Артур расстроено ослабил хватку и позволил мне подняться, недовольно приговаривая:

— Я её точно когда-нибудь уволю.

— Если бы не она, мы сейчас здесь не сидели, — выступила в защиту секретарши, поправляя юбку.

Ар ничего не ответил, а я вернулась на диван, подхватывая с журнального столика чашку ароматного кофе. Сегодня была пятница и я предвкушающе ожидала выходных, где мы с Артуром будем только вдвоём. Возможно, уговорю его сводить меня в какое-нибудь красивое место, а то местная «рублевка» и её окрестности порядком осточертели.

— Кстати, — врываясь в мои мысли произнёс темноволосый, — Родители пригласили нас на ужин.

— Когда? — сердце испугано пропустило удар.

— Сегодня, — хитро улыбнулся Ар.

Вот гад! Непроизвольно появилось желание выбить парочку зубов этому негодяю.

— Почему ты никогда не спрашиваешь моё мнение? — спросила обижено.

— Потому что я знаю, что ты не согласишься, — честно ответил обманщик, — Легче поставить тебя перед фактом.

— Думаешь настолько хорошо меня знаешь? — снисходительно улыбнулась.

— Думаю, что узнал тебя достаточно, — победно ухмыльнулся и почти сразу продолжил, — Однако в тебе столько всего, что вся жизнь уйдет на изучения.

— Придётся уложиться в две недели, — иронично пожала плечами.

— Да, — улыбка с лица Артура сразу слетела. Он поднялся с кресла и направился к своему столу, строго бросив на ходу, — От ужина можешь отказаться, если хочешь расстроить мою маму, которая старательно готовилась к твоему визиту.

Знает на что надавить, зараза!

— Ладно, — буркнула под нос.

После работы нас забрал Артак и вклиниваясь в поток машин повёз к родителям Артура. Но вместо того, чтобы по обыкновению добраться до шоссе и выехать в пригород, мы простаивали в одной из пробок центральных улиц.

— Мы будем ужинать в ресторане? — спросила удивленно.

— Нет, родители живут в квартире.

Интересно. Насколько я смогла изучить культуру Грузии, то у каждой крупной касты должен быть свой центральный дом. Вачинадзе вообще пользовались уважением и странно осознавать, что они не чтят местные устои.

Наконец вырвавшись из нескончаемой колонны машин мы въехали на закрытую территорию небольшого жилого комплекса. Здесь царствовали две высокие стеклянные коробки, именуемые домами. Они смотрелись несуразно на фоне старинной архитектуры города.

По предъявленному пропуску мы заехали на подземную парковку и уже оттуда поднялись на одном из лифтов на двадцать третий этаж. Дальше мы оказались на маленькой лестничной площадке, где было всего две двери. Подойдя к одной из них, Артур позвонил в звонок. Через пару секунд дверь широко распахнулась, являя нам радостного Марата Владимировича:

— А-а-а-й, чеми швилеби! — [Ай, дети мои!].

Мужчина широко раскинул руки и пошёл в наступление. Первым на его пути был неожиданно улыбающийся Артак, которого крепко обняли и потрепали по голове. Дальше подошёл Артур, а следом была я. Сначала Марат Владимирович как джентльмен поцеловал мне руку, но потом не удержался и сграбастал в свои медвежьи объятия.

— Не раздави мне девочку Марат! — послышалось за широкой спиной.

Старший Вачинадзе отпустил мою тушку и почти сразу меня настигла мама Артура.

— Я так рада, что вы приехали! — сказала она, чмокнув в щёку.

Как только меня отпустили, я смущенно прижалась к темноволосому, не ожидав такого гостеприимства. От этой мысли внутри зарождалось что-то тёплое. Это чувство было похоже на то, которое я испытывала к семье Славика.

— Так! Руки мыть и за стол! — скомандовала Самира Давидовна.

Пройдя по белоснежному коридору мы втроем зашли в ванную, чтобы выполнить распоряжение. Выглядели при этом как дети малые.

После гигиенической процедуры мы прошли в гостиную. Размеры квартиры уже в начале поражали своей масштабностью. Метраж ничем не уступал дому троюродного брата.

В гостиной помимо родителей обнаружились Авиль и Рахим Давидович. Последний удивил даже Артура.

— Дядя?

— А ты хотел провести семейный ужин без меня? — игриво улыбнулся тот.

Представитель темной элиты поднялся изо стола и прошёл к нам, чтобы поздороваться. Авиль сделал тоже самое. Мы стали рассаживаться на места. Мама Ара убежала на кухню, вспомнив о лепешках, а отец принялся разливать напитки.

— Артур. Вино? Коньяк?

— Нет, я сок.

Вачинадзе старший понимающе кивнул, а потом обратился ко мне:

— Лейла?

— Спасибо, я тоже сок.

— Что, уже детёныша ждёте? — усмехнулся младший.

— Ави! — угрожающе произнёс Артур.

— Пацан дело говорит, вы особо не тяните, — подлил масла в огонь Барбакадзе.

Между мужчинами началась шутливая перепалка. Я же ощутила себя обезьянкой в цирке, над которой все смеются.

— Сейчас всем подзатыльников раздам, если не перестанете! — пришла на помощь женщина, — Мужланы невоспитанные!

— Не злись дорогая, мы просто шутим, — Марат Владимирович приобнял жену и легонько чмокнул в щеку.

Когда вино было разлито по бокалам, все мужчины поднялись и одновременно сказали:

— За женщин!

Это получилось настолько громко и чётко, что я невольно вздрогнула, чуть не разлив на себя напиток.

— Первый тост в нашей семье всегда за женщин, — тихо объяснил Артур, садясь на место, — Тебе что положить?

Я выбрала салат с фисташкой, курицей и зеленью. Завязалась непринужденная беседа. Я немного расслабилась, вслушиваясь в разговор мужчин и звонкие тосты. Даже Артак, который обычно немногословен, спокойно дискуссировал с остальными.

Несмотря на вкусную еду, кусок в горло не лез. Синдром чужого стола сработал на ура и я понуро клевала то, что на своё усмотрение клал мне Артур. Вопросами меня не доставали, а наоборот, больше рассказывали о себе. Толи уже всё знали, толи не хотели сразу пугать.

Еще забавно было наблюдать, с какой терпимостью Самира Давидовна отвечала на глупые вопросы своих мужчин.

— Дорогая, а где ещё вино? — Марат Владимировчи.

— В холодильнике.

— Мирусь, а чистая вилка есть? — Рахим Давидович.

— Есть.

— Ма-а, а где соль? — Авиль.

— Справа от тебя.

— Мам, сок еще есть? — Артур.

— Да, в холодильнике.

— Тёть Самира, а мясо будет? — Артак.

— Будет.

У меня от этих вопросов уже бы дёргался глаз, но женщина была закалённой и ничего её не брало. Разговоры перешли на рабочие темы, которые мужчины с азартом обсуждали, совсем не замечая нас. Закатив глаза, мама Артура укоризненно произнесла:

— У нас гостья сидит, а вы всё о своём! — она поднялась с места и протянула руку в приглашающем жесте, — Пойдём милая, а то эти коршуны никогда не замолкнут.

— Поэтому женщинам не место за столом с мужчинами! — важно произнёс Рахим, подняв палец вверх, но наткнувшись на уничтожающий взгляд сестры, сразу сдулся и спрятал руку.

Я ободряюще улыбнулась извиняющемуся взгляду Артура и прошла за его мамой на кухню.

— Невозможные твердолобы! — причитала женщина, подходя к холодильнику, — Предупредила ведь, чтобы вели себя прилично… Ты уж извини.

— Ничего страшного, — я понимающе улыбнулась.

— Будешь кофе с десертом?

— Не откажусь.

— Артур сказал ты любишь сладости. Вот специально для тебя приготовила, — она достала небольшой торт.

— Ой, не стоило, — стушевалась я.

— Не отказывай мне в удовольствии порадовать девочку, — женщина ласково улыбнулась.

— Да уж, с таким количеством мужчин с умай сойти можно.

— Ой, ты не представляешь как они меня достали, — рассмеялась та, — Но всё равно люблю их.

Пока Самира Давидовна засыпала в турку кофе я решила позадавать ей вопросы.

— Почему вы живёте не в частном доме?

— Как видишь — семья у нас состоит из одних мужчин, соответственно работать они мне не дают, а сидеть целыми днями в четырёх стенах мне не нравится. В городе хоть с подругами встречаюсь, на выставки хожу, — на последнем предложении я улыбнулась, вспоминая, что точно такое же развлечение предлагал мне её сын, — Да и каста у нас небольшая. Помимо всех присутствующих не хватает только моего младшего брата. Он, к сожалению, с нами редко общается.