Еще одна драгоценная особенность будущего режиссёра, о которой Татьяна Михайловна обмолвилась бегло:
«Было ещё одно обстоятельство. У меня был абсолютный музыкальный слух, маму вызывали в школу и ругали за то, что меня не отдают в музыкальную школу. Но у нас не было средств, чтобы купить хороший инструмент. Так что слушала я чаще всего то, что передавали по радио, зато могла слушать 1-ю симфонию Чайковского, 3-й концерт Рахманинова».
Потом я узнал, как остро воспринимала Лиознова звучание обычной плохонькой скрипки: та же волшебная нота, которая поразила её на концерте профессионала, вдруг резала слух. Такое вот стремление к совершенству – с юности, даже в мелочах…
Кстати, о скромности Татьяны Михайловны – строки о своём абсолютном слухе она в рукописи перечеркнула. Но в фильмах её он явлен вполне. Музыкальность её картин бесспорна и очень художественно оправдана. А что касается её школьной активности, знаете, какое изумительное подтверждение тому имеется в архиве?! Номер газеты «Правда» от 16 января 1939 года, где на шестой полосе дан снимок с краткой надписью: «Учащиеся 7-го класса 273-й школы Ростокинского района (гор. Москва) во время перемены». В центре – девочка с хорошо узнаваемым лицом Лиозновой и широко распахнутыми руками явно о чём-то рассказывает – и все взоры устремлены на неё. Лидер! Уже тогда…
А через два года в её счастливо складывавшуюся юность вошла война – и сразу на трагически скорбной ноте. Помните кадр из «Семнадцати мгновений весны», где по Москве ведут пленных немцев?
«Так вот, я стояла вместе со всеми нашими людьми на 1-й Мещанской улице. Многие плакали. Я тоже заплакала. Но плакали мы не потому, что жалели немцев, а потому что в каждом из них видели убийцу кого-то из своих близких. Я вспомнила своего отца, которого мы потеряли в первые дни войны: он ушёл добровольцем на фронт. Конечно, наша жизнь с мамой сразу изменилась, как и у всех в стране. Было так же, как и у всех, только хуже».
Вспоминает она и другие слёзы – в замечательный день, 9 мая 1945 года:
«Когда стало известно о том, что подписана капитуляция, мы, вгиковцы, не сговариваясь, помчались на Красную площадь и все там встретились. Первым, кого я увидела, был Михаил Кузнецов, которого считали самым красивым артистом страны. Потом мы рванули к американскому посольству. Оно тогда находилось на Манежной площади. Мы стояли на клумбах около Большого театра. А потом начали танцевать. Кто-то падал в цветы, кто-то поднимался, кто-то плакал, чужие люди обнимались и, обнявшись, шли к другой группе людей, чтобы обняться с ними, поздравить их. Незабываемый день! А мне он памятен ещё и тем, что, когда мы начали расходиться, меня пошёл провожать Михаил Кузнецов. Для меня, как и для большинства девочек, он был кумиром. Я очень хорошо помню, что он проводил меня в метро, мы пропустили один, потом ещё один поезд, потом расцеловались и простились. Домой я возвратилась на рассвете. А назавтра весь дом ходил ходуном: люди поднимались из квартиры в квартиру, обнимались, поздравляли друг друга. А слёз сколько было пролито! Но это были святые очищающие, да не облегчающие слёзы».
Обратите внимание на вполне естественное сочетание восприятия великого общественного события с чисто девическим упоминанием личного общения с кинозвездой. Сколько будет потом таких переплетений – и не стихийных, а весьма продуманных и режиссёрски выстроенных…
Татьяна Лиознова позже рассказывала:
«У меня на войне погибли отец и три маминых брата. Папа отвоевал на фронтах Первой мировой и после ранения плохо слышал, его не должны были призывать, но он записался в добровольцы. В июне 1941 года я работала старшей пионервожатой в подмосковном лагере, не могла бросить ребят и вернулась домой, когда папа уже ушёл на передовую. Он погиб в том же 41-м… Знаете, тот, кто пережил войну, никогда её не забудет. Это вечная боль и рана».
Так что тема всенародного подвига, любви к Отечеству входила в её жизнь естественно – и потребовала потом выхода в творчестве.
Той десятикласснице Татьяна Михайловна могла бы рассказать и о том, как во время войны сдавала кровь, будучи студенткой ВГИКа:
«Я подрабатывала этим, ведь остались мы вдвоём с мамой. Я весь ВГИК проходила в юбке, которую сшили из отцовских брюк. Вырезали места, которые уже светились, и сшили юбку». Вспоминая об этом в одном из поздних интервью, она добавила: «И я не чувствовала себя ущербной, потому что жизнь была такая насыщенная и счастливая. Можете написать, что я счастлива, что пожила в стране, которая называлась СССР».
История появления упомянутого интервью школьнице – яркий штрих, характеризующий отношение Лиозновой к так называемым «простым людям». Бабушка Гали Гаямовой в передаче канала «Доверие» вспоминает и такое:
«Татьяна Михайловна очень хорошо относилась к моей внучке Гале. Однажды она попросила Галю помочь ей настроить видеомагнитофон, чтобы смотреть любимые фильмы. Внучка с удовольствием ей помогла. После этого Татьяна Михайловна начала называть её “мой учитель” и подарила маленький календарик, посвященный Вячеславу Тихонову. На обратной стороне Татьяна Михайловна написала: “Будущей чемпионке мира по фигурному катанию с наилучшими пожеланиями Галочке Гаямовой от Татьяны Лиозновой”. Моя внучка занималась фигурным катанием, и Татьяна Михайловна знала об этом, помнила.
В 2006 году Галя училась в десятом классе и была юным корреспондентом муниципальной детско-юношеской газеты района Сокол “Диалог – Парус”. В преддверии Дня Победы она получила задание от редакции взять интервью у известного человека района Сокол. Я рискнула попросить Татьяну Михайловну дать Гале интервью. Она согласилась, и мы пришли к Татьяне Михайловне. Причём Татьяна Михайловна сказала, что интервью “взрослым” журналистам она не даёт, что на днях отказалась встретиться с сотрудниками “Комсомольской правды”, потому что журналисты очень часто искажают то, что она говорит».
Понятно, это же было в «новой» России, с прессой, живущей уже по законам рынка. И ещё несколько слов бабушки юной «корреспондентки» из упомянутой передачи:
«Знакомство с этим великим человеком было для всей нашей семьи не только большой честью, но и большой радостью. Осознавая степень её таланта, её гениальности, понимая, что это наше национальное достояние, мы видели перед собой очень доброго, уважительного, простого человека, который любит и ценит людей. Это было особенно ценно для нас, её соседей. Наверное, поэтому и когда мы смотрим горячо любимые фильмы Татьяны Михайловны Лиозновой, и когда мы просто вспоминаем наше общение “по-соседски”, мы невольно улыбаемся и на время забываем о своих проблемах: такой светлый человек, как наша дорогая Татьяна Михайловна, дарит тепло и свет всем, кто её знает и любит».
Сколько ещё встретишь подобного в воспоминаниях коллег Лиозновой, её учеников, актёров, которым выпало счастье работать с ней!
Как проходит становление личности человека в первые две «семёрки» жизненного цикла? До семи лет человечек – просто ангел, tabula rasа – чистый лист, впрочем, как считают ныне, многое впитавший генетически. И конечно, реальный мир, его окружающий, открывается свежему его восприятию по-разному. Что видит, что слышит этот «почемучка» – впитывает без особых раздумий, как должное. И вот где роль семьи – кого растят в любви и заботах? А вдруг эгоиста, который сочтёт, что весь мир только ради него одного и создан, только вокруг его персоны и вращается. В классических, «патриархальных» семьях это почти невозможно. Рано приходит понимание, что нужно не только брать, но и отдавать окружающим, заботиться о братьях и сёстрах, любить и почитать родителей. Татьяне Лиозновой повезло: она хоть и одним ребёнком в семье росла, но умные, любящие отец с матерью воспитывали её со стихийной мудростью. Ещё больше проявилось это в подростковом возрасте будущего режиссёра. Основа личности уже заложена, но как повлияет на человечка вхождение в более широкую общественную среду? Школа тех времён была ещё вполне советской (не в пример нынешней, когда богатство и высокое положение родителей поневоле сказывается в отношениях отпрысков с одноклассниками). А отец ещё и мудро направлял общественно-политическое взросление дочери. Наверное, многое объяснял ей из прочитанного Таней в «Советской культуре». Да и мама с житейской мудростью своей помогала лучше понимать окружающее, заботливо принимала школьных друзей и подруг Таточки.
