Но ощущение, что он многого не договаривал, у меня сложилось устойчивое. И мне было интересно, что же скажет Ирина, как психолог, после знакомства с ним.

К пяти часам я подошла к метро и стала ждать звонка.

– Я поднимаюсь – позвонил Юра в пять минут шестого.

– Я у выхода, жду.

Уже вышли все, кто только мог выйти, но Юры все не было.

– Ну и где ты? Я уже минут пять просто стою – позвонил мне Юра.

– В смысле? – я на выходе, я не могла тебя пропустить.

– Ты где стоишь?

– На Пушкинской.

– Ну, а я на Звенигородской. Тебя нету тут!

– Кто-то сказал, что знает, где находится дом – ласково подколола я.

Издалека приметив уже знакомую мне желтую кофту, мы пересеклись на половине пути. Очень быстро он притянул меня, чмокнул в губы и так же быстро отстранился. Это был наш первый поцелуй вне его жилища.

– Привет! – сказал он.

– Привет!

– Пошли. Ты аккуратно с ней, пожалуйста, она очень своеобразный человек – предупредила я Юру.

– Да ладно тебе, и не таких видали.

По дороге я предложила зайти в булочную и купить вкусняшек. Выбрала эклеры. И еще мы завернули в Кэбэху – там купили вкусненькую колбаску в нарезке и батон. Затем подошли к парадной, и я открыла дверь. Юра поздоровался с консьержем, и мы направились к лифту.

– Пятый – откомментировала я.

Лифт приехал, мы зашли вовнутрь и Юра нажал на кнопку пятого этажа.

– Как у тебя дела? – он обнял меня и так мы доехали до верха.

– Все хорошо – прошептала я в его плечо.

Ирина Соломоновна ждала нас на входе и проводила сразу на кухню. Я представила ей Юру, а Юре её. Они сели за стол и, пока я готовила чай, Ирина Соломоновна начала его расспрашивать о том и о сём. После того, как я порезала эклеры, Ирина накинулась на них буквальным образом – она была еще та сластена!

Юру увидела Читинская Ленка, еще одна Иринина квартиросъемщица и моя землячка, но ни о чем не спросила, видимо подумала, что это очередной как Пашка Соломоновнин знакомый.

Выглянула только потом на насест, куда мы с Юрой вышли покурить и позвала к себе. Я погладила Юру за плечо и попросила подождать немного. У Ленки чуть не выполз глаз при моем движении, но расспрашивать меня она ни о чем не стала.

Юра с Ириной вполне себе хорошо разговорились, а я особо не встревала в беседу, давая им возможность пообщаться. По итогу встречи договорились, что все вместе в ближайшее время выберем день и поедем на просмотр дачи.

И уже перед самым нашим уходом у Юры посыпались какие-то странные телефонные звонки, из которых я поняла, что звонила тетка, потом бабушка. Все они там были чем-то очень сильно встревожены. Юра стал их по очереди успокаивать. Потом сам кому-то звонил и расспрашивал. В итоге я поняла, что его двоюродного брата кто-то посадил в машину и увез из деревни.

К десяти вечера Юру ждали в Севкабеле, бывший однокурсник Артур с супругой, и мы откланялись.

– Прогуляемся пешком немного? – спросил Юра.

– Да – ответила я.

– Со мной не хочешь?

– Можно, я свободна сегодня.

Мы пошли по Загородному проспекту в направлении ТЮЗа, потом свернули направо, потом еще направо и шли, не знаю, куда. На половине пути Юра взял меня за руку, а я и не возразила. Периодически он делал звонки и звонили ему.

– Что там случилось? – спросила я.

– Сам не пойму – приехали ребята на машине, позвали Валька, поговорили, потом посадили в машину и куда-то увезли. Девочки там в истерике все. Я тоже ничего не могу узнать. Нужно подождать немного, все равно прояснится. И вновь очередной звонок…

– Валек! Да ты что? Маме позвонил уже? Хорошо, давай на Маяковскую езжай, там внизу встретимся.

– Нашелся? – поинтересовалась я.

– Нашелся, в полиции был. Пошли на Маяковскую, тут недалеко – и мы зашагали, прибавив скорость.

Нездоровая какая-то ситуация сложилась с ожиданием уже в метро. Вроде как Валентин вот-вот должен был спуститься и выйти к нам, но этого почему-то очень долго не происходило. И все время у него был занят телефон. Юра уже очень сильно начал нервничать, так как время уже поджимало, и его ждали друзья. Он обещал помочь разобрать и погрузить разборную кафешку после очередного мероприятия.

Наконец зазвонил телефон. Валентин проявился, и мы пошли к эскалатору ему навстречу.

Божечки…Чего-то я другого ожидала увидеть. Ну как минимум хоть какую-то похожесть с Юрой, а тут к нам навстречу выплыло пухлое тело на вид лет шестнадцати, хотя парню был уже двадцатник. И напрягло не то, что парень был в теле, а что-то другое. Не могу сказать даже, какие-то интуитивные ощущения. Что-то во взгляде скользкое промелькнуло, какая-то попытка спрятать глаза. Пазл сложился, но уже потом.

Мы подходим навстречу друг другу и Юра начинает задавать вопросы – что спрашивали, чем интересовались? Я особо не вдавалась и старалась не прислушиваться и гул толпы мне в этом благополучно помогал, а зря.

– А, Валентин – это Наташа, Наташа – это Валентин, забыл представить – резко повернувшись ко мне произнес Юра.

Мы кивнули друг другу головами, и они опять продолжили выяснять. Шум поезда дал нам понять, что нужно подходить к краю перрона и мы медленно начали продвигаться к останавливающимся вагонам. Мы первые на вход, двери открываются и все происходит молниеносно. За Юрой двое молодых людей ловко захлопывают на нем наручники, одновременно спрашивая, он такой-то, такой-то по фамилии имени и отчеству.

У меня перехватило дыхание. Естественно, смотрят люди, но мне было наплевать. Мне уже давно неважно, кто и что обо мне подумает, мне важно, что думаю я сама. Но в такой ситуации я была впервые.

Пока толпа потекла на выход из вагона, один из захлопнувших наручники стал громко и резко задавать вопросы:

– При себе есть запрещенное – колюще-режащие, наркотики?

– Нет – также резко ответил Юра.

– Употребляешь?

– Нет.

– А если поссым?

– Давай поссым.

Меня охватил ужас. Я не знала, как реагировать на происходящее.

Так, спокойно, корочки они показали – ты посмотрела, но не прочитала. Два тебе! Просить показать еще раз уже не в тему совсем.

– В чем обвинения? – спросила я тоном тетки-училки.

– А вы ему кто? – спросил молодой человек.

– Знакомая – ответила я.

– А знакомая знает, чем занимается ее знакомый? – прозвучал вопрос.

– Не совсем, сказала я, он работает, но точное место мне не известно – ответила я.

– А вы чем занимаетесь? – допрос уже перешел на меня.

– У меня преподавательская деятельность.

– А, как моя мама – учительница по русскому и литературе – и парень снизу до верха измерил меня ироничным взглядом.

«Идиот. Тоже мне – сравнил говно с лопатой! Это я стою тут офигенно сексапильная в кожаных брюках в облипку, а еще несколько минут назад мы с Юрой прогуливались по улицам, держась за руки, а еще несколькими днями ранее наши тела были в совершеннейшем тандеме. А твоей маме в лучшем случае сейчас не меньше полтинника и вряд ли она переживала в моем возрасте такие моменты. Тем более я уже прожила добрую половину своей жизни слишком порядочно, теперь мне нужно успеть прожить ее интересно.»

Я умею посмотреть словами, и я посмотрела. Опер приземлился.

– Могу я проехать с вами? – спросила я.

– Не вижу смысла – отрезал он.

Юру легонько впихнули в вагон и все четверо скрылись из вида.

Секунда колебания по поводу дальнейших моих действий – вагон быстро заполнился людьми, следующая Василеостровская, «И? Чего стоишь?»

Я моментально шагнула внутрь вагона и за мной закрылись двери. Так и осталась стоять у входа, найдя глазами искомую компанию. Они говорили с Юрой и на какой-то момент говоривший со мной ранее опер поднял голову и заметил меня. Он цинично показал мне поднятую вверх пятерню, я цинично ответила ему утрированным кивком головы. На том и успокоились, оба.

Варианта было два – следовать за ними или выйти на Ваське. Вариант остался один, когда поезд остановился на Василеостровской и они подтолкнули Юру к выходу. Я сошла и поторопилась на эскалатор. Встала прямо за их спинами. Опер занервничал.