Не кто из слушающих, не про ранил ни слова. Ведь, как появляется тьма, не кто не знал. А слова, того игрока, не как не проверить. Королю врать не было смысла. Но и поверить, в неожиданное появление тьмы, не кто не мог.

— Если тьма появится в городе, к нам пришлют гонца. Сейчас все, что мы можем это сидеть здесь, — неожиданно сказал, один из игроков.

— Можем то, мы можем, — согласился с ним Дядя Паша, — вот только моим старым костям не удобно.

«Вы можете идти», — чуть не вырвалось, у одного из сидевших. Он вовремя прикусил язык. То ли от уважения, то ли знал, старик не оставит пост. Над кастором, повисла тишина. Гельта, вновь принялся всматриваться в темноту. На секунду, он увидел в ней движение. Сказал об этом товарищем, теперь вперед смотрел не он один. Движение не повторилось. Они просидели в страхе, всматриваясь минут десять. Решили, что молодому показалось, и прекратили попытки разглядеть что-либо.

Спустя время, один из них встал со словами: «Мне надо отлить», — он отошел в сторону. Послышалось как он облегчается и наступила тешена, нарушаемая только трескам пален в костре. Дядя Паша, нахмурившись, вслушался в тишину: «Мун», — позвал он, когда не расслышал шагов.

Ему не ответили. Седевшие у костра переглянулись, один из них сплюнул.

— Надо бы, сходить проверить, — сказал дядя Паша, — Гошо, проверишь? — обратился он к товарищу.

Игрок, моложе лет на семь дяди Паши, с длинными до плеч волосами, и шрамом на шике встал. Он принялся вглядываться в темноту. Нет, ему было не страшно идти, скорее лень.

— Если у него шутки такие, я за себя не ручаюсь, — сказал Гошо, тяжёлым голосом.

Он сделал шаг от костра и ему на встречу вышел Мун. Бледный, с выпученными от страха глазами. Гошо, хотел было уже его отчитать, только слова застреле в горле. К ним подошел дядя Паша:

— Я звал тебя, ты что не слышал? — обратился он к Муну.

— Я … я… та. ко. е вид. л, — заикаясь, прошептал Мун.

Не дожидаясь ответа, он обошел товарищей, и поспешил костру. Рухнул возле него и посмотрел на Гельта, который был уже не менее бледным.

— Что? Что ты видел, — едва тихо, спросил Гельт.

К костру вернулись двое старших, Гошо достал флягу и передал ее Муну. Тот принял ее из его рук, словно святыню. Дрожащими руками, открутил пробку и приложился к фляге. Гошо насчитал три глотка и забрал флягу обратно. Протёр горлышка рукавом и сам приложился к ней. Выпив и не много успокоившись, Мун заговорил:

— Закончив, я уже собирался к вам. Услышал шаги, решил проверить, пошел на их звук. Прошел вдоль стены и увидел ее. Красивая молодая девушка, на ней была только одна ночнушка, лямка которой упала, обнажив одну грудь. Я сначала подумал она игрок. Может заблудилась и ей нужна помощь. А может страдает лунатизмом и вышла из города…

Мун посмотрел на флягу и протянул к ней руку. Гошо без раздумий отдал ее. Сделав глоток, парень продолжил:

— Я сначала был поражён ее красотой, хотел броситься к ней. Но, что-то внутри меня, начало задавать вопросы: Кто эта девушка? Если она ходит во сне — как вышла из города мимо нас? А если она не из города, то, как добралась сюда ночью и от куда? А она возьми и заговорит, таким нежным-нежным голосом: «О! Славный воен. Помоги мне». И мне так захотелось пойти к ней, обнять и прижаться всем телом к ней. Я уже было сделал шаг, как на секунду, а может две, показалось луна. Под ее свет попала эта девушка. Она уже не была прекрасна. С половины лица была содрана кожа, кое где отсутствовали куски мяса. Одна глазница пустая, второй глаз закатился внутрь, словно хотел рассмотреть мозг. Одна половина тела гнилая, вторая и во все скелет. Я отступил назад, а она тянет руки и таким же голоском: «Милый, я больше не привлекательна?». Лунный свет пропал, и я снова увидел ее молодой и красивой. Но я больше не мог разводить этот образ, убежал.

Мун умолк, приложившись к фляге. Гошо, хотел было забрать, но махнул рукой. Гельт обхватив себя руками, дрожал. Дядя Паша обвел всех взглядом и спокойно заговорил:

— Сирена. Мне про ни ее рассказывал, Мальбрут. Гошо слышал эту история, так что для вас, молодые. Около двух недель назад, его отряд разведчиков возвращались с задания. Они задерживались, по этой причине, ночь застала их в пути. Они приняли решения, переночевать в старом заброшенном амбаре. Выставили часовых, легли спать. Сквозь сон, слышит, зовут его. Он проснулся, а вокруг тишина. Нарушаемая только, иногда похрапыванием. Сон как рукой сняло, решил проверить часовых, за одно и сменить сильно уставших. Вышел, а часовых некого. Пошел искать вокруг амбра. Не-че-го. Отошел чуть дальше от ворот и обнаружил кровь. Она вывела его к трупам. Четверо дозорных, все мертвы. У всех разорваны грудные клетки и вырваны сердца.

Дядя Паша смолк. Он забрал у Муна флягу, хотел сделать глоток, но с ни ее не упало ни капли. Он потряс бутылку и понял, что она пуста. Злым взглядом глянул на Муна. Парень, склонив голову уже дремал.

— Что было дальше, — затаив дыхания, спросил Гельта. В отличие от товарища, он дослушал до конца.

— А все тоже самое, как и у него, — Дядя Паша, кивнул в сторону Муна, — звала его милым, притягательным голоском. Потом луна и ее настоящая сущность. Правда, Мальбрут не из с трусливых, пытался ее убить. Только тварь, не из слабых вышла. Ее удалось ранить его пару раз, но и он не остался в стороне. Снял у ни ее половину здравья, а тварь возьми и убежала.

— Да, из-за тьмы такие монстры повылазили, страшно приставить, — выдохнул Гошо.

У костра, вновь воцарилась тешена. До рассвета, оставалось часов четыре, и их сменят. Дальнейшая ночь, проходила спокойно. Увидев, что молодой начал клевать носом. Дядя Паша разрешил ему вздремнуть. Из бодрствующих, остался он и Гошо. Он, толстой палкой, ворочал уже почти дотлевшие угли.

— Как думаешь, смогут игроки, развеять тьму? — спросил дядя Паша.

Гошо подвинул к себе очередной уголек. Он был уже весь черный, но еще можно было увидеть красное свечение. Он не спешил отвечать, долго всматривался в свечение. И когда он погасло ответил:

— Нет!

Его ответ, был короток и ясен. Дядя Паша и без вопроса прекрасно понимал. Невозможно победить, «То не зная, что». Информация про тьму из гайдов, устарела, «Хозяин все изменил». Дядя Паша закрыл глаза и попробовал вспомнить, что писалось про тьму: «И открылась червоточина и полезла из ни ее мгла. А с ней твари и монстры разные. И обрекли они мир REQUIEM на гибель». Вроде так говорилось в начальной заставке. Но, сколько они не изучали мир игры, не какой червоточины не находилось. Тьма, словно не играла по правилу, прописанными разработчиками. Появилась неожиданно и вряд ли неожиданно уйдет.

Дядю Пашу, вытащили из мыслей отряд сменщиков. Он и не заметил, как наступил рассвет, возможно даже задремал. Отряд состоял из петь игроков, вместо положенных четырех. Причиной тому был новый игрок, вступивший в гильдию и проходивший обучение.

— Все спокойной, Король? — обратился главный отряда.

Старик в душе не довольный, что его так назвали, отрицательно мотнул головой. Кратко рассказал про сирену. Старший нахмурился, ответил благодарностью за предупреждение. Трое из отряда дяди Паши, засобирались, а сменщики заняли их место у затлевшего костра. Их старший еще перекинулся парой слов и тоже занял место.

До падения Сталберга оставались считаные дни.

****

Колигея, рассматривала Сталберг в шаре, державший в своих руках. Тьма, дымкой собиралась внутри шара и рассеивалась. Колигея еще была недостаточно сильна, покрыть большую площадь. Одна дело деревня или поляна. Другое город, с огромным количеством НПСи и игроков.

Колигея, перекатила шар с одной руки на другую. Раздавила, темная жидкость потекла по руке, закапав на пол. Женщина ухмыльнулась, Сталберг все равно накроет тьма. Мерания будит полностью поглощена. И как только это произойдёт, сил у ни ее будит достаточно, обрушить тьму на Алгард.

Женщина снова создала шар в руках. На этот раз в нем было видно, ее детей. Маркус и Иллезра сражались друг против друга, в доли от дома на поляне. Иллезра стояла в стойке с косой и тяжело дышала. Маркус, натянув улыбку на пол лица, мял в руках тьму. Девушка опустила оружие, сделала пару шагов и исчезала. Маркус создал щит из тьмы и начал искать глазами Иллезру. Сделал пару шагов, резко отпрыгнул. На том месте, где он стоял в землю вонзилась коса. Девушка появилась за спиной Маркуса и прижала к его шеи кинжал.