– Лилиат! – раздраженно крикнула незнакомка.

– Здравствуй, Сара. – сухо проговорила Лилиат, сжимая губы. – Никто не давал тебе разрешения покидать темницу.

– Заткнись! – прорычала Сара.

– Энти те дон… – начала спросонья бубнить Милослава, слабо приоткрывая глаза.

Я увидел, как Нефрит помог девушке подняться. Остальные тоже встали на ноги. Я тоже начал осторожно приподниматься сквозь пульсирующую боль в локтях.

Сара медленно направилась к Лилиат. Я заметил, как дрожь сковывала ее коленки, и девушка передвигалась нерешительно, боязливо. Но голос звучал жестко и смело, мощно и радикально. Она проговаривала каждый слог ясно и резко, ударяя им в само сердце Лилиат…если у нее оно было вообще…

Но в каждых ее словах ощущалась пролитая кровь и обжигающие горькие слезы. Настоящая обида переполняла каждую букву, хоть и скрывалась за яростным тоном девушки.

– Вы мне больше не семья. Я никогда вам не прощу то, что вы сделали со мной. Я никогда вам не прощу то, что вы меня заперли, били и морили голодом, унижали и оскорбляли. Я никогда вам не прощу то, что вы потешались над моим разбитым сердцем за мою убитую любовь к Арктуру. Я никогда не прощу вам то, что вы обрушили на земли литры чужой невинной крови. Я никогда не прощу вам то, что вы решаете чужие судьбы, кому стоит жить, а кому стоит умереть за ваше господство. Я никогда не прощу вас за смерть моей лучшей подруги детства.

– Как грустно… – наигранным тоскливым тоном ответила Лилиат, покачивая головой, играясь со своими густыми локонами, сплетая их между собой пальцами.

– Никогда…никогда я не прощу вас за смерть Беатрис!

– Смерть…Беатрис?.. – не веря в услышанное, произнес я. Не слышал собственного голоса. Не чувствовал, как ускоренно застучало налившиеся от ужаса сердце.

Но Лилиат я слышал хорошо:

– Да, пухляш очкастый. – она криво мне улыбнулась, блеснув своим белоснежным оскалом. – Твоя подружка мертва. Арктур убил ее быстро и даже не моргнул глазом. Убил без всякого сожаления. – будто наслаждаясь, с издевкой в голосе шептала Лилиат. – как муху придавил ее. И ты, Саранта, не сможешь ее спасти. Она убита навсегда. Забудьте ее…нет…помните ее…помните, что она мертва… – восторг переполнял ее голос.

Я впал в транс от ее признания. Каждое ее слово яростно обдавало болью, жаром обжигало изнутри, а сердце словно обвили густые черные нити и туго сжали его, придавливая и задушивая накапливающуюся от ужаса муку. Дышать стало невыносимо трудно. Каждое ужасное слово, сорвавшееся из ее красивых уст, впрыскивало в мои легкие темным полотном едкий гадкий дым.

– И вы будете помнить о ее смерти до своей. А ваша близка. – ухмыльнулась Лилиат.

– Нет! Она не может быть мертва! – осознание происходящего градом обрушилось на меня, и я закричал со всей окутавшей меня яростью, чувствуя, как глаза начали щипать слезы.

Лилиат в ответ коварно улыбнулась:

– Мертва, мертва.

"Арктур убил ее быстро и даже не моргнул глазом". Эти слова пронзительно звенели в голове. Я не мог спокойно стоять на месте.

Я жаждал своими руками убить Арктура. Разорвать его по кусочкам. Отрубить ему голову. Я не мог в это поверить! Беатрис мертва! Девушка, которую я тепло и искренно любил, погибла от рук монстра! Быть такого не может!

Внутри кипела жаром ненависть. Она отравляла раны на сердце, опьяняла сознание, усыпляла рассудок. Под ее волей в голове назойливо крутились сцены, как я холодно и жестоко расплачусь с Арктуром за смерть своей любимой девушки.

– А мы возьмем и вернем Беатрис к жизни, прямо на зло тебе, дрянь! – с усмешкой прокричал Галактион и кинул в сторону Лилиат длинный скальпель с изящным лезвием.

Лилиат резко обернулась и взмахнула рукой, направив скальпель обратно к Галактиону. Галактион вовремя увернулся, и длинный ножик бумерангом развернулся и врезался в стену.

– Все, Саранта и ее жалкие друзья. Ваша игра окончена. – и с этими словами Лилиат стукнула растопыренной ладонью по полу, и комнату вновь сотряс хаос…

***

Путь привел Арктура далеко под землю, в длинный туннель, покрытый темными круглыми камнями. Взрывы, казалось, раздавались под водой, и потолок даже не дрожал от сокрушительной мощи битвы. Мужчина спокойно выдохнул, присел и посадил Беатрис себе на колени. Ее голова упала ему на грудь, словно она мешковатая кукла. Арктур аккуратно убрал ее вьющиеся волосы за уши, и от одного случайного касания к ее коже грудь наливалась жаром.

Ритуал ожидается не простой. Не так просто вернуть усопшего к жизни. Ритуал темный, опасный…Он заберёт часть силы Арктура и отдаст его Беатрис…благодаря его частичке она откроет глаза.

И они будут между собой связаны. Их скрепит мощной нитью великая сила, которую между собой делили Арктур и Гардос.

Вновь много мыслей накрыло голову. Сможет ли Беатрис жить с этой силой? Сможет ли Беатрис жить, зная, что она очень сильно будет связана с Арктуром? Настолько сильно, что не сможет разлучиться с ним больше. И от этой связи она теперь не сможет избавиться.

Никто из них не сможет.

И как Гардос переживет распад этой связи? Почувствует ли он, что его сила устремилась в плоть другого человека?

И сможет ли Беатрис потом избавиться от всех врагов так, как задумал хитрый ум Арктура? Реализуется ли этот грандиозный и одновременно рискованный эксперимент?

Потолок над головой дрогнул. Крупицы пыли посыпались на макушку Беатрис. Арктур еще раз посмотрел на ее бездыханное лицо. Даже мертвой она казалась ему прекрасной. А живой…просто невероятная. И он решил провести этот ритуал.

Возможно, сначала Гардос будет зол и посчитает Арктура предателем. Но потом, поняв, как тот захотел использовать девушку, он будет очень восхищен и другими глазами взглянет на Беатрис. Она перестанет быть для него опасностью. Она для всего мира станет опасностью. Станет тайной, скрытой шпионкой, стоящей между двумя сторонами, но влечь ее будет к нему, к тому, кто отдал ей частичку силы, которая возродила ее к жизни.

Не зря они ее убили. Полуэнтариату высшую силу передать получится только таким образом.

Белоснежные пальцы мужчины коснулись ее лба, а губы начали неторопливо читать заклинание на древнем языке, некогда его родном языке, но казавшимся уже таким чужим и далеким…Тихий, почти замогильный шепот длинным потоком направился к сущности энтариата, застрявшего в другом измерении. Эти слова должны вернуть потерянную душу в тело и возродить его. Арктур ощущал, как внутри него пробудилась энергия, мощным струями понеслась от его сердца к руке, застыла на пальце, а после погрузилась в Беатрис. Тело девушки изнутри загорелось ярчайшим сиянием, и волной оно вышло из нее и накрыло их обоих, слив на мгновение в единое целое. Заряд тысячи импульсов пронзил Арктура и ударил в девушку.

Мужчина чувствовал ее тело, как проснулся внутри нее организм, как кровь начала течь по венам, как свело ее мышцу на левой руке. Увидел, как дрогнули ресницы. Ощутил, как каждая клеточка загоралась искрой его силы. Ощущал, как эта сила внутри него пульсировала ярчайшими лучами.

Рот приоткрылся, и девушка выпустила слабый выдох.

Арктур довольно улыбнулся, с трепетом ожидая, как она откроет свои глаза и посмотрит на него…на своего убийцу, своего спасителя…

На человека, с которым теперь она будет связана кровью и душой.

На человека, который решил ее использовать для своих корыстных целей.

***

POV Беатрис

Я почувствовала, что меня начало стремительной силой куда-то тащить. Нечто мощное и властное собиралось меня вытолкнуть из этого пространства.

– Получилось, Анестониан! – радостно воскликнула я, бросив быстрый взгляд на сестру. – Сара меня возрождает!

– Это прекрасно, Беатрис, – лицо Анестониан засветилось от радости. – возвращайся в тот мир и ищи мое тело под пирамидой.

Я взяла ее за руку и решительно кивнула. Остальные ее пять рук обхватили и сжали наши сплетенные замком пальцы.