Алекс отдала приказ солдатам, подготовить несколько комнат в общежитии.

– Ройс, на пару слов. – Она кивнула в сторону лестницы. Я пошел за ней.

Мы поднялись в ее комнату, в которой стояла невыносимая жара. Но в то же время здесь царил уют и порядок. Стены были выкрашены в теплый бежевый оттенок. По центру стояли два бордовых дивана, а между ними деревянный стол, который можно было разложить. Из ниши Алекс сделала гардеробную, рядом с которой расположилась большая двуспальная кровать, заваленная пледами и подушками. Из техники здесь ничего не было, потому что Алекс предпочитала сидеть внизу со всеми. Она села на диван и жестом велела сделать мне тоже самое.

В комнате царил мрак, но торшер возле дивана подсвечивал ее лицо. Бледная кожа контрастировала с темными волосами. Под глазами залегли тени, потому что она жертвовала сном из-за присутствия солдат «Плазы». В остальном же она выглядела так же, как и всегда – убийственно красивой. Только глаза, как и у кукол, казались стеклянными и безжизненными.

Дверь в комнату открылась и зашел Минхо. Он не ждал приглашения: если ему хотелось поговорить, он приходил.

– Тебе есть что сказать? – Спросила Алекс, когда Минхо сел рядом со мной.

– Ты приказала подготовить комнаты в общежитии.

Алекс одарила его вопросительным взглядом.

– Они беспокоят тебя? – Я повернулся к Минхо.

– Меня беспокоит Джекс, который неадекватно относиться к новичкам. Он жаждет крови и без твоего ведома наведывается к задержанным группам.

– Он не твоя забота, Минхо, – ответила Алекс, пристально вглядываясь в его лицо. Пэйдж постоянно твердила, что Минхо настолько хорош собой и сдержан, что с легкостью стал бы моделью или к-поп артистом. Иногда казалось, что и в сорок лет Минхо будет выглядеть точно так же. Чертов вампир.

– И никогда не станет, как и они. Пора вытереть слезы и заняться делами. Тот, кто напал на них, может заявиться сюда.

Алекс погрузилась в молчание и отвела взгляд.

– Думаете, они предадут нас? – Я вертел головой, как китайский болванчик. Эти двое могли телепатически общаться, мне же требовались слова. Русские, английские, на крайний случай итальянские.

Минхо бросил на меня ленивый взгляд.

– Не заметил, чтобы кто-то из нас повязал браслеты дружбы. Я не удивлюсь, если замечу завтра нож в твоей спине.

– Который может всадить и Джекс, – парировал я, на что Минхо согласно кивнул. – Мы действуем разрозненно. Огради Джекса от них и вели Пэйдж не приближаться к Реджине.

– Кто кроме нее приведет ее в чувство? – Вскинула брови Алекс. – Ты привязал себя к Джиджи.

– В этом есть смысл! – Прошипел я. – Ты занимаешься Рэйем, я – Джиджи. Броуди сам по себе неплохо справляется.

– Тогда пусть Реджиной займется Пэйдж, – вмешался Минхо. – Ты же знаешь, что произойдет, когда они встретятся.

– Тара, – в свою очередь предложил я. – Пусть Реджиной займется Тара. Они найдут общий язык.

Алекс потерла шею, задумчиво смотря на стол. Казалось, что все проблемы мира опустились на ее плечи.

– Если она навредит Таре, то я убью ее, – предупредил Минхо. – А мы оба знаем, что именно это сделает Реджина.

– Ты хотела, чтобы они стали частью Соколов, – начал я. – Будет неправильно заселять их в общежитие.

– Здесь я согласен, – внезапно сказал Минхо, и я удивлено вскинул брови. – Ты не спишь, – обратился он к Алекс, – как и остальные солдаты. В доме все слоняются по ночам, думая, что в любую секунду придется сорваться и бежать. Пэйдж раздражена, Билл на взводе, Джекс не изменяет себе, так что сложно понять, что он чувствует.

– Они не будут жить рядом с Энзо.

Минхо наклонился и протянул ладонь Алекс. В ее потемневших глазах промелькнул страх. Мое сердце болезненно сжалось, но я с силой стиснул челюсть, чтобы не наорать на Минхо.

– Я буду защищать его так же, как это сделала бы ты. Его, Кайлу и Майка. Перевези их в комнату, которая рядом с моей, а «Плазу» разместим на первом этаже.

– Джекса можно перевезти в мою комнату, – предложил я и резко покачал головой. – Нет. Дурацкая идея. Забудьте, что я сказал. Куда угодно, только не ко мне.

– Алекс, – позвал Минхо. Она продолжала с животным страхом смотреть на его руку. Ее грудь тяжело вздымалась. Моя грудь тоже начала тяжело вздыматься. Я был в шаге от того, чтобы сломать кисть Минхо. Он знал, как сильно она ненавидит мужские прикосновения, и все равно продолжал прикасаться к ней и договариваться с помощью рукопожатий.

Дверь открылась, и зашел Энзо.

– Меня обсуждаете? – Бесстрастно спросил он, закрыл дверь и приблизился к нам. Энзо занял место рядом с Алекс. И она не вздрогнула, когда его рука случайно коснулась ее плеча.

– Алекс хочет разместить солдат «Плазы» в общежитии. – Минхо медленно перевел взгляд с нее на Энзо. – Потому что уверена, что они навредят тебе здесь.

– Пересели нас в отдельный дом, который ближе к общежитию.

– Кто защитит тебя там? – Алекс резко повернула к нему голову. – Ты отказывался нормально тренироваться со мной, тем самым подверг себя, Кайлу и Майка опасности.

Энзо устало провел рукой по коротким волосам. На лице на секунду промелькнула гримаса боли. Он отказался от сыворотки и предпочел, чтобы раны зажили сами по себе. Я не понимал подобных принципов, но именно из них был соткан Энзо. Несмотря на возможности, которые он мог иметь благодаря Алекс, Энзо отказывался от всего. И в глубине души все знали, что он предпочел бы вернуться обратно в Чикаго, а не прятаться в России.

– И все еще отказываюсь. Пусть это будет Минхо. – Уголки губ Алекс едва заметно приподнялись. Она всегда получала желаемое.

– Что насчет Джекса? – Спросил я.

– Джекс будет жить в моей комнате. Если хоть один волосок упадет с головы Энзо, Майка или Кайлы, я буду спрашивать с тебя, Минхо.

– Тогда я выдвину встречное условие, – сказал он и снова вытянул руку. Энзо громко вздохнул, – Если кто-то из них не соответствует нам, то мы их убьем.

Алекс протянула дрожащую ладонь и быстро пожала руку Минхо. Мои кулаки невольно сжались.

– Ненавижу, когда ты так делаешь, – прорычал я.

– Страхи не делают нас сильнее, – парировал Минхо. – Нужно подготовить комнаты.

На самом деле, Минхо не столько хотел посмотреть на «Плазу» в деле, сколько его интересовали они сами. Он всегда наблюдал. Он знал привычки всех, знал, кто и как отреагирует в любой ситуации. И поэтому я предпочитал проводить время со спокойным Биллом, а не с ним.

Еще день «Плаза» провела в камерах. Утром мы вручили подарок Анне, которая без лишних слов приняла его и уехала в город. Она ненавидела отмечать свой день рождения, поэтому мы собирались вечером повеселиться без нее.

Задержанные группы ночью должны были отправиться к себе на родину. Анна подергала за нужные ниточки, чтобы никто не задавал лишних вопросов, когда солдат без сознания погрузят в самолет. Смерть Логана – вынужденная мера, потому что он увидел того, кого не должен был, – Алекс. Мы соблюдали меры предосторожности не для того, чтобы он с легкостью выдал нашу численность и описал каждого. То, что солдат будут допрашивать, все прекрасно понимали. И мы сдвинули вторую фигуру на доске, приняв решение, вернуть их домой. Пусть рассказывают. Пусть тот, кто захватил «Плазу» знает, с чем им предстоит столкнуться, если они решат напасть на нас.

Не без труда мы ввели снотворное Рэю, Джиджи и Броуди и перевезли их в общежитие. Пэйдж продолжала настаивать, чтобы Реджину оставили здесь, в подвале. Мы снова разделились на два лагеря: плохих и хороших копов, и только Минхо держал нейтралитет.

– Ее парень мертв! – Кричала Тара и топала ногой, чтобы привлечь к своей крохотной персоне внимание. – Дайте ей немного времени.

Я настолько привык к мысли, что Соколов практически невозможно убить, что давно забыл, какого это – потерять кого-то близкого. Мне это не грозило, как и остальным. Но Тара была права: Реджина потеряла любимого человека, как и остальные потеряли Грегора. И, возможно, им требовалось время, чтобы свыкнуться с этим и жить дальше.