Источник зловония нашёлся в техническом помещении, подтопленном вытекшим из бака-накопителя канализации содержимым. В нормальных условиях оно должно было откачиваться за пределы бункера, но неведомая сила оторвала одну из подведённых к баку труб, и мерзкая жижа вылилась наружу. Хорошо, что пол «технички» располагался на метр ниже, чем в коридоре…

- Ярл, вскрывай проход в следующий сектор! И закройте кто-нибудь эту парашу!

- Батя, тут дверь с петель сорвана! – ответил командиру один из бойцов. – Её как тараном выбило!

- А, хер с ней! Наверняка червяк наш безногий постарался! – махнул рукой командир. – Собрались все! Дальше идём!

- Ну наконец-то! – тихо пробасил Виктор, услышав приказ. – Мороз по коже от этого места…

- Как бы дальше похуже не было… - Денис не разделял оптимизм друга. – Только вошли и уже такое…

Остальные бойцы, закончив осмотр, угрюмо переговаривались: тяжело пришлось всем. Вид залитых кровью детских игрушек и женских вещей, маленькие черепа, и главное, понимание того, что здесь происходило, подействовали гнетуще на всех.

- Эй, воины! Отставить сопли! Подобрали свои яйца и в строй! Проверить оружие! Включить фонари! – рявкнул Батя на подчинённых, заметив общее настроение. – Дальше идём!

Окрик подействовал, бойцы зашевелились активнее, загремело металлом оружие. Дождавшись окончания суеты, командир махнул рукой ожидающему возле перехода Ярлу. На этот раз сапёру не пришлось возиться с запорами – дверь была заперта лишь на механический замок, отпиравшийся штурвалом в центре толстого железного полотна.

Едва раздался щелчок замка, как дверь начала открываться под напором с другой стороны. Ярл отпрыгнул и что есть мочи побежал назад, прижимаясь к стене, чтобы не закрывать сектор обстрела своим товарищам.

Из выхода в соседний блок, где должны жить технари и прочий персонал бункера, вывалилась толпа зомби. В буквальном смысле – шедшие первыми не удержали на ногах, и бредущие следом пошли по копошащимся на грязном полу телам. Стая продиралась сквозь узкий проход и растекалась на всю ширину коридора грозным вонючим потоком. Трещали кости затоптанных, шарканье ног слилось в сплошной шелест, зловеще щёлкали жадные челюсти.

- Одиночными, огонь! – дал команду Батя, стоило сапёру добежать до товарищей.

Частые хлопки выстрелов заглушили прочие звуки, и первые шеренги упали наземь. Следующих за ними подпирала толпа идущих позади, зомби сваливались в шевелящуюся кучу. Пули разваливали черепа нежити, по телам лежащих потекли ручьи бурой жижи и таких же гнилых мозгов. Стрелять начал даже командир, до этого не поднимавший оружие.

Скоро поток зомби иссяк почти полностью. Бойцы добивали шевелящихся мертвяков, придавленных упокоенными сотоварищами, изредка постреливая в переползающих завал запоздавших калек. У большинства из них не было ног, или волочились их остатки, обгрызенные до костей, другие гребли культями, оставшимися от рук. И у всех практически не осталось лиц, зомби обычно обгладывали их в первую очередь. Глядя на то, во что превратились десятки бывших людей, а среди них виднелось немало подростков, Бэтэр скрежетал зубами, Ярл грязно матерился, Берёза шумно сопел под маской.

- М-мать вашу… - просипел Батя, сплёвывая густую слюну и обращаясь явно к тем, кто устроил катастрофу. – Что ж вы натворили, гады…

- Доберёмся до них, командир… - мрачно прогудел Бэтэр. – За край света зайдём, но накажем выродков!

- Давай до конца этой могилы сначала доберёмся, сынок… - совсем не по-уставному заговорил Батя. – Если тут все такие… В детский корпус лучше не соваться, чтобы крыша не потекла. Надеюсь, туда проход закрыт, и не придётся…

Что «не придётся», Виктор прекрасно понимал.

Разгребать завал из тел пришлось пожарными баграми. Под ботинками противно чавкала липкая жижа, бойцы сменяли друг друга, чтобы не задохнуться от резкой трупно-химозной вони, выедавшей глаза. Кое-как расчистив проход, группа двинулась дальше, к выходящим в основной коридор воротам. Всем хотелось поскорее вырваться из смрадного склепа, забравшего жизни сотен человек.

Дверь в гражданский блок заперли, и дышать стало чуть легче. Ярл привычно завозился с замками, остальные принялись снаряжать опустевшие магазины и проверять оружие.

- Я вот чего не пойму, Берёза… - задумчиво произнёс Бэтэр, забивая один патрон за другим. – Те трое, наверху… Они же отсюда вышли, так? Так почему дверь на штурвал была заперта? Навряд ли там… живые были, если постреляли пацаны от души. Вот только мертвяки не дали бы им спокойно отсечь выход. И в блоке для персонала гильз дохера, а мы тут не стреляли. И наверху вход заперт как надо, а не наспех прикрыт…

- Хочешь сказать, это они людей постреляли? Зачем? Почему тогда в холле выход заблокирован был? – после некоторой паузы спросил Денис.

- Не знаю, брат, не знаю… - Виктор потемнел лицом, видимо, представив расстрел укрывшихся от несчастья людей.

- Внимание всем! – крикнул от выхода Ярл. – Могу открыть!

- К бою готов! – вскинул руку Зёма, за ним один за другим отчитались все остальные.

Последним поднялся Бэтэр, угрюмо глядевший в пустоту погасшими глазами…

* * *

Бункер, двумя неделями ранее.

- Гена, кончай фигнёй страдать! Нам главное что? Сделать что велено, и свалить отсюда! – бритый здоровяк в необмятой чёрной униформе, шёл с парой своих товарищей к выходу из бункера, сжимая в руках новенький автомат с глушителем.

- Да как-то… Не по-людски это, что ли… - второй боец на секунду остановился, поправляя тяжёлый рюкзак.

- Вокруг и так, сам знаешь, что творится… - здоровяк плюнул себе под ноги. – Людишки мрут миллионами. Сотней больше, сотней меньше, никто и не заметит. Зато нам всё это достанется! Басов наш, мужик конкретный, своих не обидит! Хоть и вывезли отсюда дохера, но осталось ведь на годы!

Качок махнул в сторону складов.

- Так-то оно так… Только руки пачкать не ему, а нам! - не унимался второй.

- Руки ему пачкать не хочется… Жрать захочешь, мамку родную схарчишь!

Геннадий бросил на товарища гневный взгляд, но спорить не стал. Ежу понятно – будущее ничего хорошего не обещает. В магазины жратву не привезут, одежду не сошьют, да и патроны скоро станут на вес золота. А тут такого добра сотни тонн припрятано. Бывший начсклада режимного объекта, Артур Яковлевич Басов, ради обладания этим богатством «опоздал» на эвакуацию. А что ему? Семьи нет, погибли в первые дни. Спасать некого, можно и остаться. Тем более, по слухам, он и не горевал особо за родными. С женой не разводился, чтобы биографию не портить и хлебное место не терять, непутёвый сынок вроде не родной, нагуляла «благоверная». Зато у него и шикарный особняк сразу за МКАДом, и дача на Селигере. Поговаривают, за границей недвижка была и бабла в Лондоне немерено на счетах осталось. Только деньги теперь мусор… А вот патроны…

- Жека всё верно сказал! – вклинился в разговор третий, чуть лысоватый и полноватый боец. – Без этого склада лыко с берёз через год грызть начнём! Нас на Урал не взяли, чином не вышли! Подыхать теперь, что ли? Нет уж, пусть другие дохнут! Запечатаем входы и территорию мертвяками и мутантами, никто сюда не сунется! Зря, что ли, цивилам бункер открыли? Якович всё продумал! У него одного ключи и коды к тоннелю, про него даже мы не знаем!

- Лан, пацаны… Мы ж вместе теперь… - не стал спорить с товарищами Гена. – В горе и радости, как говорится…

Здоровяк хохотнул и остановился у выхода из главной галереи бункера в блок для персонала, взглянул на часы.

- Стоим, пацаны. Ждём, курим. Это нам дорога короткая, а остальным далеко топать. Басов сказал, работать командами по нашей точке, стационару и ВИП блоку одновременно!

Когда стрелка швейцарских «Свисс милитари» дошла до условленной заранее отметки, здоровяк отпер дверь в блок для персонала, и троица пересекла черту между безлюдной галереей и заполненным галдящей и суетливой толпой коридором жилого блока. «Счастливчики», пробившиеся в безопасное и сытое убежище, торопились занять лучшие места и поскорее обустроиться. Стайка ребятишек вертелась возле щита с наглядной информацией, разглядывая картинки, две тётки помогали беременной девушке затащить невесть откуда взятую кроватку в один из бараков. Мужики стучали молотками, сколачивая перегородки, с кухни доносились манящие ароматы свежей еды…