Как только начинаешь давать противнику ответ, на уровне подсознания всплывают все навыки, которые получал на тренингах, та бесценная информация по выживанию в стрелковом бою, которая вроде бы ускользнула от тебя в процессе обучения. Но как оказалась – эта информация просто записалась тебе на уровне подкорки головного мозга. Сменить позицию, пригнуться, перезарядить оружие, проконтролировать фланги, голосом запросить «соседей» – всё ли у них нормально? Боец превращается в объект танца смерти, он сеет смерть вокруг себя и сам является её желанной добычей. Постоянные перемещения, краем глаза выбирать укрытия для следующей позиции, оценивать, откуда по тебе работает противник, успевать бегло оценивать своё состояние – не получил ли ты ранение? Нет ли кровотечения? Тут же снова менять позицию.

В том бою давление на нас продолжало нарастать, командир вызвал по рации подмогу – из переулков выкатились сначала один «хамви», затем на левом фланге второй. Гулко заработали крупнокалиберные «браунинги» на их крышах, я услышал как звонко сыпятся гильзы на крышу авто и с нее скатываются на твёрдую сухую землю.

Та часть площади, откуда по нам били повстанцы, окуталась облаком пыли. Калибр пулемётов хорошо покрошил стены зданий, наверняка сейчас бородатые бойцы давились этой пылью, отступая в укрытия. В облаке раздался хлопок и на нас полетел заряд РПГ, выписывая по траектории круги вокруг оси своего полёта.

 ⁃ Rocket! Rocket! – закричал я, но водитель «хаммера» тоже вовремя увидел выстрел гранатомёта и внедорожник быстро сдал назад в переулок, все пригнулись. Ухнул взрыв гранаты, ударивший в стену неподалёку от того места, где только что стоял джип. Осколки и куски стены разлетелись вокруг.

Как только мы подняли головы, из переулка в пятидесяти метрах от нас на левом фланге выскочил пикап с крупнокалиберным пулемётом на станине в кузове и стал обстреливать наши позиции. Я и мой напарник отскочили назад в узкий переулок, рядом прогремел взрыв от попадания ещё одного РПГ. Ситуация становилась сложной.

 ⁃ Оставайся тут, я сейчас вернусь, -рванул с места напарник и тут же скрылся за углом здания на краю площади. По стене где он только что находился, брызнули пули, осколки стены полетели мне в лица, рефлекторно я сместился в сторону, прижался спиной к двери в нише. Дверь предательски исчезла – очевидно была не заперта, и я покачнулся, стараясь поймать равновесие и не упасть внутрь. Ухватился свободной рукой за выступ стены. Устоял. Оглянулся.

В комнате было мало света, на столе тлела какая-то лампадка, неподалёку от нее на полу я увидел сгорбленную фигуру. Угрозы не было. Я тихо вошёл и притворил за собой дверь, нащупал засов, задвинул его, запирая вход. Глаза уже стали привыкать к темноте в помещении.

 ⁃ Энэ лэст эля ду (я не враг), – по-арабски, сказал я заученную фразу, – ас салам аллейкум.

Фигура на полу выпрямилась, человек поднял голову и видимо посмотрел на меня.

 ⁃ So, peace for you too, – ответил мужской голос.

Это уже было какое то начало. Я выдохнул, стараясь не делать это слишком шумно.

 ⁃ Ну, дела… – пробормотал я едва слышно себе под нос.

 ⁃ Как сажа бела, – ответил старик, – ты русский?

Я был удивлён.

 ⁃ Да, я говорю по-русски. Но мы из Украины. С американцами.

Старик молчал. Протянул руку, что то прикрутил в лампадке на столе. Свет стал чуть ярче. Я увидел его седую клиновидную бородку, белую круглую вязаную шапочку на голове. Слышал, это дурной знак в моей ситуации, но она и так была не слишком хорошей. За дверью продолжался бой.

 ⁃ Сегодня убили моего внука. Теперь я совсем один.

Я разглядел фигуру у ног мужчины, тело было укрыто с головой, голова лежала на его согнутых коленях. Я онемел. Всё тело онемело. Мне стало понятна причина, почему его слова были пустыми и бесцветными. Потеря близкого человека.

 ⁃ Всего неделю назад погиб отец мальчика, мой сын, Азиз. Он был повстанцем. А через день не стало его мамы, упокой Аллах их души, иншалла.

Я не знал, что мне сказать в этот момент.

 ⁃ Мне жаль. Мои соболезнования. – наверное мои слова были такие же бесцветные как и у него. Но старик кивнул.

 ⁃ Моё имя Лихад. Лихад Аль-Халили.

 ⁃ Вячеслав. Вячеслав Медведев.

Старик аккуратно положил голову мальчика на пол, упираясь руками привстал и выпрямился. Высокий, худощавый. Его лицо осветила лампада. Он осунулся. Пошевелил нижней челюстью, словно нащупывал зубами какие то слова.

 ⁃ Будьте моим гостем, Вячеслав.

Я поклонился, опустил карабин стволом вниз.

 ⁃ Благодарю, Лихад.

Прижимаясь спиной к стене, я опустился вниз, почувствовал что очень хочу пить и отстегнул флягу, сделал несколько глотков.

 ⁃ Знаю твой вопрос, Вячеслав. В 1965м году я закончил обучение в университете в Киеве, был биологом. Оттуда знаю язык. Как ты оказался среди американцев?

Между правдой и уклончивым ответом я выбрал второй вариант. Рассказывать старику о приключениях в цыганском посёлке – это было неуместно. Сейчас – тем более.

 ⁃ Так сложилось, Лихад.

Он понимающе кивнул.

 ⁃ Могу предложить тебе еду, Вячеслав, но ты, скорее всего откажешься, я это знаю.

 ⁃ Да, Лихад. Если есть вода – я бы предпочёл воду. Американцы запрещают своим принимать из рук местных и еду и напитки, – я облизнул пересохшие губы, – Но я сейчас не готов прислушаться к их советам по безопасности.

Старик снова кивнул и вернулся с металлическим кувшином с водой. Протянул мне и я сделал несколько больших глотков. Вода была вкусной, прохладной. Я снова приложился к кувшину.

 ⁃ От души благодарю, Лихад.

 ⁃ Пожалуйста.

Он достаточно уверенно поднял тело мальчика, постоял секунду, словно ловил точку равновесия, и отнес внука на кушетку в углу комнаты.

Я прислушался. Бой начинал стихать. Но в переулке не было никаких звуков – ни топота ног, ни разговоров. Похоже я отбился от своих. В не самом безопасном квартале Багдада. Старик, надеюсь, не сдаст меня повстанцам. Он выглядел тихим и обреченным. Подошёл ко мне, присел рядом на пол.

 ⁃ Зачем американцы пришли сюда, Вячеслав? Знаешь?

Я задумался. Да, дома я следил за новостями по телевизору, видел эту пресловутую пробирку в руках Колина Пауэла на заседании Совбеза ООН.

 ⁃ Я не разделяю их целей, Лихад. Мир твоему дому, разделяю горечь твоей утраты. Это испытание.

Старик кивнул. Посмотрел мне в глаза. Взял мою руку и развернул её ладонью вверх. Угрозы не было. Он испытывал боль. Если мой визит ему поможет – я был не против.

 ⁃ Испытания нам даёт Аллах, чтобы мы стали сильнее. Это испытание и для тебя, Вячеслав. Если ты сейчас здесь – это не последняя твоя война. Будет противостояние России и Украины. Страны мира будут помогать Украине, чтобы сломить Россию. Ты будешь на стороне России. Россия победит. Выстоит. Но это будет горькая победа. Много потерь. Испытание свыше. Чтобы стать твёрже – старик перевернул мою руку и сложил мои пальцы в кулак. – Знаю, Вячеслав, звучит как бред. Я и сам не знаю, откуда сейчас обладаю этой информацией. Мне больно. Я утратил всё, что имел.  Береги. Храни то, что тебе дорого. Вспомни мои слова, когда снова возьмёшь в руки оружие и окажешься в центре схватки. Спустя много лет. Ступай. Тебя ищут.

Он отпустил мою руку. Кулак оставался сжатым, я смотрел на свою руку словно со стороны. Как на какой то чужеродный предмет. Такими странными казались мне тогда слова Лихуда.

 ⁃ Слава? Слава, где ты? – послышались голоса снаружи.

Я поднялся на ноги и открыл засов на двери. В проёме тут же оказались наши бойцы, вскинули винтовки. Я опустил их рукой.

 ⁃ Всё нормально.

 ⁃ Где ты?….

Я снова повернулся к старику.

 ⁃ Спасибо за воду, Лихуд. И за укрытие.

Он протянул мне свою сухую от старости ладонь для рукопожатия, я ответил ему. Почувствовал тепло. И остатки сил в его рукопожатии. Словно он хотел сжать чуть сильнее, но силы покидали его.

 ⁃ Ступай с миром.