И точно: знакомый БТР стоял на развилке дорог. За ним — грузовик, вокруг которого вышагивала знакомая фигура Вадима.

Сообразив, что на теневой тропе меня не видно, я опустилась вниз и развеяла магию. Затем в открытую подъехала к своим. Из транспорта тут же посыпались десантники, сияя радостными улыбками.

— А я говорил ротному, что не стоит метаться! У тебя ведь велик такой, что некоторые самолёты позавидуют! — Первым подскочил ко мне Вадим.

— Вернулась! — приобнял меня Кузнецов.

— Владимир где? — спросила я, не заметив командира.

— Где-где... Помчался искать тебя, где зафиксировали первый перехват маяка, — пояснил Кузнецов.

— Давай велосипед в кузов, а сама задезай в кабину, — стал распоряжаться Вадим. — Ты чего так легко одета?

— Да там… — Я не стала сразу выкладывать все новости.

Кое-что Вадиму, конечно, рассказала, пока мы ехали домой. Объяснила, почему Анна так поступила и какую опасность представляют новые сатанисты.

— Представляешь, тебя начали искать лишь спустя четыре часа после того, как они уехали, — рассказывал Вадим.

– Примерно так я и подумала, — ответила я. — Владимир не видел, как я вышла из здания.

Те, кто сидел в столовой, решили, что я занялась своими делами. Никто не обратил внимания, что я не пришла на обед. Такое иногда случалось, если я была сильно погружена в работу и не хотела отвлекаться. Меня бы и до ужина не стали искать, но тут у Михаила Ивановича возник вопрос по поводу водяного амулета для коровника. Он спросил, где я, и получил ответ, что в схроне.

Через час уже Владимир озаботился, почему я там так долго. Стал задавать вопросы. Окончательно убедились, что я пропала, как раз за ужином. Артефакт, висящий на стене, не показывал моего присутствия на базе. Такое возможно, если я нахожусь в схроне. Но не восемь же часов подряд!

Надежда на то, что я всё же нахожусь в подпространстве, оставалась, но командир уже слабо в неё верил. Слишком много совпадений. Появились незнакомые люди, которых как-то быстро встретил Кузнецов. Затем несколько человек вспомнили, что Анна попросила меня проводить её, и я пошла следом. С тех пор никто меня не видел.

В итоге появился хороший стимул для создания пеленгатора наших маячков. Несколько часов Владимир с Вадимом мастерили этот магический прибор. Наконец собрали, опробовали и увидели на экране одну далёкую точку примерно в районе Пензы. Парни еле уговорили командира не мчаться ночью на выручку и подождать до утра.

Собирались на поиски почти все члены группы, за исключением дам. На базе за старшего оставили Михаила Ивановича. Правда, Максим стал намекать, что я и без десантников прекрасно справлюсь, но парней было уже не остановить. Кто-то испытывал ко мне дружеские чувства, а кто-то наверняка считал меня ценным артефактором, которого не стоит терять.

Периодически проверяли направление по пеленгатору, но двигаться быстро у колонны не получалось. Парни выбрали кратчайший путь, но не сразу сообразили, что он получается длиннее из-за того, что дорогу приходилось расчищать.

А дальше точка на пеленгаторе начала смещаться. Максим уверял, что всё хорошо, я сбежала. Зуев это подтвердил. Владимир верил предсказателям, но здраво оценивал погодные условия, заснеженные трассы и отсутствие у меня транспорта (точка на пеленгаторе двигалась медленно).

Хорошо, что он всё же разделил команду, отправив Кузнецова обратно на базу, а сам на бронетранспортёре с небольшой группой продолжил путь.

По привычке я называла ту технику, что была у десантников изначально, БТРом, а найденную на железнодорожной платформе — бронетранспортёром. Кузнецов как-то объяснил мне разницу между этими машинами. Внешне они казались похожими, но отличались оснащением. Техника, взятая у сатанистов, относилась к ремонтно-эвакуационным машинам и вроде бы могла плавать.

Ещё у этой машины была лебёдка на крыше, из-за чего она больше приглянулась Владимиру — вдруг придётся что-то доставать или вытаскивать. С другой стороны, с нашей магией перемещение чего-либо не должно быть проблемой.

Кузнецов на «старом» БТРе поехал другой дорогой. Он примерно прикинул по карте, куда я могу двигаться, и организовал встречу в наиболее вероятном месте.

– А я сразу сказал, что ты придумаешь, как на своём велосипеде по снегу рулить. Ты ж у нас ещё та лягушка-путешественница, – продолжал радоваться Вадим.

Естественно, на базе меня встретили с ещё большим восторгом! Юлька даже всплакнула от радости, что я нашлась. Меня засыпали вопросами, на которые я отвечала умеренно. Сначала решила посоветоваться с Владимиром насчёт того, что стоит рассказывать, а что лучше придержать. Информацию о теневой тропе я пока оставила при себе. Никто, кстати, так и не задался вопросом, как я могла на велосипеде столько проехать по сугробам. Всех гораздо больше волновало наличие поблизости сатанистов.

О группе людей, проживающих в Доме культуры, я тоже рассказала. Напомнила, что спасённые из плена сатанистов мужчины, за которых Анна заплатила своей жизнью и предательством, тоже где-то обитают. Специально искать их не стоило, но лучше держать в голове и не забывать.

Бронетранспортер с командиром и нашими парнями вернулся глубокой ночью. Я тихо и спокойно спала, когда ко мне под одеяло вполз Вовка, обняв холодными руками. Просыпаться было лень, я лишь немного повернулась, прижавшись к его крепкому телу.

Ожидаемо, утро началось с расспросов, а потом состоялось совещание с «сотниками». Там я рассказала о теневой тропе и протянула два крестика-артефакта (третий сразу себе надела на шею).

– Дели сам, – озадачила Владимира.

– Один себе забирай, – первым высказался Зуев, не претендуя на артефакт.

С этим все согласились и стали прикидывать, кому важнее иметь второй крестик.

– Повесим на гвоздь над входной дверью, – предложил Ильин. – В случае необходимости будем знать, где взять. Он выглядит как обычная христианская символика и не должен привлечь внимания. Зато невидимым больше никто на базу не проскочит.

Дальше обсудили меры по обеспечению безопасности нашей территории, наметив необходимые преобразования. Конечно же, затронули и тему сатанистов.

– Ирина, они там действительно объединяются, как говорила Анна? – спросил Владимир.

– Без понятия. Я видела троих сатанистов, но не будем исключать, что они усиливаются и ищут себе подобных.

– Нужно громить, – показал Кузнецов жестом, как именно.

– А если их там полсотни, плюс их рогатые помощники? – скептически заметил Зуев.

– Максим, что ты думаешь на этот счёт? – обратился Владимир к провидцу.

– Думаю, что сатанистов нужно уничтожить. Предсказаний никаких пока не имею.

Сотники трезво оценивали наши силы и возможности. Сатанисты уже во второй раз продемонстрировали свои хитрые уловки. Обычными методами и магией от них так просто не избавиться.

– Раз они объединяются, то и нам нужно объединиться, хотя бы временно, для борьбы, – предложил Владимир и начал перечислять, с кем именно.

Он отметил, что мужчины из группы в Доме культуры хоть и низких уровней, но их сорок восемь человек. Если дать им в дополнение парализующие артефакты, это уже серьёзная сила. Не забыл Владимир и о монахинях, с которыми мы пересекались. Эти женщины ничего плохого нам не сделали, предложив свою помощь в поиске скверны, и, между прочим, её нашли. Стоило поговорить с ними о возможных совместных действиях против сатанистов.

Откладывать визит к монахиням не стали — выехали уже на следующий день.

В прошлый раз мы двигались осторожно, опасаясь всего, что связано с церковью и её приспешниками. В свете новых знаний даже пожалели, что рядом с базой разрушили две церкви. Мне бы кое-что из того имущества пригодилось для специфических артефактов. Парни обещали найти в других местах крестики, свечи и подсвечники (а вдруг и правда пригодятся?).

К монахиням отправились восемь человек, включая меня. Взяли бронетранспортер и грузовик, который отлично зарекомендовал себя в подобных поездках. В кузов грузовика обычно закидывали что-то полезное, но не особо нужное в данный момент. В конце концов, зачем возвращаться из поездок порожняком? В нашей ситуации разбрасываться полезными вещами было непозволительно.