«Люди стали гораздо хуже зверей. Прав Андрюха. Ой как прав».

Мужчина остановился на перекрёстке. В одну сторону уводила асфальтовая дорога к самому городу, а если двигаться прямо, по грязи, то попадёшь в деревушку, которая раньше вмещала в себя не больше тысячи жителей. А его бар, который одновременно служил и домом, находился посередине.

Спустя несколько минут, двигаясь по бездорожью, он заметил впереди очертания того, что когда-то было автомобилем скорой помощи. Машина стояла на обочине, накренившись на одну сторону, словно устала и остановилась отдохнуть. Стёкла были выбиты, а покрышки стёрты от вулканического пепла. Иван замер рядом, прислушиваясь. Тишина. Только ветер и дождь.

Он заглянул внутрь через разбитое боковое окно. Салон был пуст, если не считать старых пятен крови на сиденьях и полу. Иван невольно поморщился. Запах гнили, несмотря на дождь, всё ещё витал вокруг машины. Он знал, что искать тут нечего, но всё равно толкнул дверь, чтобы проверить. Мало ли что?

Петли жалобно заскрипели, и дверь приоткрылась, но внутри, как и ожидалось, ничего полезного не оказалось. Лишь разломанная аптечка валялась в углу. Её содержимое давно растащили.

На секунду ему стало не по себе. Машина скорой помощи, символ спасения и надежды, теперь превратилась в гниющий кусок металла, бесполезный, как и всё, что осталось от прежнего мира.

Он двинулся дальше. Дождь усилился, казалось, небо решило пролить на землю всё, что у него осталось. Мужчина ускорил шаг. Вдалеке уже виднелись смутные очертания деревни. Несколько домов стояли на краю поля, их крыши покрыты слоем грязи и пепла. Света, конечно, не было. Электричество исчезло ещё в первые недели после катастрофы. Люди жгли костры, но чаще прятались в темноте, чтобы не привлекать к себе внимания. Да и самих жителей осталось не так уж и много. Не больше сотни. Одни слегли в землю по разным причинам, а иные подались в поисках лучшего места.

Наконец, он достиг первого дома. Это был старый, покосившийся сарай, который, казалось, вот-вот развалится под напором ветра. Иван обогнул его, стараясь не шуметь. Он знал, где живёт Андрей. Третий дом от края, с облупившейся зелёной дверью. Раньше, парень проживал там с родителями, которых, увы, уже не было в живых.

Когда он подошёл ближе, то заметил слабый огонёк, пробивающийся сквозь щель в ставнях.

«Значит, дома», — подумал он с облегчением.

Мужчина остановился на пороге, собираясь постучать, как вдруг сквозь шум дождя услышал крик. Он исходил из глубины дома. Не раздумывая, наученный горьким опытом прошедших месяцев, Иван скинул рюкзак, хватаясь за ружьё. Осторожно приоткрыл дверь, шагнув во мрак коридора. Шум и крики усилились. А ещё чьи-то незнакомые голоса…

— Давай, сучка, — говорил кто-то грубо. — Наконец у тебя там стало мокро.

Другой, явно подбадривал пьяно и неразборчиво.

— Вот так, просто отлично!

Сделав несколько шагов, Иван заглянул в узкую щель. Он сразу увидел Андрея, который лежал на полу с простреленной головой. Под ним растекалась лужа крови. В дальнем углу забился с испуганным видом пацан, лет десяти, брат Юли. Вовка, кажется.

Слегка переместившись, чтобы видеть другую часть комнаты, Иван наткнулся взглядом на трёх бродяг в грязном камуфляже. Нет, это были совсем не солдаты. Скорее уж зэки, если судить по наколкам.

«Откуда они здесь взялись? »

На кровати лежала Юля, голая и кричащая. Она извивалась под насильником, который двигался резко, напористо. Одна рука лежала на бедре у девушки, а другая облапила грудь. Два других стояли слегка в стороне, наблюдая, довольно ухмыляясь в бороды. Видимо, дожидаясь своей очереди. На столе красовались опустевшие бутылки.

«Животные, — с ненавистью подумал мужчина. — Убью, тварей».

Иван не стал больше ждать. Дыхание ровное, пальцы привычно сомкнулись на прикладе. Он шагнул внутрь. Первый выстрел грохнул, как обвал в штольне. Насильник, пригвождённый к Юлиному телу, дернулся и рухнул на бок, оставив на её лице кость и мозги. Девушка вскрикнула, закатив глаза, но мужчина уже не смотрел на неё. Два других оборванца метнулись к оружию, сваленному на столе.

Один успел схватить обрез. Повернулся, с дрожащим в руках стволом, но Иван был быстрее. Удар прикладом в висок. Хрустнуло сочно, как под ногой сухая ветка. Тело осело, задев котелок. Угли взметнулись искрами, осветив третьего, тощего, с перекошенным от ужаса ртом. Тот попятился к окну, споткнулся о Вовкины ноги.

— Нет, нет, подожди, братан! — захрипел, заслоняясь руками зверь.

Слов не нашлось для этого животного. Просто дважды выстрелил в упор. Первая пуля снесла пальцы, вторая вошла в живот, разрывая внутренние органы. Сразу за этим тишина нахлынула внезапная, оглушительная. Иван вновь перезарядил ружьё дрожащими руками.

Юля зарыдала, прижимая к груди окровавленную простыню. Вовка, весь дрожа, уткнулся лицом в колени. Мужчина перешагнул через лужицу крови, поднял с пола платье.

— Одевайся.

Голос сорвался, пришлось сглотнуть ком в горле.

— Собирай вещи, какие есть.

Мальчишка поднял на него испуганное мокрое лицо:

— Андрей… Он…

— Мёртвых не поднимем.

На полу один из раненых застонал, дергаясь в предсмертных судорогах. Иван прицелился в затылок. Выстрел аккуратный, будто добивал раненого зверя. Юля вздрогнула, но молча натягивала платье. В её глазах, отражавших дрожащий огонёк печки, теперь пылало что-то непонятное.

— Спасибо… — прошептала девушка, глотая слёзы, завязывая ремень на талии.

Он кивнул, уже копаясь в карманах трупов. Патроны, нож с выщербленным лезвием, полпачки прелых сигарет. Всё в принесённый рюкзак. А ещё обрез и дробовик, который и взял, а своё ружьё сунул в чехол.

— Ладно, пошли отсюда.

Дождь барабанил по капюшону и плечам, превращая дорогу в грязевую кашу. Ветер срывал с обочин мелкий мусор, швырял его в лица, словно хотел прогнать путников прочь. Иван шёл впереди, держа оружие наготове. Позади него, цепляясь за его спину взглядом, двигалась Юля, держа за руку младшего брата. Вовка старался не отставать, но грязь прилипала к ботинкам, и он то и дело спотыкался, с трудом удерживаясь на ногах.

— Ещё немного, — бросил через плечо мужчина, не оборачиваясь. — До дома рукой подать.

Юля молча кивнула, хотя он этого и не видел. Она была слишком занята собственными мыслями.

На обочине дороги, наполовину утонув в грязи, стоял покосившийся знакомый микроавтобус скорой помощи. Иван на секунду замедлил шаг, бросив на машину настороженный взгляд. Точнее, даже не на неё, а слегка в сторону.

Вовка тоже заметил скорую и тихо спросил: