Поднявшись, Кастор сел в кресло подальше от богини.

– Не стоит благодарности, – пробормотал он.

Пропустив мимо ушей его слова, Афина снова обратилась к Лоре.

– Похоже, у нас будет хорошая возможность убить лже-Ареса сегодня вечером, и, может быть, удастся раздобыть больше информации о новой версии.

При упоминании о предании, Лора сжала зубы, надеясь, что по ее лицу нельзя догадаться, о чем она думает. Она бы предпочла, чтобы ни Афина, ни Рат ничего не узнали.

– И если Рат не появится, чтобы своими руками убить новую Афродиту, – добавила Лора, – Кадмидам придется притащить нового бога туда, где он прячется. Мы могли бы проследить за ними.

Диван заскрипел, когда Афина шевельнулась, устраиваясь удобнее.

– Логично.

Лора чувствовала на себе пристальный взгляд Кастора, избегая встречаться с ним глазами – знала, что увидит на его лице беспокойство или тревогу.

– По-моему, хороший план.

– Серьезно? А в чем он, собственно, состоит? – не выдержал Кастор. – Мы не знаем, где искать Одиссеидов – их убежище в Нью-Йорке до сих пор не обнаружено. И даже без этого ситуация складывается не в нашу пользу. Против нас выступают Рат, его объединенные силы охотников и Одиссеиды. – Прежде чем Лора успела возразить, он добавил: – И да, я имею в виду нас, потому что не собираюсь где-то отсиживаться.

– Самое простое – предложить Одиссеидам и лже-богу перемирие на несколько часов, – высказалась Афина. – Наверняка у кого-то из вас есть связи с этой линией и возможность передать им такое предложение?

– У тебя же была там подруга? – спросил Кастор у Лоры. – Иро? Я помню, ты говорила, что вы когда-то встречались…

Когда Кастор и Ван повернулись к ней, Лоре захотелось испариться. Она могла бы встретиться с Иро, если бы удалось ее найти…

Нет.

Их матери вместе тренировались, дружили, были близки, как сестры. И после того, как семью Лоры перебили, мать Иро сумела забрать осиротевшую девочку к себе. Несколько лет они прятали Лору в своем доме. До этого девочки встречались всего раз или два, но за те четыре года, что Лора прожила с Одиссеидами, они с Иро привязались друг к другу так, как когда-то их матери.

Но как бы Иро не относилась к Лоре сейчас, при встрече она будет вынуждена убить подругу за то, что Лора совершила в ту ночь, когда сбежала из их поместья.

– Я знаю, где база Одиссеидов, – наконец решилась Лора. – Но я не могу туда идти. Мне не позволят даже переступить порог. Просто убьют.

– Что? – встрепенулся Майлз. – Почему?

Лора не жалела о том, что сделала, но и рассказывать об этом не собиралась.

– Семейные проблемы.

Афина наклонила голову, ее сходство с хищником усилилось.

– Будет ли смерть оправданной?

– В их глазах? Да, – кивнула Лора. – Теперь все не так, как в древние времена, когда ты мог возместить ущерб или отправиться в добровольное изгнание.

– Разве ты сейчас не в изгнании? – удивилась Афина. – Разве этого недостаточно, чтобы утолить их гнев?

Гнев был фундаментом древнего закона. Существовал гнев оскорбленных и необходимость ответить за оскорбление. Гнев был подобен болезни души, и самым заразным осложнением такой болезни становилась жестокость. Преодолев этот гнев, подавив его в самом зародыше, они не попали бы в этот порочный круг. Но их общество было порочным.

– Не знаю, – пожала плечами Лора. – И не собираюсь выяснять.

– Выходит, ты была с ними, – заговорил Ван. По тому, как он смотрел на нее сейчас, он уже догадался о том, что она сделала. – Новая Афродита, Харткипер.

– Харткипер? – повторила Лора, скорчив гримасу. – Вам не кажется, что эти имена становятся все глупее?

– Если Лора не может обратиться к ним, – сказал Кастор, – это мог бы сделать Посланец.

Ван покачал головой.

– Мой агент из Дома Кадма хочет встретиться снова сегодня вечером. Я не могу быть в двух местах одновременно.

– Я могу это сделать, – предложил Майлз. – Я имею в виду встретиться с агентом.

– Постой… нет, – запротестовала Лора. – Не думаю, что это хорошая идея.

– Ужасная идея, – поддержал ее Ван. – Это не просто встреча. Мне нужно забрать одну из моих дорожных сумок с наличкой.

– И что? Скажи мне, где она и где состоится ваша встреча, – не отставал Майлз. – Или что, нужно выучить какое-нибудь мудреное рукопожатие? – еще больше завелся он, когда Ван ничего не ответил. – Или этот агент не говорит по-английски?

Лора вздохнула, прижимая ладонь к лицу.

– Майлз…

– Позволь мне сделать хоть что-нибудь, – настаивал Майлз. – Я не умею драться, но я знаю город и как лучше по нему передвигаться.

– Нет, – твердо сказал Ван.

– Ты называешь себя последователем логики, – произнесла Афина. – И наверняка видишь, что это лучший вариант. Этого парня никто из ваших не знает, а он хорошо знает город. Сама по себе задача требует не столько уникальных навыков, сколько осмотрительности.

– Вот именно! – воскликнул Майлз. – Туда и обратно, вот и все.

– А что, если агент попытается убить тебя и забрать деньги? – спросил Ван.

– У тебя же все равно останется на него компромат, – возразил Майлз, отчаянно пытаясь перехватить холодный взгляд Вана. – Он не станет рисковать, зная, что ты предашь это огласке.

– Майлз дело говорит… – начал было Кастор.

– После этого я планировал связаться с двадцатью семью Ахиллидами, – гнул свою линию Ван. – И попытаться найти им убежище. Все наши конспиративные квартиры и здания засвечены, как и большинство складов и подземелий…

– Я знаю место, где они могут укрыться, – снова вмешался Майлз. – Если конечно вы найдете в себе силы принять помощь от Нечистокровного.

Ван ничего не сказал, однако выражение его лица было более красноречивым.

– И что же это за место? – спросил Кастор.

– Заброшенный склад, – сказал Майлз. – В Бруклине. Во время стажировки я оказался на одном совещании как раз по этому поводу. Из-за спора между городом и застройщиками здание пустует больше десяти лет.

– Это подходит! – воскликнул новый бог. – Спасибо.

Майлз улыбнулся.

– По крайней мере, это даст нам шанс. Как лучше сообщить им адрес?

– Ван?! – окликнул друга Кастор.

Тот сидел с напряженной спиной, уставившись в окно. Сквозь тонкие занавески в комнату просачивался свет.

– Я могу скинуть им адрес в сообщении.

Лора вздохнула.

– Ты действительно готов, Майлз?

– Да, – подтвердил тот.

– Пообещай, что сделаешь ноги, если что-то – что угодно – покажется тебе странным.

– В твоем мире все странно, – напомнил Майлз. – Но я буду осторожен.

– Договорились, – заключил Ван, поднимаясь.

– Договорились, – кивнул Майлз и тоже встал.

– Теперь это наш план, – подвела итог Лора.

– Мы все еще не знаем, где найти Одиссеидов, – напомнил ей Кастор.

– Я знаю. Или могу предположить с большой долей уверенности. – Лора взглянула на напольные часы. – Я собираюсь принять душ и немного поспать, чтобы потом не вырубиться. Давайте договоримся, что отправляемся не позже пяти, до захода солнца.

– Неужели мне придется так долго ждать? – заныл Майлз.

– Тебе так не терпится быть убитым? – Ван потянулся к своему телефону. – Скажу агенту, чтобы он перенес встречу на завтра…

– Нет, – твердо произнес Майлз. – Обсуждение окончено. Лора поведет всех туда, где базируются Одиссеиды, чтобы ты мог провести переговоры о перемирии, которое позволит схватить Рата и получить информацию о другой версии предания. Кастор будет обеспечивать защиту. Афина сыграет в нападении. А я встречусь с твоим агентом и получу любые сведения, которыми он располагает, потому что других вариантов у вас нет.

Все это было выполнимо, при условии, что те, кто находился дома у Лоры, сами друг друга не поубивают.

Губы Вана приоткрылись, и он пристально, дольше чем обычно, задержал взгляд на Майлзе, а потом уткнулся в экран телефона.

– Когда это мы решили, что я играю в обороне? – возмутился Кастор в один голос с Афиной, которая заявила: