— Нины здесь нет, — сообщил он прохладным тоном. — Она вышла на обед.

— А я не к ней, — вдруг заявил Рэйф и указал на кресло для посетителей у стола. — Можно?

— Конечно.

Что могло заставить Рэйфа Хоббса прийти к нему в кабинет? Очень странно и от того, нелегко. Слишком много неприятных моментов из жизни Хадсона было связано именно с Рэйфом. Именно он чуть не разрушил карьеру Хадсона, которую тот с таким трудом выстраивал. Было время, когда териан волк не мог ступить и шага без какой-либо проверки. Каждое его слово, медицинское заключение или документ на котором он ставил подпись, рассматривались чуть ли ни под микроскопом, в надежде выявить малейшую оплошность. И хоть Хадсон был на сто процентов уверен в своей компетенции, подобное внимание напрягало. Ведь если захотеть, то всегда можно найти к чему придраться. Он и так потерял все. Работа — единственное что у него осталось. Поэтому Хадсон держался за нее обеими руками и всем возможными способами пытался восстановить свою репутацию.

Немногие винили Себа. Большинство полагало, что у него просто не было выбора и он не мог противостоять инстинкту защитить свою пару. Хадсон другое дело. В кулуарах поговаривали, что всему виной то «влияние» которое он оказывает на Себа. Будто отмеченный партнер должен нести ответственность за поступки того, кто его отметил. Ужасная несправедливость, но видимо общество считало иначе. Сам же Хадсон винил их с Себом в равной степени. Тот несчастный мальчик погиб по их вине.

— Как дела? — Спросил Хадсон, пытаясь выдавить из себя улыбку. Ради Себа, он должен постараться изобразить вежливость. Братья, наконец, нашли общий язык и Хадсон не хотел снова портить их отношения. На лице Рейфа отразилось недоверие и Хадсон тихо вздохнул. — Вопрос без подвоха. Мне действительно интересно.

И хотя Рейф все еще был тем, кто чуть не похоронил его карьеру, Хадсон ему сочувствовал. Он давно знал семью Хоббс и часто был свидетелем приступов Томаса. Некоторые из них были столь тяжелыми, что он терял сознание. Такого никому не пожелаешь. И мысль о том, что однажды сильный и могучий как скала Рэйф окажется в инвалидном кресле, так же как и его отец, причиняла почти физическую боль. Себ с Итаном любили старшего брата, несмотря на его скверный характер. Скользнув взглядом по широким плечам Рейфа и его мускулистой фигуре, Хадсон ощутил, как внутри растекается болезненная горечь. Как грустно. Рэйф ведь не всегда ненавидел его. Когда-то он был дружелюбен к Хадсону и даже улыбался ему.

— Я в порядке, — ответил Рейф и нервно откашлялся. — Спасибо, что спросил.

Хадсон кивнул.

— Чем могу помочь?

— Я хотел поговорить с тобой о Нине. Знаю, что у вас с ней натянутые отношения и понимаю, что я во всем виноват. Ведь она пыталась защитить меня. Прошу, не злись на нее. Она ведь любит тебя, как брата. И очень страдает, потому что скучает по тебе.

Последние шесть месяцев были довольно сложными. И хотя Хадсон по-прежнему поддерживал с Ниной хорошие отношения, их дружба сильно пострадала. Как они могли вернуться к тем отношениям, которые у них были, если она намеренно держала его в неведении столько времени? День за днем она приходила на работу, общалась с Хадсоном как ни в чем ни бывало и все это время делила постель с Рэйфом. Терианом, который едва не уничтожил его.

— Я подумал, что ты только обрадуешься, если я исчезну из твоего окружения. Ведь Нина была единственной ниточкой, связывающей меня с твоей семьей, — печально проговорил Хадсон.

Рэйф резко выпрямился на стуле.

— Как ты можешь так говорить? А как же связь с моим братом? Она намного сильнее, чем с Ниной. Не понимаю тебя. Не так давно, ты прикрыл Себа от трех пуль, доказав, что он все так же тебе небезразличен, как и много лет назад. А сейчас снова открещиваешься от него? Он ведь тоже тебя любит. Так почему бы просто не вернуться домой?

Хадсон резко выдохнул, застигнутый врасплох пылкостью Рэйфа.

— Зачем... ты говоришь об этом?

— О вашем воссоединении?

— Нет. О том, что я должен вернуться домой.

Рэйф нервно провел рукой по волосам и тяжело вздохнул. Он долго молчал, пытаясь подобрать нужные слова, но потом просто махнул рукой.

— А, нахуй все. — Он твердо посмотрел Хадсону в глаза и выпалил. — Потому что ты часть нашей семьи и всегда ею был. Твой дом рядом с нами, а его рядом с тобой. Он был так разбит, когда ты ушел, а я больше не хочу видеть, как он страдает. Он как никто заслуживает счастья, а без тебя это невозможно. Ты нужен ему. Нужен моей семье. Мама очень скучает. Всегда спрашивает, как у тебя дела. Итан скучает. И отец...

— Не надо, — остановил его Хадсон, сморгнув непрошенные слезы. — Это низко, использовать Томаса.

— Но это правда. Хочешь верь, а хочешь нет, сути это не меняет. Мы твоя стая Хадсон. Да, я ненавидел тебя долгое время, но думаю, это была скорее обида.

— За что?

— За то, что ушел. Ведь никто тебя не винил. Ладно, я винил, но я был мудаком. Но ни мама, ни отец, ни Себ с Итаном не считали тебя виновным в случившемся. Они хотят, чтоб ты вернулся домой.

Хадсон не знал, что сказать. Семья Хоббс приняла его, одинокого волка, нуждающегося в семье и заботе. С самого первого дня их знакомства он чувствовал себя желанным гостем в их доме. Они никогда не отворачивались от Хадсона, несмотря на то, что собственная семья выгнала его из дома. Это лишь стало для Джулии поводом окружить его еще большей заботой. Неужели Хадсон думал, что они не будут скучать за ним?

Хадсон молча смотрел в суровое лицо териана, который долгое время был источником его страданий и поражался тому, как же сильно он похож на Джулию. Каштановые волосы и каре-зеленые глаза напоминали ему женщину, которая стала для Хадсона второй матерью. Лицо Рэйфа вдруг смягчилось и сходство усилилось.

— Прости за то, что тебе пришлось пережить из-за меня. Но даже если не сможешь, прошу, не отворачивайся от Нины.

Хадсон открыл было рот, чтобы ответить, но его оборвал стук в дверь.

— Простите. Не хотел прерывать вас, но я ищу доктора Колборна.

— Да? — ответил Хадсон с любопытством разглядывая симпатичного териана леопарда в форме THIRDS, что стоял у порога его кабинета. Как странно, нашивки свидетельствовали о том, что этот агент служит в подразделении Альфа, но Хадсон никогда раньше не встречался с ним. Любопытно.

— Чем могу помочь?

Рэйф развернулся на кресле, чтобы рассмотреть незваного гостя и лицо грубого териана моментально помрачнело. От той мягкости и сожаления, что Хадсон видел всего несколько секунд назад, не осталось и следа. И с чего это он так недобро сверкает глазами?

— Вы доктор Колборн?

Незнакомый агент осторожно шагнул вперед и, увидев нашивку с именем Рэйфа, как-то вмиг побледнел. Он перевел взгляд на Хадсона и направился к его столу, обходя Рэйфа по большой дуге.

— С утра был, — приветливо улыбнулся Хадсон, протягивая незнакомцу ладонь. — А вы?..

Рэйф встал и агент чуть из штанов не выпрыгнул от страха. Старший Хоббс ухмыльнулся и с размаху хлопнул, его по плечу.

— Агент Трент Карсон, временно переведен из Филадельфии, — крайне неприветливо рыкнул Рэйф. — Заступил на место Тейлора. — Он наклонился к Тренту и прошипел. — А ты умеешь произвести первое впечатление.

— Да, эм, ваш брат Себ отличный парень, — ответил Карсон, выдавив из себя неловкую улыбку. Рэйф сжал его плечо и Трент болезненно поморщился. Но стоило Рэйфу отпустить его и отступить назад, Трент тут же пожал, протянутую Хадсоном руку. — Приятно познакомится.

— И мне, агент Карсон.

— Прошу, зовите меня Трент, — бросил Карсон, широко улыбаясь, чем тут же вызвал пренебрежительный смешок у Рэйфа.

Что, черт возьми, происходит? Рэйф с досадой покачал головой, а потом повернулся к Хадсону и его лицо смягчилось.

— Позже еще поболтаем, Док. — Он снова весьма ощутимо хлопнул Трента по спине и, уходя, бросил через плечо, — Увидимся, Карсон.

Хадсон проводил Рэйфа недоуменным взглядом и уставился на Трента в ожидании объяснений. Тот просто пожал плечами и улыбнулся.