Так работа пошла ещё быстрее, и я попробовал первую порцию полноценного снадобья.

Вышло почти так же, как у учителя. Я был горд за себя и поделился радостью с Каштолом, а тот занимался чем-то совсем непонятным.

Достал откуда-то из-под своей шкуры верёвки разных цветов, пластинку, к которой они шли, и что-то делал, попросив перед этим смолу, которую заметил на столике.

От пластины иногда поднимался ароматный дым, как при плавке смолы, а эти тонкие верёвки закреплялись на ней.

Я сначала испугался, увидев, как он что-то из себя вытаскивает, но Каштол объяснил, что ничего страшного нет. Да и крови я не заметил. А когда работы с отварами стало меньше, и нужно было только иногда обновлять отвар в чаше и вокруг неё, я с большим интересом стал наблюдать за действиями Каштола.

На мои вопросы он отвечал, но я понял не все. Понял только, что это он так себя, кажется, лечит и делает что-то ещё.

И через некоторое время, он закончил и стал приближать сначала к снадобьями, а потом и к другим предметам, какую-то непонятную штуку, к которой шло много этих разноцветных верёвок, которые Каштол назвал «Проводами».

Он сказал, что сделал эту штуку, чтобы лучше чувствовать энергию и сейчас изучает предметы, в которых её чувствует больше всего.

В самых сильных из них я тоже ощущал силу, в таких, как, например, мой нож, снадобье и чаша. Ещё немного понаблюдав за, как я стал его называть в своих мыслях, другом, я снял последнюю порцию снадобья и отправил их настаиваться и набираться силы самостоятельно в деревянных сосудах, которые, по словам учителя, хорошо пропускают энергию во внутрь и почти не выпускают наружу.

Самые же удачные порции я отнёс учителю в мисках. Постояв у кровати, я раздумывал, что делать — разбудить учителя, попытаться его напоить так, или подождать.

Вспомнил, как Рашас когда-то наставлял дочку охотника, как поить его отваром во время болезни, и решил попробовать сделать так же.

Взял миску, подставил лапу под голову учителя и приоткрыв ему рот, стал осторожно, почти по каплям, вливать снадобье.

Кажется, я сделал всё правильно, и учитель, не просыпаясь, стал пить. Когда миска опустела, я осторожно, всё так же стараясь его не разбудить, убрал свою лапку из-под его головы и отошел от кровати.

Глава 9

Снадобье и исследования

Малый грузовой дрон № 1:

Задача признана выполненной. Хищника удалось прогнать, а детеныш вышел на контакт и стал охотно делится информацией. Язык изучался быстро, а информация была удивительной. Оказывается, все странности, что я наблюдал, объяснялись некой силой, энергией жизни и другими словами, которые были либо синонимами, либо видами этой энергии. Кажется, Рош и сам не так много знал о том, что рассказывал, но рассказал, что у него есть учитель, который только начал его обучать работать с этим всем. Рош показал то, что умел. Даже это было удивительным и требовало дальнейшего изучения: телекинез, свечение шерсти, что явно не было биолюминесценцией и какое-то воздействие, что вызывало изменение свойств материала и сопротивления проводников, от чего я несколько раз перезагружался и калибровал оборудование. Попросил больше так не делать, хорошо, что изменения имели временный характер и после прекращения воздействия, все почти вернулось в норму, но все-таки места воздействия еще фонили той энергией, вызывая мелкие сбои в ячейках памяти и кеше вычислителей. Я смог адоптироваться к такому воздействию малой мощности, а многократное дублирование данных и вычислительных блоков позволило сохранять функциональность при несильном фоновом воздействии. Эти данные помогали даже на станции, ведь та тоже постоянно испытывала воздействие этой энергии, но данных не хватало для адаптации. Накопив некоторый излишек заряда в аккумуляторах станции, я запустил симуляции и провел несколько экспериментов, что позволило установить некоторые закономерности в силе воздействия на материалы, сопротивляемость и ёмкость различных материалов, которые были в распоряжении и подвергались воздействию энергии, но данных катастрофически не хватало и нужно было немедленно получить больше информации, ведь это в разной степени, но все же, противоречит научным данным с Земли. Противоречия в них и так иногда были, но не настолько сильные. Пока станция была занята вычислениями, симуляциями и оптимизацией расхода заряда аккумуляторов под них, дрон общался с Рошом, интересуясь всем. От того, как действует эта энергия и что с ней умеет делать сам Рош, до того, что есть в деревне, как Гарсфелы общаются, чем занимаются, что едят, какие используют инструменты…

Вопросов было очень много, но я пока решил не вываливать их все. У дрона в режиме энергосбережения хватит заряда батарей еще на 4 дня, если снять защиту глубокого разряда. Это, конечно вредно для аккумуляторов, но вряд-ли их удастся зарядить, а подняться на орбиту, к станции с такими повреждениями у него сейчас не выйдет.

Дрон прибыл в поселение, где жил Рош. Все было довольно необычным — нет привычных домов, но какие-то постройки все-таки есть — подобия шатров и навесов, но чаще жители располагались на, и под деревьями. Некоторые обустраивали навесы. Это, судя по всему, не было признаком дикости, а просто не было сейчас нужно — тепло ведь, одежда с шерстью не нужна, стеснения эти кошачьи, кажется либо вообще не испытывают, либо стесняются не того, что люди. Постройки им нужны в основном либо для хранения вещей, либо для защиты от сильных дождей, а в остальное время они занимаются своими делами на улице.

Рош привел меня к высокому дереву, которое находилось почти в центре деревни. Рядом с этим деревом стоял шатёр, а внутри него стояли и весели растения, минералы, кости, жидкости… Очень много всего, а в глубине шатра, на полу, была распложена лежанка из травы, на который лежал Гарсфел. Он был больше Роша, но не на много. Его шерсть уже частично была седой. Похоже, он достаточно стар для своего вида. Рош сказал, что это и есть его учитель, но сейчас он плохо себя чувствует, после перенапряжения от каких-то манипуляций с той энергией. Рош сказал, что он как раз ходил для того, что бы собрать ингредиенты для изготовления средства, которое поможет Рашасу — учителю, быстрее встать на лапы. После расспросов Роша, стало ясно, что это, как он сказал, снадобье, имеет общий укрепляющий эффект и помогает при большинстве недугов, усиливая те естественные защитные и адаптационные способности организма, что сейчас активно используются, а помимо этого, наполняет тело живительной для него энергией. Я наблюдал за действиями Роша, попутно расспрашивая его об ингредиентах, действиях и что зачем нужно. А когда узнал о некой чаше, которая усиливает свойства жидкости, которую в нее налил, ценой свойств другой жидкости, что налита вокруг чаши, я впал в ступор на несколько тактов. Вот это уже противоречило многим основным постулатам химии и физики. Либо то, что мне говорят, понято неверно, либо пора строить новую модель реальности с учетом новых данных. Я задал несколько уточняющих вопросов о чаше и занял еще больше свободной энергии и вычислительных ресурсов под анализ. Поняв общие принципы того, что делает Рош, не слишком уж сложными были действия, я решил ему помочь. Котёнок явно не справляется и кидается то к ступке, то к мискам, то к огню. Я стал помогать ему выполнять сначала простые действия, в духе — подать ёмкость с чем-то, помешать какую-то жидкость, истолочь травы. И постепенно вник почти во все, взяв большинство процессов в свои манипуляторы. Работа ускорилась, и скоро задачи закончились. Пока все доваривалось, отстаивалось и прочим образом доходило до готовности, я решил восстановить поврежденную электронику и отключить некоторые слишком энергозатратные узлы, а в процессе, из невостребованных деталей, попробовал собрать более качественный сканер экзотических энергий, вместо того, что использовал для этой задачи раньше. Предположив, что если эта энергия воздействует на сопротивление материалов, ячейки памяти и некоторые другие радиодетали известным, предсказуемым образом, собрал устройство из нескольких слоёв печатной платы, на которой была распаяна память, высокоточные резисторы, пара контроллеров для управления датчиком и первичного анализа данных, после чего на пробу добавил других элементов, реакция которых на энергию, мне пока неизвестна. Я не учел, что живые существа обычно не открывают свое тело и не достают из него что-то длинное, похожее на кровеносную, или нервную систему. Рош такого точно не ожидал и немного испугался, но я как мог, объяснил, что все хорошо и я так себя восстанавливаю и создаю нечто вроде органа чувств для восприятия энергии. Когда я сделал все, что запланировал со своей начинкой, Рош уже завершил варку снадобья и с интересом наблюдал за мной. Для пайки, кстати, я попросил у него кусочек канифоли, которую приметил на столе с ингредиентами. Если точнее, это была не совсем канифоль, а просто чистая сосновая смола, но разница не так критична. А роль припоя у меня использовался он же, но спаянный с дорожек и модулей, которые итак не работают, или потребляют непозволительно много энергии. При нужде восстановить можно, но вряд ли пригодится в ближайшее время, а свободного припоя все равно с собой нет.