- Я тоже очень волновался за тебя, - негромко проговорил Эдвард.

Врач прибыл быстро, благо деньги творят чудеса. Осмотрев девушку и узнав подробности от Рассела, молодой специалист сделал укол и выписав лекарства, покинул дорогое жилье. Мария съездила за лекарствами и предложила свою помощь в присмотре за приболевшей Анастасией, но Эдвард отказался.

Он смотрел за беспокойным сном девушке и думал, думал, думал… Эта чертовка ненароком втянула его в большие неприятности. По незнанию, великой случайности, но именно в случайности мужчина не верил. Все что происходило в жизни являлось строгой закономерностью, неизбежным роком судьбы. Работать не хотелось и он продолжал сидеть на кровати, держа девушку за руку.

Вернувшись на «Титаник 2» он сначала не поверил своим глазам, но встретив на палубе Екатерину Николаевну задался резонным вопросом – где Романова, где Бэлла? Быстрый обход не дал никаких результатов. Вернувшись в апартаменты, Пол Окиртан лишь подтвердил очевидное – Анастасия и Бэлла не возвращались. Обратившись к сотрудникам, провели спешные поиски, в ходе которых выяснилась пропажа нескольких пассажиров и, о чудо, появление новых. Доложив капитану о странных перемещениях, удивился – они видели, как судно терпело бедствие, пускало сигнальные ракеты в заданном квадрате, но из-за выхода всех систем корабля не смогли приблизиться. Получается, что с тонущего «Титаника» видели не «Калифорниан», а «Титаник 2»?!? после случившегося перемещения, Рассел был готов поверить во что угодно, но пропажа Анастасии наталкивала на печальные мысли. Сделав пару звонков, вскоре от своего приятеля узнал – Анастасия Романова прибыла в интерпол и дает показания. Там же была замечена и Бэлла. Разрешение ситуации стало ближе. Забрав вещи Романовой с лайнера и поставив в известность Екатерину Николаевну с Полом Окиртаном, Рассел покинул «Титаник 2», предварительно вызвав адвоката. С Робертом Дрэкенсом уладили остальные вопросы. Дорога казалась долгой и мучительной, вопросов становилось все больше. Эдвард удивлялся собственному желанию оберегать Анастасию, считая, что помешался, тронулся умом. Но чувства, зарождаемые этой милой девушкой, говорили о другом. Ее любопытство оказало пагубное влияние.

-Глава 16- У каждой проблемы есть фамилия имя отчество.

Люди всегда были и всегда будут

глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике,

пока они не научатся за любыми нравственными,

религиозными, политическими, социальными фразами,

заявлениями, обещаниями

разыскивать интересы тех или иных классов.

В.И. Ленин.

Три источника и три составных части марксизма (март 1913 г.).— ПСС, 5-е изд., т. 23, с. 47.

Анастасия слабо перевернулась на бок и вздрогнула, изумленно обнаружив Эдварда, лежащего рядом. Мужчина безмятежно спал, подложив ладонь под щеку и уткнувшись носом в плечо девушки. От него пахло шампунем и чем-то давно забытым и забытым, удивительно приятным и странно освежающим ароматом хорошего одеколона. Она вдруг почувствовала невыносимую тоску по родному детству. Наверное, потому что ее детство было таким уютным, убаюкивающим и беззаботным, что это казалось невозможным. Анастасия чувствовала тепло тела писателя, слышала дыхание, его храп, иногда он начинал негромко фырчать, как ежик, и тогда ей хотелось пристальнее вглядеться в его лицо, но любопытство быстро исчезало. Понимая, что он остался здесь из-за нее, волнуясь за здоровье, Анастасии не хотелось беспокоить уставшего Рассела. Обняв его, она нежно прижала его к себе, словно оберегая беспокойный сон. Эдвард вдруг весь перед ней размяк и как будто бы обмяк. И все же она расслышала его прерывистое дыхание и даже смогла уловить его недоумение и одновременно раздражение.Наконец он успокоился и положил голову ей на плечо. Закрыв глаза, Анастасия слышала мерный стук его сердца и уносилась мыслью в далекое детство, когда они всей семьей гуляли в этих же местах.Она так и заснула в его объятиях, не выпуская его из рук, словно боясь отпустить даже во сне. Пока Рассел восстанавливал дыхание, Анастасия ласково поглаживала мужчину по голове, боясь, что он вдруг исчезнет. Наконец он глубоко вздохнул и улыбнулся ей, привлекая ближе к себе.

Рассел положил голову ей на плечо и через минуту забылся, она почувствовала, как он проваливается в безмятежный сон, и тихо, чтобы не разбудить, прижалась к его груди. Обняв его крепче, она на миг закрыла глаза. Подушка показалась ей слишком холодной. Но под утро она всегда замерзала. Это ничего, главное безмятежность. Но она знала, что это только временный покой. Когда Рассел проснется, он будет уже другим – более требовательным к себе и требовательным к другим, такова его сущность. Тогда с последним усилием надежды она скользнула в темноту. Что-то мешало ей, но это было уже не важно. Она закрыла глаза и, ласково поглаживая затылок мужчины, поплыла на северо-восток, вдоль кромки зыбкой границы между реальным и нереальным.

Рассел вдруг негромко застонал во сне, а потом неожиданно открыл глаза и улыбнулся. Увидев хмурящуюся Анастасию, он часто заморгал и попытался приподняться, но Анастасия удержала его. Рассел окончательно проснувшись, отстранился и нежно поцеловал ее в лоб. Анастасия улыбнулась и лишь крепче прижалась к нему. Подняв голову, он заглянул в ее сияющие глаза и ответил на ее немой вопрос сияющей улыбкой. В ответ Анастасия подняла руку, словно обозначая этим жестом свой трепет перед неизведанным и широким миром. В этот момент в глаза Рассела бросилась вспышка света, и сразу же за ней раздались мощные раскаты грома. Писатель вскинул голову и прислушался – за окном бушевала гроза.

Он закрыл глаза и ровно задышал, уронив голову ей на плечо. Кошмар остался позади, и он впервые ощутил тяжесть беды, которая обрушилась на них. Обычно он умел без лишних эмоций анализировать события, но на этот раз он испытывал странное чувство, похожее на легкую тошноту.

Подняв к девушке голову, Рассел поцеловал ее в щеку. Анастасия молча положила ладонь ему на лоб. Когда она опустила ладонь, у Рассела на лбу остался едва заметный след— будто нажала ему на переносицу, отчего возникли слабые морщинки. Девушка знала, что все это время мужчина решал ее проблемы. Именно, она «вляпалась» в историю, последствия которых принялся разгребать Эдвард.

Анастасия задумалась. Почему Рассел не предупредил ее, что хочет поговорить с ней о чем-то важном? Может быть, ему кто-то позвонил? Как она знала, Рассел никогда не посвящал никого в свои дела. Впрочем, это стало для него естественно.

Рассел пробормотал что-то неразборчивое. Анастасия не стала его переспрашивать. Если у него и были проблемы, то это ей не следовало лезть в них. И пусть сегодняшний день был омрачен грозой, но в дальнейшем она постарается помочь, ведь именно она втянула его в неприятности.

Эдвард поднялся с кровати и нервно прошелся по комнате. Подчиняясь неожиданному импульсы, Анастасия села на кровати, молчаливо наблюдая за мечущимся писателем. Вероятно, он хотел что-то сказать, о чем-то размышлял, но продолжал сохранять тишину. Он обернулся, пристально глядя в глаза, гипнотизируя. В тот же момент в ее животе что-то упало и стало медленно подниматься вверх. Не успев ничего понять, Анастасия увидела, как Рассел шагнул к ней. Его движения были медленными и какими-то не совсем человеческими. Повинуясь безотчетному импульсу, он взял ее руку в свои. Его лицо исказилось от боли. Анастасия тихонько всхлипнула. Рассел заметил, что она плачет.

- Тише, все позади, - ласково шепнул он.

Анастасия кивнула и слезы исчезли также внезапно, как и возникли. Облизав губы, она почувствовала, как перехватило дыхание. Сильный симпатичный мужчина так близко. Хотелось прикоснуться. Подавшись вперед, Анастасия удивилась, когда он дал ей встать.

Усмехнувшись, Эдвард слегка толкнул ее в грудь. Анастасия упала обратно на кровать ощущая небывалый эмоциональный подъем и бешеное желание, которое болезненно отдавалось внизу живота. Мужчина сел между ее ног и положил ладони ей на бедра.