Вскоре нашу работу должна были возобновить. Но в довесок нам выдадут баки со специальным репеллентом. Им нужно будет обрабатывать лишайник, если мы его найдём. Также рекомендовали обрабатывать и живность, если нам такая попадётся. Ведь они не только жрут лишайник, но ещё и переносят его. Это их не убьёт, но обожжёт и отпугнёт.

«Моя жизнь становится всё более занимательной», — подумалось мне.

Страх обуял послушников. Страшная и непонятная угроза пугала их, и они не желали покидать помещения. Лишь некоторые, включая меня, отваживались выходить. Мне тоже было страшно, и от моего страха пострадала пара наиболее тёмных углов. Но мой страх не был липким и парализующим, скорее просто опаской. Тем не менее я тоже не решался отходить далеко.

Не могу сказать, что подтолкнуло основную массу, но они тоже начали выходить. Со страхом они боролись, сбиваясь в группы по три-четыре человека. Группы большей численности были редкостью, ведь трудно было найти места с таким количеством заданий. Работы потихоньку начали продолжаться, мы таскали тяжеленные баллоны с репеллентом, практически не применяя его. Очаги лишайника или встречи с тварями были редкостью и поводом для всеобщего обсуждения. На лишайник репеллент действовал очень хорошо, убивая его за считаные минуты. А из разговоров выходило, что достаточно навести распылитель на тварь, чтобы она сразу же ретировалась.

Так мы продвигались вперёд по основным коридорами и залам, по вспомогательным тоннелям и техническим помещениям, пока не достигли, как оказалось, основной цели.

Грузовой док впечатлял. Здоровенное помещение в виде прямоугольника высотой триста метров и шириной с километр, в глубину имело не менее восьмисот метров. Сейчас оно было практически полностью погружено во мрак. Лишь кое-где прожекторы подсвечивали стены и огромнейшие гермостворки, отделяющие помещение от космоса.

По бокам на стенах громоздился небольшой городок, сейчас полностью пустой и также погружённый во мрак. Объём работ по его восстановлению просто поражал. Даже отсюда можно было увидеть небольшие скопления едва светящегося лишайника, а, соответственно, и крыс. Меня прямо разбирало от того, что можно найти там. Весь док казался настоящим эльдорадо, ломящимся от сокровищ, которые только и нужно было подобрать.

Глава 13 Взлом (Р)

Глава 13

В которой герой оказывается продан и совершает не однозначные поступки.

Технические помещения лунной колони

Райритус стоял возле цели. По телу то и дело пробегали внезапные сокращения. Его путь занял сюда гораздо больше, чем он привык. Несмотря на то что постепенно его состояние улучшалось, полное восстановление могло занять ещё от двух до пяти лет. Он тяжело гонял воздух, вдох-выдох, вдох-выдох. Со стороны могло показаться, что он готовится к чему-то трудному. Но если бы кто-то увидел его глаза, то сразу бы понял: он был в предвкушении, он чего-то жаждал. Резким движением достав из-под мантии ингалятор, он приложил его ко рту. С первой попытки не смог попасть, но несколько коротких и резких движений — и вот мундштук уже зажат в зубах. Нажатие, резкий вдох полной грудью — и тело выгибается вместе с расширяющейся грудной клеткой. Глаза закатились, и зрачки, как безумные, заметались где-то там, под черепом. По всему телу разошлись мурашки, и нервные окончания отозвались сладострастной истомой.

И вот он выдохнул и выпрямился. Слабость его плоти на время отступила. Он сжал кулак и выкинул руку вперёд, растопырив пальцы. Ни одна мышца не дрожала, он уверенно удерживал руку на весу. Он теперь снова тот, кем так стремился стать. Он жрец своего бога! Он должен стойко перенести испытания, которые ему были ниспосланы.

Перед ним когитатор, с духами которых ему проще удаётся наладить контакт. Первичные литании чеканились им на автомате, он совершал молитвы и рассматривал священный механизм. Но его мысли то и дело срывались на другое. Это испытание давалось ему очень тяжело. В своём базовом состоянии он едва способен передвигаться, а новая реформа, задуманная этими старпёрами, ещё больше углубила его бездну. То, что раньше ему было положено по статусу и в рамках произошедшего с ним, теперь он должен вырывать с боем. Если бы не испытание Бога-Машины, с его навыками он бы преуспел! Но сейчас, сейчас ему едва хватает на нейронные стимуляторы, не более.

Даже учитель отказался от контактов с ним, как будто всего остального было мало. Даже в этом можно найти плюсы, но… поддержка ему бы сейчас не помешала. Тот, на кого он возлагал такие надежды, был недоступен. Формально он уже сейчас мог его выдернуть к себе, но успехи пацана были значительными, и Совет преподавателей наложил вето до его посвящения в старшие послушники. Ещё и непонятный карантин на станции. Нет, определённо, кто-то из старшего жречества решил его забрать себе.

— Нет, нет, нет! — он сбился с литании, и теперь нужно было начинать всё заново.

Закончив с литаниями и найдя причину недовольства духа машины, Райритус приступил к устранению. Мысли снова вернулись на прежнюю тему.

«Мне крайне нужен тот, кто мог бы стать моими руками. Если я не могу отстоять этого ученика, то стоит получить с него пользу и взять другого. И кажется, у меня есть кое-кто на примете».

Полдня спустя. Помещения возле лунного порта

Райтус подковылял к небольшой шлюзовой перегородке. Справа и слева от него по коридору тянулись массивные кабели, уходящие в помещение впереди. Где-то рядом надрывно гудели вентиляторы системы принудительного охлаждения. Он поднёс руку к шлюзу, не успел постучать, как рука сама отбила неровный перестук по металлу. Спустя минуту из ниши над шлюзом выдвинулся сервочереп и просканировал его. Практически сразу после этого загудела механика, и шлюз открылся.

Внутри перед Райритусом открылась впечатляющая картина. Помещение было заставлено рядами когитаторов различной формы и дизайна. Прямые коробки соседствовали с вычурнейшими в своём дизайне святыми механизмами. Между ними попадались стойки со священными книгами и благовониями. Также попалось несколько сервочерепов, покрытых золотом и выполняющих непонятные, на первый взгляд, манипуляции.

Биокогитатор располагался по центру помещения, он полусидел на простой, без изысков, кушетке. И это вызывало диссонанс. Одно из красивейших помещений, которые Райритус видел, и простой, самый обыденный механизм, которым было ложе биокогитатора. Если бы не сонм проводов и трубок, поднимающихся из пола, то кушетку можно было принять за самую обычную, такие с круглыми отверстиями установлены, кажется, в любом хирургионе. Но Райритус не обманывался, это был сложный механизм, тайны которого он сможет постичь крайне нескоро.

Остановившись перед ложем, он стал выжидать, когда на него обратят внимание. Стоять прямо и не трястись было сложно. Даже промелькнула мысль, что стоило принять нейронный стимулятор, но усилием воли он откинул её. Так и не дождавшись реакции, он громко произнёс.

— Я согласен на условия, но мне нужен новый ученик, и не из худших.

Послышалось насколько щелчков воздушной магистрали, и ложе сложилось в кресло. Биокогитатор взглянул на него. Вся нижняя часть лица была закрыта механической маской с подсоединёнными трубками. Правый глаз и верхняя часть черепа были аугментированы, а к затылку подсоединялось наибольшее количество кабелей и трубок. От подлетевшего сервочерепа раздался треск и бинарный писк.

— Простите меня, старший, я не способен ещё воспринять священный технолингво, не могли бы вы перейти на общий?

Биокогитатор слегка повернул голову. Бинарный писк прекратился и вскоре сменился на низкий готик.

— Я предлагал не это, в обмен на переуступку прав я предоставлю излишки стимулятора. Твоя неисправность влияет на твои когнитивные функции?

— Нет, старший, мой разум в полном порядке. Но мне нужен ученик, который станет проводником моей в-в-во-оли, пока плоть меня подводит, — в самом конце он всё-таки сбился.