного холодного мяса и хлеба.

— Мне тоже сделай, — завопил Фил ей вслед. — И Марти тоже, верно, голоден. Уже второй час.

Китти принесла поднос с сэндвичами, двигаясь с непринужденной грацией, выдававшей в ней бывшую официантку.

— Где все вы находились, когда в Ларри стреляли? — невинно спросил я.

— Китти завтрак готовила, — отвечал Фил, хмуро изучая свои карты. — Мы с Марти еще не вставали. Мы легли вчера только за полночь. Я как раз просыпался, когда услышал выстрелы.

— Сколько всего?

— Три или четыре, мне показалось.

— Четыре, — сказала Китти. — Стреляли четыре раза. К тому времени, как я добежала до дверей, Ларри был уже на ступеньках, пытаясь вскарабкаться вверх. И никаких следов нападавшего. Ларри сказал, что стреляли из кустов возле дороги.

— Должно быть, он предвидел неприятности, раз взял всех вас с собой, — прокомментировал я.

— Ларри всегда чувствует угрозу, — согласилась Китти. — В особенности, если ему приходится иметь дело с типами наподобие Бочонка Тони. Тони торгует и с ньюйоркцами тоже. Непонятно, на чьей он стороне.

Ближе к вечеру я начал беспокоиться, соображая, не заметили ли уже мое отсутствие. Вероятно, нет, решил я. Стояла суббота, когда у меня не было приема без записи, а Эйприл находилась в отпуске. Шериф Ленс мог заскочить ко мне в гости, но мое отсутствие его бы нисколько не удивило.

В три часа дня я поднялся на ноги, сказав:

— Мне пора проведать моего пациента.

— Мне кажется, он заснул, — сказала Китти.

— Я только загляну одним глазком.

Я открыл дверь и заглянул внутрь. Толстяк Ларри лежал в своей постели с закрытыми глазами, но они мгновенно распахнулись. Я знал, что его рука под простынями сжимает верный пистолет.

— В чем дело? — спросил он. — Грузовик приехал?

Я зашел внутрь и закрыл за собою дверь.

— Пока нет. Я просто зашел проведать, как ваше самочувствие.

Он с трудом улыбнулся мне.

— Неплохо для человека с пулей в кишках. Они что-то подозревают?

— Этого не заметно. Но к чему все это клонится? Вы считаете, один из них может попытаться вас прикончить?

— Вполне возможно. Давайте посмотрим, как они себя поведут, когда приедет Бочонок Тони.

Я возвратился к остальным. К тому моменту все мы, видимо, уже устали ждать, но не успел Фил раздать новую партию, как снаружи зашел Марти.

— Едут легковушка и грузовик, — хрипло объявил он.

Фил немедленно вскочил на ноги, выхватывая свое спрятанное оружие.

— Прикрой тыл, Марти, на случай, если это ловушка. — Потом, обращаясь к Китти: — Сообщи Ларри, что они едут.

Китти отправилась в спальню и быстро вернулась с посланием.