Правитель лишь криво улыбнулся, с интересом разглядывая сестру, которую не видел несколько долгих лет.

— У меня есть свои тайны. Позволь умолчать о некоторых из них. А ты что, не рада меня видеть, сестренка? — спросил император и распахнул руки в приветствии.

Екатерина фыркнула, посмотрела исподлобья на мощную фигуру брата и в следующую секунду окунулась в родные объятия.

Владимир, стоящий всё это время за спиной императора, отошел в другой конец комнаты, недовольно хмурясь.

Между ним и Александром не было особой любви. Правитель винил Милюкова в том, что тот в определенное время не смог защитить сестру, отговорив её от опасных действий, а Цербер бесился, что именно из-за помощи императору Екатерина оказалась в опале и вынуждена была много лет скрываться.

— Я надеюсь ты был осторожен, брат? — послышался глухой голос Свиристель, уткнувшейся носом в грудь брату.

— Обижаешь. Когда это я пренебрегал своей безопасностью?

— Тебе напомнить? — в голосе женщины проскользнули стальные нотки.

— Не стоит. Давай оставим прошлое в покое. Может расскажешь, за каким чёртом ты притащилась в столицу? — недовольно проворчал Александр, продолжая игнорировать присутствие Милюкова.

— Если ты узнал наш адрес, значит и остальное тебе донесли твои ищейки. Так что нечего притворяться будто ничего не знаешь, — подал голос Владимир.

— А-а-а, это ты? Цепной пес её Высочества, — произнес Александр, словно только что заметил Милюкова.

Презрительная усмешка пробежала по губам Императора.

— Брат, прекрати! — рыкнула Свиристель, — Не смей оскорблять моего друга. Ко всему прочему, я уже давно не Высочество. Ты пришел в мой дом, так что прояви уважение к его хозяевам.

— Поверь мне сестренка, я тебя уважаю.

— Ага, тебя и тех, кто имеет титул, а остальных считает грязью под своими ногами, — не удержался Милюков от очередной подколки.

— Это не так, — поморщился император, — Просто не люблю тех, кто плохо выполняет свои обязанности. Моя сестра достойна лучшего защитника.

— А что для нее лучше, решаешь ты?

— Ну-ка, прекратили! Распушили хвосты как два петуха в курятнике! — воскликнула Свиристель, начиная раздражаться и прекрасно зная, что если не прекратить спор между этими двумя, то он может перерасти в самую настоящую склоку с мордобоем.

Не хватало еще, чтобы друг с братом в пылу горячки «поубивали» друг друга. С них станется устроить дуэль прямо в доме.

Конечно, Свиристель знала, что до смертоубийства не дойдёт, но всё равно волновалась, потому как весовые категории всё же у них были совершенно разные. Если бы Александр захотел, то за одно мгновение смог испепелить Милюкова, тот даже бы моргнуть не успел.

— Молчу, — Владимир поднял руки вверх ладонями, признавая свое поражение, — Пойду, прогуляюсь, не буду мешать семейному воссоединению, — поддел он императора и решительно шагнул к двери, — Заодно проверю, не следит ли кто за домом.

— Не следит, — усмехнулся император, — Те, кто тут ошивался, тихо и почти безболезненно нейтрализованы. Рядом с домом только моё сопровождение, но ты всё равно вряд ли сумеешь их заметить.

— Это почему? — проворчал Милюков.

— Потому, что они на голову выше тебя.

— Пфф-ф, это мы ещё посмотрим, — недовольно фыркнул Владимир и хлопнул дверью, намереваясь во чтобы-то ни стало вычислить людей Его Величества.

Как только фигура наемника скрылась с глаз правителя, Александр широко улыбнулся.

— Наконец-то.

— Вы как маленькие дети. Может хватит уже играть в противостояние?

— Угостишь брата чашечкой чая? — проигнорировал слова сестры император.

— Естественно. Пирожки будешь? С маком?

— Обязательно, — расплылся в довольной улыбке Александр.

Когда они уже сидели за столом, Свиристель не удержалась.

— И всё же, зачем ты пришел?

— Соскучился.

— А если честно?

— Катя, ты сделала большую глупость, вернувшись в столицу. Если мои люди узнали о твоём прибытии, то и остальные тоже в курсе. Это подтверждает слежка за твоим домом.

— Я прекрасно понимаю, что мои враги и завистники уже точат свои ножи, желая добраться до моей глотки. Ну, пусть попробуют. Посмотрим кто кого.

— Кроме них, ещё есть и те, кто опасается, что ты вновь выйдешь на политическую арену или вытащишь на свет старые тайны. Вот они, куда опаснее твоих закадычных «дружков». Я не идиот и прекрасно понимаю, что назревает новый заговор. Юсупов плетет интриги, собирая сторонников и пытаясь ослабить мою власть, а твое появление в столице спутало ему все карты. Боюсь, как бы беды не вышло.

— Этот старый интриган всё ещё на что-то способен? — ехидно произнесла Свиристель, хотя при упоминании знакомой фамилии внутри всё закипело от ненависти и разочарования.

Как бы не пыталась Свиристель себя убеждать, старые раны до сих пор кровоточили, не в состоянии полностью затянуться.

— Поверь мне, он хуже ядовитой змеи. Так и норовит укусить исподтишка. Связался с моим дорогим братцем и опять мутит воду, как и девятнадцать лет назад. Только вот в этот раз, ему не обвести меня вокруг пальца. Мои люди тоже хлеб не задаром едят, так что мы ещё посмотрим кто в этой партии выйдет победителем.

— Смотри не заиграйся брат. Как бы не было повторения прошлого.

— Не будет. Как только начали гибнуть наследники верных мне родов, я сразу сообразил в чём дело. В прошлый раз не было доказательств причастности Юсупова и моего брата к заговору…

— А сейчас?

— Сейчас… — задумчиво протянул император, — Кое-что имеется, но этого недостаточно. Мы выжидаем, когда Сергей с Павлом перейдут к более активным действиям.

— Куда уж активнее, — съязвила Екатерина, — Тебе мальчиков не жалко?

— Жалко, — нахмурившись, произнес Александр, — но, если я сейчас арестую этих двоих, не имея железобетонных доказательств, начнется бунт, даже хуже… Я точно не знаю, кто на моей стороне, а кто на стороне Юсупова. Без полного расклада что-то предпринимать чистое самоубийство.

— Но так же нельзя! Нужно что-то делать! Ты хочешь, чтобы верные тебе люди погибали даже не понимая за что?

— Конечно нет! — вскипел Александр, — А ты хочешь войну родов? Уверен, эти ублюдки ждут именно этого. Надеются, что я публично выдвину обвинения против Юсупова. Им нужна причина, чтобы развязать руки и устроить в империи хаос, а под шумок, захватить власть. Подумай, сколько невинных пострадает тогда? Уверен, намного больше.

— Да чтоб этих двоих ублюдков черти на вилах вертели! — вызверилась Свиристель.

— Не выражайся, а то язык с мылом намою, — попытался разрядить ситуацию император, но не преуспел, Екатерина как сидела с каменным выражением лица, так и осталась.

Глаза женщины замерли на одной точке.

Александр очень хорошо знал этот взгляд. Взгляд, который не сулил врагам ничего хорошего, за исключением одного «но», планы Екатерины всегда были опасны и сопровождались большим риском, а Александр больше не хотел рисковать жизнью сестры.

— А знаешь, — встрепенулась Свиристель, — есть у меня пара идей. Почему бы просто не устранить Сергея с Павлом? Я бы с удовольствием вернулась на прежнюю службу, естественно, инкогнито, и убрала ублюдков. Без них мир стал бы чище.

— Катя, даже не начинай, — предостерег он сидящую напротив женщину.

— Почему? Думаешь потеряла хватку? Если боишься, что оставлю следы, то зря. За прошедшие годы я многому научилась.

— Верю, но всё равно считаю, что тебе не нужно лезть в это дело.

— Аргументируй.

— Даже после стольких лет ты всё ещё слеплена ненавистью, а здесь нужен холодный разум. Чувства — плохой советчик. Одна ошибка может стоить тебе жизни. К тому же, добавил Александр, — Подумай о сыне. Он только обрел мать, ты хочешь, чтобы он её вновь потерял?

— Я только о нём и думаю, Ты бы видел, каким он стал, — гордо произнесла Свиристель, — Тебе надо будет как-нибудь познакомиться с племянником.

— Обязательно, но не в ближайшее время. Думаешь, наши враги не смогут сложить дважды два? Не сегодня, так завтра они поймут кем именно является парень.