Немного рассказал о себе. Назвал номер своей воинскрй части, поделился мелочами, о которыз мог знать только тот, кто "служил за речкой"!

– Что их ждет?

– Я это примерно себе представлял. Без постоянной стабильной работы, без нормального заработка, они практически обречены. Сапожники, сидячие ремесленники, мастера по электроннике, если есть навыки и образование, безногие сторожа, непередвигающиеся с места продавцы и конечно, уличные попрошайки. Алкоголизм, наркомания, безденежье, все это ведет в пропасть. Потом, именно в Прибалтике с инвалидами, вероятно, будет все иначе, другая социальная программа? Кажется, их даже выставят "жертвами советского режима"! Нет, литовские "афганцы" так же обречены, если не объединятся в какую-нибудь более сильную структуру, которая будет помогать "своим" инвалидам. Но это все из более далекого "послезнания", куда я не любил углубляться, так как знания получал не просто так, я иногда с головной болью. И сейчас, я вдруг вспомнил задание от преподавателя Соколовского. Тот просил, правда, совсем другое. Но теперь поднять данный аспект для меня было на много важнее, чем днем, когда я слушал преподавателя. Доклад как-то сам сложился у меня в голове, мне следовало его только переписать на бумагу. Тут я увидел у одного "афганца" школьную тонкую тетрадь в линейку, куда он что-то записывал и тут же зачеркивал.

В какой-то миг он бросил ее на пол, я поднял. Хотел отдать ему, но тот только процедил, мол, выкинь, или себе оставь.

Я так и сделал. Тут же, не отходя от стола, набросал черновик плана своего доклада. Потом, в трёх словах историю страны. Немного статистики, которую следовало проверить. И перечислил кучу тезисов, которые шли буквально небольшими самостоятельными блоками. О чем? Об инвалидах. Немного про "афганцев", которым требуется помощь. Тут же нарисовал пару портретов. Ричарда и Инвароса. Ничего получилось! Самому понравилось. Больше тут делать нечего. Хотел было уйти, но услышал, как Серега предложил всем пойти на обед.

Оказалось, что здесь есть своя столовая. Мне терапевт что-то говорила, даже дала пару талонов на обед. На небольшую сумму. Практически, если бы я сам покупал в бухгалтерии эти талоны, они бы обошлись мне в два раза дешеве. Но дело в том, что данные талоны на ближайшие три дня, я получил бесплатно.

Столовая.

Небольшой зал с широкими окнами, расположенные где-то на потолке, раздача готовых блюд. Вместо кассы, стол с тарелкой для сбора талонов. Ровные ряды столов на шесть-десять человек. Что-то уже занято. На одним сидели в колясках еще двое безногих. С нами все поздоровались. Непривычно, как-то! Ну, словно в тесном дружном коллективе! Деваться, некуда! Варвара. Женщина за стойкой прекрасно знала этих трех "афганцев", а вот со мной ей пришлось познакомиться. Я назвался. Тут же меня все прозвали Курсантом.

Заказал последний, как новенький, суп с клецками, мясной куляш с гречкой, компот и две булочки со сгущенным молоком. Порции были нестабильно огромные, я просто не понял, как двойные. Оказывается, коллектив столовой регулярно своих "подкармливает", готовит свехнормы. Получается, я попал под эту самую раздачу. Мне не оставалось ничего, кроме, как сесть за общий стол, и пообедать. Сел, и на миг, словно, отключился.

– Ну, ты и мечешь, Курсант! Куда так торопишься?

Я на самом деле, управился быстрее всех остальных. Есть за мной такой недостаток, тем более хорошо приготовленную гречку, люблю. Конечно, я был голодный! С утра, кроме коржиков ничего не ел. Что-то с этим точно нужно делать!

Короче, еле оттуда ушел. В гардероде забрал свой бушлат, огляделся и вышел. На улице сгущались сумерки. Осень. Темнеет рано. Похолодало.

По дороге, в пустом автобусе я сидел, на коленке дописал доклад. В общежитие сразу не пошел. В учебном корпусе вот-вот начнется "сампо". Часы самостоятельной подготовки домашнего задания. Я был без учебников, и получается без своих конспектов. Наша группа была в аудитории не вся. Те, кто ночевал дома, ушли еще в обед. Взял в руки чужие конспекты, стал листать. Учить ничего не нужно, как-то понял, что все это мне или уже известно, или я многое помню. Учебник тоже полистал для порядка. Ничего нового, и жто почти хорошо! Появился курсант Пинчук, отметил присутствующих. Я понял, что дальше сидеть тут почти бессмыслено, отпросился из кабинета, мол, на проверку других групп в учебном корпусе. Мне действительно нужно было проверить еще три кабинета. Это иногда следовало сделать, курсанты накануне что-то ввели за самостоятельность в своей жизни. Вот, сами себя и проверяли. Не строго, но ответственно. На самом деле, я надеялся, что встречу в коридоре перед методическим кабинетом преподавателя Соколовского. Так оно и случилось. Как говорится, "на ловца зверь бежит". Мы немного поговорили. Я передал ему свои записи-каракули. Объяснил основные тезисы. Соколовский, итак дико выглядел, а тут у него словно крыша поехала от неожиданности. Помял доклад своими длинными пальцами, руки хооенные!

–М-да!

Тут же он взял меня за руку, и отвел в кабинет Секретаря. Это другой уровень. Почти Деканат. Полчаса, секретарша Начальника Училища переречатала весь мой доклад. Вышло почти десять машинописных листов. Что-то мне пришлось просто диктовать заново, где-то я вспомнил, что именно хотел дописать, и поэтому просто диктовал.

Два экземпляра! Преподаватель пожал мне руку, и отпустил. Попрощались. За окном было уже конкретно темно. В коридоре я встретил Саню и Григория из своей группы. Они утянули меня в кафешку, которая была недалеко от кинотеатра. Правда, планировалось, что мы приготовим сегодня в общежитии вечером жаренную картошку, но что-то не сраслось.

И тут я вспомнил, что на гимнастику нужна отдельная группа. Типа, не инвалиды. Человек пять – шесть курсантов. Терапевт говорила, что специалист будет со мной работать, если у нее будет целая группа. Бесплатно. Я закинул удочки. Ребята замялись. У Гриши, каратэ. У Сани свободное посещение каких-то факультативов, и само слово "личное время", оно подразумевает его наличие.

Короче, оба решительно отказались. Но не беда, капля воды камень точит! Я к этому еще вернусь. Если в гимнастике есть какая-то перспектива, то про жто нужно немного иначе рассказать. В кафе взяли какие-то огромные запеканки в белом соусе. Какао со сгущенным молоком. В принципе, этого оказалось мало. Согласились на жаренную картошку. По пути взяли свежего хлеба и варенной колбасы.

Тот же понедельник. Вечером.

Я еще раз порылся в вещах, отметил скудные пожитки, и вспоминая, что видел на улице, понял, что нахожусь не в самом завидном положении. Возможно, мои родители не самые богатые люди. Впрочем, так далеко в воспоминания этого парня я пока не заглядывал. Меня интересовал текущий момент и любая возможность, добыть немного денег на "нормальные обеды".

– Что такое нормальный обед?

– Я не так много успел увидеть, но что-то мне подсказывает, что "другие" воспоминания или детали выглядят более красочно и объемней, чем то, что меня здесь окружает.

– Может быть, мне самому что-то приготовить?

Умеет ли Олег готовить? Алексей что-то говорил о какой-то солянке и жаренной картошке, но все это не то.

– Где тут можно нормального мяса взять?

Алексей, куря сигарету в открытое окно, сообщил, что некто Вадим их как-то приглашал на шашлыки, мол, можно у него узнать, где и что он брал. А самое главное, за сколько.

–Шашлыки! Это было бы не плохо. А рыбу где можно поймать?

–Какой тебе интерес с рыбой возиться?

– А что с ней возиться? Поймаем. В золе запечем, пальчики оближешь.

– Ну, не знаю. На природу можно рвануть. К реке. Но что там ловят? Не могу сказать. У Жеки спросим. Потом, как туда добираться? На такси?

– А пешком?

– С дубу рухнул? Какое, пешком? Через весь город нужно ехать, потом по району много. "Тачка" нужна.