А так, завтра возьмем пленных солдат в сотню голов и проведем ритуал заново. Вот и все.

И задача выполнится, и наши солдаты целы будут. Сейчас у нашей армии такая тактика. Вы не переживайте…

Колдун говорил. А тысячник морщился. Этот разговор повторяется раз за разом. Каждый день, по несколько раз. Колдун рассказывает, как они нашли древний ритуал, как это принесет победу Шамору.

Бубнеж колдуна прервала вспышка света с поляны, на которой колдуны проводили ритуал.

Удивительно, но колдун с заметной прытью понесся к месту вспышки. Вся поляна была в крови. Тела убитых крестьян, их головы в куче.

Стало мерзко и противно. На войне все средства хороши, но это уже слишком. Так думал тысячник.

– Они все мертвы! Все, кто проводил ритуал!

На месте копошились уже другие колдуны.

–Марроу! Марроу! – кричал главный колдун, прижимая к груди голову сына. В следующую секунду он стоял напротив меня и кричал прямо в лицо.

– Мы убьем их, мы убьем их всех!

Дикий взгляд. Слюна изо рта и брызги пены, летящие в лицо. Это все пугало. Мне даже не было чего ему ответить.

В следующее мгновение колдун начал делать пасы руками и в частокол врезалась стена огня.

Льер Влад эл Бояр

– Первые номера! Залп!

Болты с огненными заклинаниями полетели в поток надвигающихся воинов. Они словно огненные цветки раскрывались на земле. Вырывая целые куски строя. Оставляя после себя только разрушения и смерть.

– Вторые номера! Залп!

Следующие болты полетели в противника. Неся смерть и боль каждому, кто встретится им на пути.

Второй день осады и все очень херово. Хотя вначале все было не совсем так.

Да, нападение мы просто-напросто проспали. Состав штаба и младших командиров ополовинился мгновенно. Что создало свои проблемы. Но все военные в лагере были легионеры, а это как ни крути элита Малора.

И это звание дается не просто так. На смену погибшим, тут же пришли заместители и тут же начали приводить подразделения в порядок.

Защита частокола была поставлена, как надо и она смогла выдержать не самые слабые магические удары. Пять магов собрались на ритуал и занимались вражескими колдунами.

Я ничем не мог им помочь. Мои магические силы практически полностью ушли на непонятную пирамиду. Что я и сообщил командиру. Тот обматерил меня и отправил на мое место на стену.

Не знаю почему, но штурма не было. Только его попытка. Видимо командиры шаморцев, слишком уж понадеялись на магию. В результате у них не было ни лестниц, ни другого штурмового оборудования.

Это дало то необходимое время. Для восстановления. Начал выходить на связь с отрядами и наблюдателями. Жопа. Причем полная. Все воюют с кем-то. Шестой и второй отряд не отвечают. Отвечают только наблюдатели.

Интересно кто они? Столько сидеть где-то и вести разведку, да еще такую, чтобы находить врага. Если коротко, то все хреново, в нашу сторону стягиваются небольшие отряды.

Делаю доклады командиру, но это ничего не меняет. Он решает держаться оборонительной стратегии. И собирается ждать, пока какой-нибудь из отрядов не отобьется и не придет на помощь.

Это не лишено было смысла. Да и мне было херово. Заработанное магическое истощение, это не то, к чему я стремился.

Первый день осады, ни к чему не привел. Искали шпионов. Моего несостоявшегося убийцу не опознали. Поэтому вели поиск. Шаморцев выловили быстро. Нужно было только сказать какой вчера был пароль и не все могли повторить, а те, кто смог, не смог спрятать свой акцент.

Шаморцы, когда поняли, что дни их сочтены, попытались продать свои жизни подороже. На моих глазах один из этих выкидышей бездны, прыгнул на сержанта и чуть голову ему не смахнул. Тот ушел от удара на каких-то диких инстинктах. Легионер! Мать его! Еще и прямым в челюсть отправил врага поспать.

Целый день за частоколом слышались удары топоров. Мы тоже не сидели без дела, камни и бревна поднималось на настилы, лучники готовили стрелы, готовили требушеты, все что только можно. Хотя меня это не касалось, я медитировал и пытался связаться с нашими подразделениями также с другими легионами.

В эфире было пусто. Кидаешь клич будто в никуда. Эфирный дух летал вокруг меня не в состоянии выполнить такую задачу. А тем временем вокруг нас образуется кольцо. Наблюдатели сообщают, что нас окружает уже порядка двух тысяч солдат противника и они продолжают пребывать.

Докладываю командиру, тот матерится, матерятся его помощники. Матерюсь я, когда меня пытаются обвинить в накручивании обстановки и предоставлении недостоверных данных.

Ситуация и в самом деле херовая. Мы в окружении превосходящих сил противника. Наши отряды. Хотят пробиться к нам, но натыкаются, на сопротивление, у противника хватает колдунов, а вот у нас магов не так много. Легионеры кружат по району, вырезают небольшие группы противника, а те в ответ вырезают их.

Мои телохранители матерятся. Они бы с удовольствием встретились с противником в чистом поле, и с удовольствием втоптали их в грязь. Все-таки легионеры более привычны бою в строю.

Я оказался в ситуации, когда надо, что-то делать, но что непонятно. И хочется, и ничего не сделаешь. Полковник твердо решил стоять лагерем. На все мои предположения о том, что шаморцы могут воспользоваться еще более сильной магией если дать им подготовиться, он клал с прибором. Я был слишком молод, чтобы давать ему советы, поэтому он их как правило игнорировал.

Как правило я слышал ответ: – Что маги работают с магией, а военные воюют и не следует это мешать. Короче он послал меня на три буквы…

Посмотрел, чем занимаются другие маги нашего подразделения. Они обновляли защиту. Добавляли одну и ту же руну. Руну отрицания.

Похоже, они таким образом планируют остановить магию сна. В принципе решение проблемы наметилось, и я даже не знаю, чтобы я мог сделать на их месте подругому.

Единственное, я бы не брезговал попросить помощи у того, кто является артефактором, гораздо более высокого класса, чем они. Ну да ладно.

Раз пассивной обороной занимались одни, то я решил заняться активной обороной.

Замагиченные на взрыв болты и стрелы. Большей частью это были предметы с привязкой духа.

Все-таки обычные плетения более энергоемки. Да и обычным легионерам это более понятно. Они уже пробовали мои разработки и оставались довольны, один из них сказал,что такими болтами можно стрелять хоть под ноги все равно кого-нибудь да заденет.

– Они отходят! Прекратить стрельбу! – кричит лейтенант, который руководит обороной нашей стены. Десятники тут же передают команду дальше.

– Хух. Отбились! – прошептал боец рядом со мной и сделал большой глоток воды из фляги.

– Будешь? – предложил он мне.

– Давай? – и вправду что-то пить хочется.

– У меня всегда так. После боя сушит аж не могу просто.

– Бывает, – ответил я сам переводя дух.

– Почти дошли, – сказал один из легионеров сбоку.

– И что им не сидится на своих местах?

Да уж, один штурм меняет другой. Уже слышу о том, что нас пытаются измотать и проредить запасы защитных амулетов. И только потом навалиться всей силой.

Я не понимаю вражеского командира. У нас все еще висит защита на стенах, которая снижает эффективность штурмов вполовину. Защиту можно просадить из требушетов, выстрелов на дальних подступах, ударами магией и направляя бойцов на штурм.

Что периодически и происходит. Зачем гробить своих людей? Я не понимал, но все равно. Вражеский командир отправляет своих бойцов на стены.

По предварительной информации они потеряли около пятисот воинов.

И все равно остается загадкой, зачем бросать их на смерть? Их щиты на помогают защититься от усовершенствованных мною болтов. За время осады на сколько я знаю у нас только легкораненые, но напряжение остается до сих пор.

– Что-то нехорошее витает в воздухе.

– Ты беду не кликай! Нормально держимся! Готовь снаряжение лучше.