— В смысле?

— Я хочу знать, кто та девушка, которая вскружила моему внуку голову настолько, что он впервые в жизни проигнорировал мою просьбу и не приехал к ужину. Кто она? Я ее знаю?

На мгновение мне показалось, что вот он шанс выйти из воды сухим. И, пользуясь случаем, не раздумывая, быстро отчеканил.

— Рита… Ее зовут Ри…та…

И только произнеся имя, понял, что ляпнул лишнее. Ведь теперь не отделаешься, придется некоторое время играть роль влюбленного романтика, который ради девчонки забивает на просьбы родных и пропадает ночами в ее горячей постели.

— Рита, значит. — Задумчиво протянула ба, а потом, резко меняясь в лице, уже более мягко добавила. — Я хочу познакомиться с ней. На днях организую еще один семейный ужин, и на этот раз ты так просто от меня не отделаешься.

Ба легонько хлопнула меня по затылку, а я, вжимая голову в плечи, притворно ойкнул, делая вид, что больно. Потом потер ушибленное место и улыбнулся. Что ж. Назад слов не вернешь. Придется изображать из себя Риткиного парня. Представляю ее счастливое лицо, когда получит приглашение на наш семейный ужин. Сколько планов построит на мой счет. Ну, ничего. Потерпим. Главное, что ба уже не сердится, и даже немного улыбается.

Глава 9

Дмитрий

Груз с плеч свалился. Ба простила мою оплошность. Теперь дело оставалось за малым. Объявить Ритке, что ее мечта сбылась и мы теперь пара, а через недельку другую расставить все точки над «i» и зажить прежней жизнью беззаботного ловеласа.

Окрыленный тем, что так легко отделался, я спустился в гостиную, налить себе виски и наконец-то насладиться сегодняшней тишиной. Развалившись в кресле, я с блаженством стал потягивать из бокала золотистую жидкость, смакуя каждый глоток. Приятное тиканье настенных часов успокаивало, а тихое журчание воды в аквариуме убаюкивало, даря неземное ощущение покоя и умиротворения. Глаза стали медленно закрываться, а проблемы уходить на задний план. Откинувшись на спинку кресла, я в полной мере ощутил себя удовлетворенным и счастливым. И, улыбаясь сквозь дрему самому себе, перестал сопротивляться накатившей усталости и дал сну себя сморить.

Из забытья меня вывел громкий стук входной двери. Я резко открыл глаза и обернулся. Сердце пропустило тяжелый удар. На пороге стоял отец. Забытое смятение накатило с новой силой, нагло пуская по телу табун неприятных мурашек. Тяжело дыша, я досчитал до десяти, и, взяв себя в руки, встал с кресла. Выйдя в прихожую, я увидел, что отец пришел не один. Рядом с ним, облокотившись о стену, стояла незнакомая пьяная женщина, еле держащаяся на ногах. Отец поддерживал ее одной рукой, другой снимал обувь. Я оглядел незнакомку с ног до головы и поморщился. Кроме отвращения и тошноты гостья не вызывала никаких иных чувств, поэтому я не понимал, какого дьявола, отец притащил в дом это чучело.

— Отец, это что еще за…

— Мама?!

Я опешил. Оббегая меня, вперед выскочила Элина и, подбежав к пьянчуге, обняла ее. Поддерживая пьяный груз, девушка вопросительно посмотрела на отца и тот без слов ее понял.

***

Элина

— Поживет пару дней у нас, а как протрезвеет, отправим в клинику. Я уже договорился. Ее ждут.

Я, конечно, была благодарна Павлу за принятое решение, но то, что он не посоветовался со мной, меня немного задело. Может, если бы рядом никого не было, я повела себя по-другому, но сейчас, стоя под пренебрежительным взглядом Димы, я снова ощутила себя той маленькой девочкой, готовой провалиться сквозь землю, чтобы никто не узнал, что эта пропитая женщина ее мать. Мне даже смотреть не надо было. Я точно знала, что его лицо искажено от брезгливости, а нос вызывающе вздернут до потолка, в очередной раз, доказывая превосходство своего хозяина.

Я перевела дыхание и с волнением посмотрела на мать, пытаясь прогнать от себя ненужные мысли. Она еле стояла на ногах, явно не понимая, где она и что происходит. Глаза залиты, уголки рта опущены, плечи наклонены вниз, будто на шее висит непосильный тяжкий груз. У меня сжалось сердце. Я впервые в жизни ощутила укор совести. Какая же я дочь, если стыжусь ее? Пусть она в таком состоянии, но она была и остается моей матерью. А родителей, как известно, не выбирают. Да, и я уже давно выросла и способна ответить за нее. Так почему же до сих пор ничего не сделала? Сидела и ждала, пока Павел все за меня решит. А теперь злюсь на то, что не спросил. Какая же я эгоистка.

— Да, Паш, хорошо. — Кивнула я мужу, отгоняя от себя непрошенные мысли о парне, стоящем позади, и перехватив мать за талию, перекинула ее руку себе через плечо. — Мам, я держу. Пошли. — Я, конечно, понимала, что она не разберет моих слов. Поэтому подтолкнула ее вперед, показывая, что нужно идти.

— Лин, подожди. Давай вместе. — Павел подхватил маму с другой стороны, и мы пошли в сторону пустующей спальни. — Дим, позови Светлану Юрьевну, пусть подойдет к нам.

Услышав его имя, я непроизвольно подняла глаза вверх и встретилась с его непроницаемым взглядом. Он сделал шаг в сторону, пропуская нас вперед, а потом, смотря на меня в упор, небрежно кинул:

— Сейчас, — и резко отвернулся.

По спине прошла волна марашек. Я поежилась. Какое-то странное чувство кольнуло в груди. Тревога? Страх? Сама не поняла. Просто стало не по себе. Волнительно настолько, что казалось, сердце вот-вот вырвется из оков тела и своим диким танцем заглушит посторонние звуки. До того сильно оно забилось. До того стало тесно ему в груди…

***

Дмитрий

— Отец? — Позвал я, открывая кабинет отца. Обычно, когда он был здесь, его не смел никто отвлекать, но сегодня я сделал исключение, так как хотел застать его одного. — Можно?

Отец сидел за рабочим столом, просматривая какие-то бумаги. Его лицо было сосредоточено настолько, что даже издалека были видны напряженные морщинки над бровями. Увидев меня, он отложил документы в сторону и, облокотившись на спинку стула, улыбнулся:

— Сынок? Заходи, конечно. Что-то случилось.

Он потянулся вверх, хрустя позвонками. А я, подойдя ближе, хлюпнул в бокалы, стоящие на столе, немного бренди и, протянув один из них ему, ответил:

— Разговор есть… Серьезный… Выпей…

— Ты меня пугаешь? — Нарочито серьезно заметил отец и, взяв предложенный бокал, немного отпил. — Рассказывай.

Я долго готовил себя к этому разговору. И, стоя еще минуту назад за дверью кабинета, точно знал, что не отступлю. Вот только сейчас, взглянув в спокойные отцовские глаза, моя уверенность пошатнулась. Я не знал, правильно ли поступаю, что хочу рассказать правду. Правду, которая все испортить. Сломает только что начавшуюся новую жизнь. Правду, которая напрямую касается его жены.

— Речь пойдет об Элине. — Я сел напротив и залпом осушил бокал.

— Да-а-а? Уже интересней… — Отец не собирался быть серьезным. Даже услышав имя жены, он не изменился в лице. Не спеша, попивая бренди, он смотрел на меня с улыбкой и терпеливо ждал продолжения.

— Отец, я долго думал и решил, что ты должен знать… — В последний момент слова об измене словно испарились с моего языка. Я чувствовал себя настоящим идиотом, у которого резко пропал дар речи. Ну, не кретин ли? — Мне кажется Элина тебе не пара…

— Вот как! Ты, правда, так считаешь? — Улыбка стала медленно сползать с отцовского лица, возвращая ему годы. Даже делая старше. Не ожидал он видно от сына такого подвоха. — Слишком стар для нее?

— Дело не в этом. Отец, — спохватился я, понимая, что разговор принимает совсем иной поворот, — Просто Элина не та девушка, которая тебе нужна. — Я подскочил со стула и, подлив себе бренди, отошел к окну. — Понимаешь, эта девушка не любит тебя. Она уцепилась за деньги, а не за отношения, которыми ты так дорожишь. Она…