— Ага… Учитывая исполнительниц, ситуация ничуть не лучше. И это по телеку крутят?

— Ну, иногда, да!

— Черта себе!

— А я о чём! — он включил песню с самого начала.

Только фрагменты:

*Тщательные стоны…*

'Закусив губу неосторожно

Эту боль я не забуду точно

И бежит адреналин по венам

Разжигая тело

Всё внутри огнём пылает сразу

Заставляя утопать в экстазе

Погружаюсь в него с головой

Рассудок увлекая за собой

От нетерпения схожу с ума

Ведь ты об этом мечтал?

* * *

Достигнув высоты, сорвёмся вниз

Быть может, воплотим твой маленький каприз?

Не желаю больше думать ни о чем

Хоть собою ты всецело увлечён

И лишь о разрядке все твои мечты

До чего же, милый, безнадёжен ты!

* * *

Получать от жизни всё

Вот правило моё

То, что мне положено — возьму сама я

Ну же, своё место знай.

* * *

Покажи мне всё, что от меня скрывал

Неприкрытые желанья правят бал

Ожидание мучительно порой

Но с улыбкой в омут страсти окунёмся мы с тобой!'

*В конце снова тщательные стоны*

— Ты чего, Юрик? Что с тобой?

— Да ничего, у меня просто культурный шок. И слова вроде бы по отдельности приемлемые, но как это возможно?

— Что возможно?

— Да всё это! У нас по телеку…

— Юрик, ты плачешь? Я погляжу, тебе очень понравилось?

— Ну так-то да… Особенно с живым клипом, где они все вшестером друг с дружкой в открытых нарядах обнимаются.

— А то! Надеюсь, группа не распадётся к тому моменту, как у меня будут деньги, чтобы попасть на их концерт. Хочу взглянуть на этих легенд вживую!

— Попасть на? О-о-о? — я вдруг задумался. Это же правда. Они ж реально настоящие! Не рисуночки из мультиков, а реальные девушки! — Действительно, очень хотелось бы однажды посмотреть на них вживую.

А ещё лучше потрогать, но об этом не буду…

* * *

Страдали мы с ним фигнёй за компьютером ещё целую вечность. Успели вернуться с работы Димкины родители, поглядеть на нас, накормить и спать мне застелить. Тот же Димка отдал в пользование собственные штаны и носки, так как мои грязные точно уже арестованы государством.

— Ну ты погляди, Диман, куда мне такие? — примеряю штаны. — Сюда полтора меня по ширине влезет.

— Слушай, ты не преувеличивай, пока я добрый. Вон, поясок ещё возьми тогда, — протянул мне ремень, видно, бывший в употреблении ещё у его отца или деда. — Ты не ты, когда штаны сползают. Лучше?

— Лучше. Намного лучше.

— А снизу штанины по длине подверни просто.

— Что? Ты мне всерьёз предлагаешь с подворотами на штанах шастать? Как на меня люди посмотрят!

— Пф-ф! А тебе не пофиг, Юрка? — ухмыльнулся он.

— Пф! Ещё как пофиг, — я ухмыльнулся в ответ.

— Гха-ха! Вот и всё, будешь как модник шастать.

— Вот ты выручил, конечно!

— Да ладно тебе, одно дело делаем. Ты же мне как братик.

— Надеюсь не тот «братик», как в японских мультиках, которые ты показал?

— Что⁈ Нет! Ты что!

— Угораю над тобой.

— Гха-ха, а ты представь эту картину всерьёз: «Добро пожаловать домой, старший братик~», — он скорчил голос.

— Кхм! Угу… — пытаюсь сдержаться. — Такая тупость… Гха! Кхм…

— «Братик~, я тебя очень-очень люблю!»

— А-а-а, не надо, пожалуйста!..

В дверь вдруг постучались. Оказалось, его мать.

— Ребята, на дворе уже два часа ночи, а вы всё ещё страдаете… — она замолчала. — Мне с отцом завтра на работу, вам завтра на учёбу. А ну спать! — приказав, она нажала на выключатель и захлопнула за собой дверь.

Нда уж… Почти прямо как в детстве. Тупые разговорчики, несмешные шутки, с которых орёшь как потерпевший, аж до боли в груди и трезвая ночёвка у лучшего друга… Да когда ж последний раз у меня такое было?

— Ну спать так спать?

— Ага, до завтра.

— Да и тебе не помереть под подушкой.

На том и легли. Стало вдруг так тихо… Я тут же заново ощутил насколько всё происходящее со мной невероятно. Голова от шока кружится так сильно, что теперь не понимаю как вообще мог ровно стоять всё это время. И больно… Просто гудит, страшно гудит, словно поезда в черепушке катаются. Даже поднимался пару раз с кровати, прислушивался, может, у соседей что-то или с улицы звук идёт. Саранск город-то большой теперь, миллионник!

Но ничего… Абсолютно. Вот провёл я почти полные сутки в этом мире и в этом теле, но только сейчас довелось побыть одному и в тишине. Ужас какой-то. Мыслей килотонны, их спецтранспортом за год все не разгрузишь.

— Ха-а-а… — я глубоко вздохнул.

Сейчас усну и завтра ничего не изменится. Всё ещё буду этим молодым «Юрой» в альтернативной «Российской Империи» и ничего с этим не поделать. Вообще ничего…

* * *

Не заметил как отключился. Уже вижу, как куда-то еду. Моя родненькая японка, кое-где привычно поскрипывает, амортизатор справа подзадубел, руль немного ведёт… За окном темень, туман, дорога скользкая, а в радиоприёмнике спокойно играет шансон, песня «Так хочется жить» группы Рождество. Ирония, твою налево!

Я был в дороге уже несколько часов подряд, так что листать каналы даже не задумывался, мне лишь бы добраться и не заснуть по пути.

Как вдруг на перекрёстке мимо проносится большой чёрный Крузак, почти впритирку! А если бы я не среагировал, попали бы в знатную аварию прямо посерёд тёмной трассы.

Понятно, весь сон сразу же как рукой снесло! Матерился я одновременно за трёх сапожников, ещё и этот, пэнсил, стал оттормаживаться впереди. Мигает мне аварийкой. Думаю: «Ху-ху тебе, уроду, надо ещё?»

Ну ничего, тормозим, я выхожу и он тоже уже выходит. Сразу говорит так невиновно: «Ой, мужик, прости, не заметил!»

«Я тебе как „не заметил“ по морде сейчас заряжу, супчик ты!» — Как-то так подумал про него. А тут гляжу, совсем поздно заметил, сзади меня уже ещё один чёрт из этой машины обходит. Чисто машинально на него оборачиваюсь, чтобы оценить обстановку, а у того — калаш обрезанный, заодно без приклада, и уже на меня направлен. Не знаю, темно, фонарей нет, только фары моей японки и их тусклые задние габариты.

А дальше ни слов, ни обсуждений. «Пах-пах-пах…» — пули моё брюхо насквозь прошли. Всё, я уже трупом на том же месте лежу, сам не понял, когда упал и за что.

— Твою мать! А вы-то откуда⁈

— Что, кто⁈ ##ять!

— ДПСники едут! Какого х#!

Убийц всего двое, но целью был точно не я.

— Давай, в темпе! Где у него документы⁈

— Думаешь, он спрятал?

— Да не дай Бог! — они оба кинулись к моей машине, став переворачивать всё её содержимое. — Нас же обоих тогда порешают с такими успехами прямо на месте доклада!

— Агх, вот! Вот они, точно тебе говорю! — мужик рвёт толстый чёрный пакет, второй светит на бумаги маленьким ультрафиолетовым фонариком.

— Давай, давай, давай! В темпе, валим отсюда!

Затем были сирены и много шума. Не знаю что такое, но в следующий раз очнулся только когда погружали в скорую и ещё несколько раз подряд внутри. Шансов никаких не было, слишком уж далеко от города, а это ведь туда и обратно, плюс сильнейшее пулевое ранение.

«За что?» — личные причины вряд ли у кого-то могли быть. Кому-то мебель плохую продал, хм? Нет, конечно. Но вот: «Ради чего?» — вопрос вполне себе резонный.

У меня было две работы. Основная — главный менеджер по продажам мебели в офисные центры по нашему городу и ближайшим, в довольно крупной компании. Ладно, не очень, тем не менее. Работал я не на звонках, не с обычными людьми, а уже со сформированными в головах клиентов крупными заказами. Выслушивал пожелания, предлагал свои более дорогие варианты, а затем направлял всё это нашему дизайнеру. Тот, конечно, всё правил и в итоге я возвращал концепт клиенту на позолоченном блюдечке, да с широкой улыбочкой.