- Почему же?

Гай вздохнул и натянул куртку на голову.

- Потому что лис повзрослел и понял - она достойна всего самого лучшего, что есть в этом мире. А что лисенок мог дать ей? Ничего.

Макс долго лежал без сна, разглядывая потолок. Он снял с руки серебряный перстень и провел по гладкому кругляшку указательным пальцем. На кольце проступил портрет его сестры Кэтрин. Макс несколько минут разглядывал его, после чего опять провел пальцем и картинка исчезла. Он отвернулся к стене, пожалел о том, что нет ещё виски, и заснул.

Проснулись они поздно днем, хотя время определить можно было только по часам – единственное окно в комнате было заложено старыми красными кирпичами.

Гай сел на кровати, растирая ноющую шею.

- Хотел бы я пожелать тебе доброго утра, но уже не утро и ничего доброго нас не ждет. Ну и что будем делать, камикадзе? План у тебя есть?

- Честно сказать – никакого, - спокойно ответил Макс.

- Замечательно. Просто восхитительно. Всё, как я люблю. Когда едет фургон?

Макс достал из кармана карточку памяти, которую ему положил Вольфхаузер, и считал с неё информацию.

- Завтра в семь вечера.

- Прекрасно. Чуть больше суток на подготовку операции по нападению на триад. Круто, круто. Слушай, может, устроим двойное самоубийство в отеле, а? Ну зачем идти более длинным и мучительным путем через ссору с бандитами? А то бах-бах, до свидания. Переродимся в новой жизни, может, кем-то более удачливым. Ты альфа-самцом в стае горилл где-нибудь в зоопарке, а я, надеюсь, шестом для стриптизерш.

Макс улыбнулся.

- Это мы ещё всегда успеем. А попытаться дочерпать дерьмо в нашей жизни до дна – надо с этой попытки.

Гай посерьезнел.

- С чего начнем?

- Знаешь, давай-ка для начала проведаем Богомола. У меня за минувшие сутки накопилась к нему масса вопросов.

Они решили ехать на метро, чтобы не терять время. Макс придерживался того же мнения, что и Гай – Вольфхаузер не даст системам видеонаблюдения идентифицировать их лица для триад. А личные ресурсы бандитов не столь обширны, чтобы так тратиться за каждую маленькую перестрелку в баре.

Туннели метро, словно гигантские червиные норы пронзали землю под городом на сотни километров. Макс хотел признаться, что никогда раньше не ездил в метро, но неожиданно застеснялся этого факта. Они зашли в вагон и он ощутил приступ клаустрофобии, будто многометровые слои земли над ним давят прямо ему на плечи.

Гай толкнул его локтем и кивком указал на потолок вагона. Макс задрал голову и прочитал граффити:

«Глас народа – это глас червя под каблуком».

«Символично», - подумал он, чувствуя, словно его самого проглотил гигантский червь и теперь уносит в своем брюхе в недра ада.

Когда они вышли на нужной станции Макс заметил попрошайку, сидящего на перроне. Это был немолодой уже мужчина, безногий и щербатый, со всклоченными длинными седыми волосами. Но зацепил его взгляд другой факт – попрошайка держал при себе табличку.

«Помогите ветерану армии».

Некоторые проходившие мимо пассажиры останавливались и проводя пальцем по сенсорной панели, на которой были эти слова, переводили ему какие-то мелкие суммы.

- Сукин сын, - Макс почувствовал, как в нем закипает злость, - он же лжец. Он не может быть из армии, это же всем очевидно. Бронекостюм смял бы этого жалкого крысеныша одним своим только видом. Почему люди подают этому лживому уроду?

- Эй, эй, полегче, не заводись, здоровяк, - Гай успокаивающе похлопал его по руке. - Понимаешь, дело не в том, верят они ему или нет. Уверен, многие не менее наблюдательны, чем ты. Это скорее вопрос самоуспокоения. Они кидают ему грош и верят, что тем самым стали чуточку лучше. Мгновенно исчерпывают лимит своих добрых дел на текущий день и получают индульгенцию творить херню все оставшееся время. Идем, идем, ты же не станешь, в самом деле, бить инвалида, какой бы лживой крысой он ни был? Люди в наше время – такие непонимающие. И вообще, у нас на сегодня уже запланировано измордовать другую лживую крысу.

Когда они поднялись на поверхность, Макс тайком спокойно выдохнул. Он начал привыкать к людским толпам, давящим на него живой неоднородной массой, но это «подземелье» метро все же казалось ему диким и пугающим.

- Все же, не думаю, что Богомол будет сильно рад нас встретить, - задумчиво протянул Гай, пока они шли к дому хакера.

Макс, поняв на что намекает его друг, только отмахнулся

- Пушки у него нет. Он думает, что мы в лапах полиции и нас не ждет, чтобы озаботиться покупкой оружия. Вынесу ему дверь к чертям, и там поговорим лицом к лицу.

Они поднялись на нужный этаж.

Макс был уверен, что хакер уже наверняка знал об их приходе, потому что на каждом углу висели камеры, но это все ещё нисколько его не заботило.

- Готов? – спросил он у Гая.

- Абсолютно. У меня набежало к нашему приятелю множество вопросов и мне не терпится их задать поскорее, – Лис нехорошо улыбнулся.

Но против всех их ожиданий дверь в квартиру хакера была чуть приоткрыта.

- А вот уже нехорошо, - прошептал Макс и дал знак Гаю подождать в стороне.

Он достал из кармана игольник и медленно начал открывать дверь. Квартира была пуста. Макс быстро осмотрелся. Все говорило о том, что дом покинули в спешке. Некоторых девайсов не хватало на привычных местах, что-то было сброшено прямо на пол. Но в общем хаосе и беспорядке квартиры хакера это составляло в целом привычную картину. Ни Богомола, ни Элис здесь не было.

- Что за дела, - пробормотал Макс и позвал Гая.

Тот вошел и с любопытством огляделся. Носком ботинка поковырял валявшиеся на полу вещи.

- Упорхнули наши голубки в неизвестном направлении.

Он со злостью пнул подвернувшийся под ногу старый монитор.

- Ладно, черт с ним, валим отсюда.

- Зачем? – удивленно спросил Макс. - Не похоже, будто бы он собирался сюда вернуться, а нам надо где-то ещё вечер скоротать. Тут и подождем. А если наш дружок решит заявиться в свою берлогу, тут-то мы и встретим его со всем радушием.

- Ха, что же, хорошая идея.

Гай плюхнулся в свое облюбованное кресло.

- Ну что, Наполеон? Что будем делать теперь?

Макс пожал плечами.

- Это не войсковая операция. У меня нет в подчинении взвода пехоты с тяжелым вооружением, нет прикрытия танков и авиации. Так что, в имеющихся условиях ты понимаешь больше моего, тебе и карты в руки. Даром я тебя, что ли из лап полиции вытащил? Отрабатывай.

При упоминании карт Гай улыбнулся.

- Да, именно из-за них мы здесь. Я надеялся, правда, что ты взял меня с собой только потому, что скучаешь без моих прекрасных глаз. Но ничего, я смирюсь с этой болью разочарования. Только вот масштаб задачки для меня не тот. Слишком много шума. Вот если бы надо было тайком умыкнуть наш фургончик – дело другое. Оставляют его скажем, триады в гараже на ночь, а утром – чпок, он испарился. Может, так?

Макс помотал головой.

- Нет, там он куда лучше охраняется, да и наверняка не стоит спокойно, забитый под завязку наркотой. Перевозка – это самое слабое место.

Гай развел руками.

- Значит такая громкая операция для тебя ближе. Представь, что надо остановить вражеский конвой малой группой сил.

- Хорошо, попробую.

Макс на пару минут задумался, рассматривая в голове карту.

- Окей. Есть один вариант. Фургон должен свернуть на тридцать девятую улицу. Там довольно резкий поворот, автопилот снизит скорость, тут-то мы его и подловим. Тормозим машину, охрану в расход, грузовик забираем.

Гай уважительно покивал.

- Вы опасный человек, мистер Валенштайн. Дайте-ка мне карточку.

Макс передал ему карту памяти с маршрутом фургона.

Гай считал информацию и на минутку задумался.

- Хороший план, хоть и не слишком замысловатый.

Макс улыбнулся.

- Ни к чему использовать гранатомет там, где и пистолет справится.

Гай в отличие от друга был крайне серьезен.

- Ты и сам понимаешь – проблема здесь не в том, как сам фургон ограбить. А что с ним делать потом. Как только мы сдадим его в руки Вольфхаузеру – нам конец. Подумай сам, пока ещё не стало совсем поздно спрятаться и залечь дно. Мы мелкие рыбешки на дне, и на таких как мы – всегда находится рыба покрупнее.