- Ты что, - возмутилась подруга, - подарки продавать нехорошо, у меня даже рука на такое не поднимется. Я человек верующий. А вот отдать славной девчушке – самое то. Только вы скажите, что это от вас, ладно? Не хочу ее смущать. Тем более, ты уже в курсе, что ноутбук достался нам задаром, а она-то решит, что куплен. В общем, неловко ей будет, понимаешь? А сама я ей подарю что-нибудь из косметики или пижамку какую симпатичную.

Шестнадцатый день рождения стал для Арины одним из самых счастливых. Она получила все, о чем мечтала, и даже больше. Люде даже показалось, что дочь едва удержалась от слез, когда увидела коробку с ноутбуком, выглядывающую у отца из-за спины. Большего женщине было и не надо. Ближе к вечеру проводив красивую и нарядную дочь в пиццерию, Людмила принялась за шитье. Думая, что придется оформлять рассрочку, она успела взять аж семь дополнительных заказов, на которые совершенно не было времени.

«Ну ничего, - весело подумала она, - начну потихоньку копить на кухню. Процесс будет долгим, но хоть чем-то помогу Вове, когда он наконец решится на покупку».

Людмила так заработалась, что не заметила, как на часах пробило девять. Вроде совсем недавно кормила мужа с сыном ужином, собиралась после этого позвонить Арине, узнать, как дела, а потом вернулась к шитью, и все разом вылетело из головы.

Дочь не ответила ни на первый, ни на десятый звонок. Отчаявшись, женщина набрала Полину. Та сказала, что Арину уже провожают домой, и что волноваться не о чем.

- Теть Люд, да она, наверное, просто не слышит. Провожают ее всей компанией, телефон наверняка в кармане пальто. Скоро будет дома, не переживайте так.

Голос у Полины казался каким-то странным, но Людмила была так обеспокоена, что не придала этому значения. Целый час после разговора она ждала дочь домой и чуть не поседела за это время. Наконец виновница торжества показалась на пороге.

Глуповатая ухмылка, блуждающий взгляд, слишком медленные движения. Было бесполезно сейчас что-то ей выговаривать – просто не станет слушать. Арина снимала свои новые сапоги целую вечность. А, когда пыталась повесить пальто на крючок, Людмила учуяла запах сигарет и алкоголя.

- Господи, дочь, ты еще и курила??

- Мам, да это пацаны курили, я просто рядом стояла, - хихикнув, ответила девушка.

- Где-то я уже это слышала…

В прихожей возник Володя.

- Явилась не запылилась! Люд, что это с ней? Опять наклюкалась?

- Да нет, Вов, просто устала.

- Еще как устала! – Арина дыхнула на родителей таким амбре, что те даже подались назад.

Девушка двинулась в сторону кухни, Людмила и Владимир за ней. Запах сигарет и алкоголя был слишком сильным, чтобы поверить в то, что дочь просто стояла рядом с курящими.

- Люд, да ты взгляни на нее, она ж лыка не вяжет! Еще и прокуренная как дедова табакерка!

- Пап, да не пила я. – Арина ударилась об угол стола и снова захихикала. Затем она села и начала жадно пить из графина с простой водой. – А у нас есть арбуз? – В перерыве между глотками поинтересовалась она.

- Конец ноября на дворе, а она спрашивает, есть ли арбуз! Люд, ей богу, если б не день рождения, я бы сейчас взялся за ремень!

Людмила положила руку мужу на плечо:

- Володь, не нужно. Когда ей еще веселиться, если не в молодости? Ну выпила она немного, с кем не бывает?

- Да ни с кем такого не бывает в шестнадцать лет, Люд! Она совсем уже от рук отбилась! Мы ей – ноутбук и все-все-все, а она – является домой пьяная! Веселилась она, видите ли! Никакой благодарности, никакого уважения!

Люда хотела было напомнить мужу, что на ноутбук он не потратил ни копейки, но вовремя прикусила язык.

- Па-а-а-п, - протянула Арина, пытаясь встать из-за стола, - ты такой душный, капец…

Навряд ли Владимир знал значение слова «душный», но незнание так сильно взбудоражило его воображение, что он вмиг рассвирепел:

- Так, все! – Он ударил ладонью по столу, заставив дочь снова сесть. – Люда, она нас еще и оскорбляет! Такого я не потерплю. Звони Тамаре Яковлевне. Сейчас же! – Он обратился к Арине: - Она тебе покажет Кузькину мать, добавки точно не попросишь! Люда, звони, я сказал!

Для Людмилы мать была последним человеком, которому бы хотелось позвонить в ситуации, когда дело касалось семьи и детей. Поэтому она применила запрещенный прием, перед которым Володя никогда бы не смог устоять. Тем более что ужин закончился около трех часов назад.

- Вов, ты иди, посмотри телевизор. Там скоро твой Соловьев начнется. А я тебе бутерброд с бужениной сейчас сварганю и с чайком принесу. Вкусный сделаю, с корнишонами, чесночным соусом и сыром. И потом сразу наберу маме. Разговор предстоит долгий, сам понимаешь.

- Да, это может затянуться, - кивнул муж. – Ладно, пойду.

Люде не было стыдно за то, что солгала. Она было более чем уверена, что Вова точно так же солгал, когда сказал, что поговорил с Олежкой по-мужски и рассказал ему, как принято вести себя в обществе.

- Хорошо хоть погуляли? – беззлобно спросила женщина, когда муж ушел в гостиную.

- Во! – Арина подняла большой палец вверх, а затем внезапно поднялась с места и обняла мать. – Обожаю тебя, мамулечка.

- Ариш, да чего это с тобой такое? – заулыбалась Людмила.

Дочь нечасто баловала ее объятьями.

- Ну я же знаю, что это ты уговорила папу купить мне такой крутой ноут. Сам бы он точно на такой не расщедрился.

- Прям крутой, да? Ты же знаешь, я не слишком в этом разбираюсь.

- Да он только в этом месяце вышел! Последняя модель. Парни из нашей компашки вообще офигели, когда я им фотку коробки показала. Спасибо, мамулечка, ты у меня просто супер.

У Людмилы застучало в висках. Зоиному мужу Леве никак не могли подарить ноутбук последней модели полгода назад. «Патовая ситуация». Разумеется, подруга скрыла правду из самых добрых побуждений, хотела как лучше… за что ее винить? Но, узнав стоимость ноутбука, Людмила потом полночи мучилась головной болью. Успокаивало только довольное лицо Арины на фотографиях со дня рождения. Дочь была абсолютно счастлива и аж светилась изнутри. Ради такого можно было перетерпеть любые угрызения совести.

Глава 21

Дошивая последний из семи заказов, Люда вдруг резко убрала ногу с педали машинки.

- Ужас, ведь уже первое декабря, - пробормотала она, - а я думала, еще ноябрь. Господи, как же бежит время, я за ним совсем не поспеваю...

Заказ она все-таки дошила, а затем принялась складывать швейные принадлежности по коробкам. Все должно быть на своих местах, иначе хаоса не избежать. Закончив приводить в порядок гостиную, женщина, вся в своих мыслях, направилась на кухню, затем в прихожую, а после в ванную. В каждом помещении находилось нечто такое, что лежало не там, где ему было положено. Приходилось подбирать и нести на место.

Скоро же Новый год… Нужно что-то дарить Вовке и детям, а еще матери, сестре, друзьям…

Напоследок Люда заглянула в детскую. Постели были убраны, но комната выглядела так, будто по ней прошелся Мамай. На кровати Арины громоздилась груда одежды, которую девушка примеряла перед школой. Там же лежали сумки и косметика, а на полу валялись носки, колготки, туфли, шарфы и даже одна шапка. Хотя шапка вроде как принадлежала Олегу.

Раньше дочь не отличалась такой неопрятностью, но последнее время собиралась в школу с особой, даже чрезмерной тщательностью. За пять минут до выхода частенько чертыхалась и быстро меняла какой-то предмет одежды или вовсе весь, как она выражалась, лук. Видно, влюбилась. Что касается сына, то его постель хоть и была относительно свободна, но ситуация на полках и столе оставляла желать лучшего: завалы учебников, тетрадок, письменных принадлежностей, обгрызенных линеек, ластиков и пакетиков от чипсов и сухариков. Эта комната была слишком мала для двоих уже почти взрослых людей. Арине нужен большой вместительный шкаф и свой собственный письменный стол, Олегу – личные полки только для его вещей, где не хранились бы кучи девчачьих безделушек сестры. Большой перестановки в доме не избежать.