Казалось, сердце пробьёт грудную клетку и упадёт на асфальт, плавящийся под ногами. С Анжелы градом тёк пот, заливая глаза, и горячий воздух обжигал горло.
Она облокотилась о покосившийся сарай, который, скрипнув, задрожал, будто продрог, и развалился, подняв пыли, похожей на мелкий пепел. У Анжелы не осталось сил бежать, поэтому она, надрывно кашляя, всматривалась в тёмные удушливые клубы, где можно было едва различить уродливый непропорциональный силуэт. Он взметнул руку и поймал Анжелу за прядь волос. Крик рыбной костью застрял в горле.
Она ощутила, как кожа на лице натянулась и треснула на лбу. Разрыв тканей, заставляя задыхаться в агонии, прочертил ломаной линией лицо, шею и тело. Чудовище, мерзко хихикая, дёрнуло ещё раз, и Анжела почувствовала, что выскальзывает из себя подобно змее, меняющей кожу. Она инстинктивно выставила перед собой руки и увидела, что те вместо молодых и гладких стали морщинистыми. Тыльную сторону покрывали вспухшие вены, а ногти потрескались подобно древнему папирусу. С воплем она распахнула глаза.
Пробуждение было бурным. Анжеле показалось в последние мгновения сна, что вырвалась из цепких объятий страшного существа, напоминающего огромную гориллу. Некоторое время после того, как она проснулась, в воздухе ещё витал жуткий запах немытого звериного тела. Анжела открыла с трудом глаза и увидела, что лежит абсолютно голой. Она поёжилась. Подушка сиротливо прижалась к ножке стула, а одеяло оказалось в другом конце комнаты. Простынь скомкалась, едва не завязавшись в узел. Что приключилось ночью? А вдруг и вправду она боролась с реальным чудовищем?
Постепенно сознание прояснилось, словно осадок опускался на дно сосуда, открывая видимость. Девушка села на кровати, медленно потянулась, в теле приятно хрустнуло, и мысли постепенно пришли в порядок. Нехотя встала, собрала постельные принадлежности, разбросанные по комнате, и положила на место. Сквозь неплотно прикрытые жалюзи в глаза ударил весёлый солнечный луч.
***
Нужно было начинать новую жизнь: без везения и исполнения любых желаний. Жизнь, где всё, к чему мы стремимся, достигается собственным трудом и огромным желанием. Зато Анжела приобрела то, что потеряла, став волшебницей: надежду. Да, порой в надежде на исполнение мечты, люди проживают всю жизнь. И это не так уж плохо.
Глава 16 Анжела и Колян
Из чего состоит жизнь человека? Да всё очень просто. Сплошные повторы, цикличность, так сказать.
Мы встаем и ложимся почти в одно и то же время. По традиции выполняем ряд ритуалов. Проголодались — поели. Занялись: кто учёбой, кто работой, а кто и привычным бездельем. Но всё это обязательно в коллективе таких же соучеников, тружеников или трутней.
Хотя и на некоторых работах тунеядцев хватает. А у многих даже есть мечта — устроиться так, чтобы ничего не делать, то есть не приносить пользу (иногда даже себе самому), но это мало кого волнует. Главное, чтобы зашелестели они, родненькие, за которые блага даются. А иначе никак. Придётся с протянутой рукой клянчить подаяние на углу, простреливаемом взглядами прохожих и нарядов полиции.
Есть ещё профессиональные бездельники со стажем — бомжи. Многие из них в своё время стояли у станка, мудрили с логарифмической линейкой, крутили баранку автомобиля, раскрывали мир знаний перед притихшими от восторга учениками.
Но жизнь порой совершает зигзаги покруче трасс слалома. И человек оказывается за «бортом» жизни.
И теперь он стоит, нравится вам это или нет, с протянутой рукой. Это отработанное упражнение внесло своеобразную лепту в мускулатуру. Мышцы, отвечающие за протянутую руку навстречу дающему, более развитые, чем те, что отводят её нехотя назад. Ну точно, как у крокодилов, если провести параллель с животным миром.
Те тоже хлопают челюстями молниеносно.
Не ленятся в природе только ленивцы. Куда уж им! Образ жизни такой, чтобы застывать на часы в одной позе, словно йоги. Вот и люди стали копировать животный мир, а может, вернулись к истокам. Единственно, что: несмышлёные твари не научились стоять в очереди у винных магазинов, где образуются дружные тройки собутыльников, а по-современному — членов одного проекта по опустошению бутылок с горячительными напитками.
Но существует ещё и в этой области некоторая дискриминация по гендерному признаку.
Не каждый рискнет женщину пригласить в подворотню для «уважительной» беседы. А вдруг, опьянев, полицию вызовет. Скажут — приставали по женской части. Но некоторые женщины уже преодолели эту стеснительность. Тем более, что трудно среди бомжей разобрать, какого пола «экземпляр».
Вот взять, к примеру, одного знакомого Анжелы — Коляна.
Если честно, то был он когда-то женщиной. Да, да, не удивляйтесь! Но у бомжей очень просто поменять пол. Нужно только одеться «поприличнее», а это, по-бомжескому, значит — в какие-то отрепья, чтобы ничего человеческого не проглядывало. Под глазом посадить «симпатичный» фингал. Если сам не сможешь, то желающие доброхоты найдутся, нужно только попросить по-хамски. На голову напялить котелок, который в отличие от головного убора денди, представляет собой картуз на два размера больше нужного, а из-под него чтобы выглядывали не мытые три года спутавшиеся космы. Да и мыты, так сказать, волосы были последний раз, видимо, в осенней луже, поскольку к ним присосались «пиявками» буро-жёлтые листики, не успевшие удрать от «дяди или тети».
Женский голос Коляни опустился вниз на октаву и приобрёл благородную простуженную хрипотцу, ну хоть сейчас песни петь под Высоцкого или, на худой конец, Луи Армстронга. Руки задубели на морозе и превратились на вид в сосиски, от которых воротит.
Те же части тела, которые считаются у женщин привлекательно-привилегированными, давно высохли и превратились в подобие аппендикса, абсолютно не нужные организму в новых условиях существования. Тоже экономия. О каких лифчиках тогда может идти речь?
А гигиенические процедуры этим мужеподобным существам стали заменять презрение к ним.
Так что Колян уже давно считал себя мужчиной и даже мочился по-мужски — стоя, игнорируя попадание дурно-пахнущей жидкости на колени. Течет — и пусть себе течет, если нравится. Зато запах потом одурительный, аммиачный. Говорят, в больницах дают нюхать вместо нашатыря, когда недостача.
А тут ещё состоялось у Коляна интересное мероприятие.
Недавно он познакомился с Шурасиком при удивительных обстоятельствах. Колян нёс сквозь метель, впивавшуюся в лицо противностью острых льдинок, бутылку беленькой, прижимая к сердцу, как самое дорогое в настоящий момент, чтобы превратить обычный день в праздник. Уже неподалёку от забытой строителями трубы, давно ставшей родным домом, поскользнувшись на нечищеном тротуаре, упал в сугроб и нащупал там нечто тепловатое и ворчащее. Первой мыслью было: «Ба-а! Да не жмур ли?» Коля, засунув пойло в просторный карман пуховика, из которого вечно лезли перья, откопал человека. Незнакомец дышал, но губы посинели. Колян сгрёб бедолагу и потащил к себе. Незнакомец с трудом разлепил веки, на улице они успели примёрзнуть друг к другу, а теперь оттаяли. Хозяин трубы протянул спасенному от стужи бутылку, и тот сделал спасительный глоток.
Но не выдержав, Колян вырвал бутылку и приложился сам от души. Так бы и играли в молчанку, если бы Коля не сверкнул осоловевшими глазами и не спросил: «Жрать будешь?» На такой странный вопрос обычно в ответ чавкают губами, что и сделал молчаливый собеседник, ощерившись беззубыми деснами. Колян нашёл на днях на помойке старый примус, вот и обрадовался случаю использовать; сварил пельмени, слипшиеся в один белёсый комок, но ему было всё равно, главное, что горячее.
— Это… спасибо… — просипел гость.
— Не за что.
— Меня Шурасиком зовут.
— Колян.
Хозяин протянул гостю чуть подрагивающую ладонь, тот высунул свою, грязную, точно он опускал её в банку с гуталином. А может, так и было. Хотя и говорят, что первое впечатление часто обманчиво.
