— Думаю, он ищет, кого бы трахнуть…
Здесь уже я не удержался и разразился хохотом. Меня поддержали и все остальные ученики.
— … По голове, конечно же, — добавил Сублимир. — Это же всё-таки булава.
— Понятно-понятно.
— В ней душа настоящего воина, — заверил меня Сублимир.
— Даже не сомневаюсь, — ответил я.
В куче торчал ещё один подобный черенок. Видимо, булава эта парная. Я ради интереса потянул за булаву и достал из неё шлем, ко лбу которого был приделан вот этот, собственно, допустим, шип.
— О, вижу, вы нашли шлем «Единорога», — обрадовался Сублимир Рукоделович. — Это моя экспериментальная разработка.
— Даже боюсь представить, что вы себе представляли, создавая этот элемент брони, — произнёс я, не надеясь уже ни на что хорошее.
— Так всё ведь очевидно. Если вдруг в бою у воина будут повреждены руки, то можно нанести колоссальный ущерб противнику головой.
— Или удовольствие, — добавил всё тот же острослов с задней парты.
По аудитории пролетел гомерический хохот.
— Сублимир Рукоделович, — решил я расставить точки над «ё»: — А вы, скажите честно, вы женаты?
— Я? Нет, —признался он. — Я пока выбираю себе пассию.
Я оценил его внешний вид. На вид лет шестьдесят. Если он до сих пор выбирает себе пассию, значит понятно, почему у него все артефакты так выглядят. Видимо, не хватает ему женского внимания, причём очень сильно.
— Раз вы такие благодарные слушатели, покажу вам свои последние доработки для кирасы, — он вытащил ещё одну кирасу с большущей грудью, но на этот раз на тех местах, где должны быть соски, висели красные кисточки. А внизу кирасы был здоровенный кусок мха.
— Это ещё что? — тут даже я смутился от столь неоднозначных нововведений.
— Ну как же, здесь всё просто. Вот эти кисточки, если делать вот так, — он произвёл несколько вращательных движений своей кирасоподобной грудью, — это сбивает противника с толку и вводит его в ступор. По крайней мере, я проверял на себе, и это работает.
— Я даже не сомневаюсь, — хохотнул я.
— Эту технологию я разрабатывал с лучшими психомагами.
— А это что? — указал я на здоровенный кусок мха внизу кирасы.
— О, это наша общая разработка с Розалией Мариновной. Она, когда увидела моё произведение искусства, не смогла пройти мимо.
— Ох уж эта Розалия Мариновна! Та еще язва.
— Она предложила такую концепцию, потому что воинам часто нужно ориентироваться в пространстве. А как ориентироваться в пространстве, если нет подручных средств?
— Та-а-ак… — протянул я, ожидая нечто фееричное.
— Ну так вот, мох растёт на севере. Соответственно, там, где растёт мох, там север.
— Логика не совсем понятна, но продолжайте, — протянул я.
— А что здесь продолжать? Всё просто. Это изобретение на стыке магии, природы и артефактологии способно указывать на Север.
— А если воин повернётся? — я подошёл и развернул манекен с бронёй в другую сторону.
Мох, конечно же, остался там, куда его и прилепили. Сублимир Рукоделович почесал затылок.
— Так что же за глупые вопросы? Значит, Север повернётся вслед за воином. Куда смотрит мох, там и Север, — улыбнулся он.
— Вы сейчас серьёзно?
Глава 24
Единорожьи забавы
Стоит ли говорить, что факультативные занятия Сублимира Рукоделовича, как и сам преподаватель, были до крайности любопытными и занимательными, ну и весёлыми, куда же без этого. Я порой едва держался, чтобы не хохотать в полный голос. По крайней мере, этот Сублимир обладал необычайной фантазией. Даже у меня на такие извращения не хватало воображения.
Но разгадка, думаю, была проста. Сублимир Рукоделович просто-напросто сублимировал свой острый недостаток женщин в тех артефактах, которые создавал. Ничем другим я не мог объяснить то, что все вещи, которые он демонстрировал, тем или иным способом напоминали женские половые признаки и всё с этим связанное.
Когда он по секрету стал показывать домашнюю утварь, например, миксер для взбивания яиц, я попросил его немедленно прекратить демонстрировать подросткам эти мерзости. Даже для меня это было слишком. Я ведь всё-таки как потомок богов, выполняющий функцию преподавателя, должен следить за порядком.
Ох уж этот Сублимир Рукоблудович… ой, тьфу, Рукоделович. Стоило занятию закончиться, как Сублимира Рукоделовича тут же облепили заинтересованные ученики. В этот раз у преподавателя сдвоенного занятия оказалось больше фанатов, чем у меня, чему я в тайне даже порадовался. Однако ненадолго.
Стоило мне выйти из аудитории, как меня с двух сторон взяли в клещи две шикарные девушки. Судя по аромату духов и формам это были близняшки Воронцовы, которые хотели перенять инициативу у Оленьки и тоже стать владычицами мира, или чем они там хотят править.
— Валерий Петрович, мы вас сегодня весь день ищем, — доложила, Марина, одна из близняшек, подстраиваясь под темп моего шага.
— Да я от вас и не бегаю, девочки мои. И что ж вы от меня хотели? — спросил я милашек. Смотреть на красивых двойняшек двойное удовольствие.
— Мы столько всего от вас хотим, — доложила Карина вторая пигалица.
— Ну если не начнёте высказывать свои требования, я ведь и не узнаю, чего там хотите. Так что рассказывайте, — предложил я красавицам. — Просите, и что-то вам да и будет.
— Валерий Петрович, видите ли, есть у нас здесь одно соседнее царство… — начала Мариночка.
— Так, уже интересно, — произнёс я. — Продолжайте.
— И вот в этом царстве есть прекрасные принцы, — таинственным голосом поддержала сестру Карина.
— Принцы? — хмыкнул я.
— Правда, эти царства, вместе с принцами, находятся довольно далеко от нас, — надула губки Мариночка.
— И что же нужно сделать? Портал?
— Портал? А вы можете? — тут же переполошилась Кариночка.
— Да я всё могу. Почему нет? — улыбнулся я.
— А вы умеете делать статичные порталы? — вздохнула Мариночка
— Стабильные, — поправила сестру Кариночка. — Такие, чтобы создал, и он всё время был, как дверь в спальню или на кухню. Только портал.
— Ну, эта магия не простая, — хохотнул я. — Но придумать что-нибудь смогу.
— Дело не в том, Валерий Петрович. Видите ли, — осадила сестру Марина, — дело немного в другом. Это царство после смерти законного правителя было поделено на две части между двумя принцами. Ныне они сами стали царями.
— Молодые… — Карина, если я правильно научился определять кто из них кто.
— И неженатые, — закончила Марина.
— Так-с, и что вы хотите? Приворотное зелье? Какой-нибудь дар?
— Дар? — тут же переполошилась Карина. — Мы любим подарки, а что вы нам можете подарить?
— Ой, — спохватилась Марина, — я слышала, вы подарили преподавательнице приручения домашних питомцев тотем. А можете нам тоже подарить тотемы?
— Ну, всё зависит от многих факторов. Я, конечно, много чего могу. Вопрос, что я получу взамен? Но вы для начала определитесь, чего вы хотите — тотем или портал?
— А я хочу тотем и портал, — вдруг раздался голос за моей спиной.
Обе девушки сбились с шага, затем тяжело выдохнули. Я обернулся, там была ещё одна точно такая же девушка-близняшка. Они что, тройняшки, что ли?
— О, это наша младшенькая Алина, — обречённо протянули близняшки в один голос. — Нарисовалась, не сотрёшь.
— Зачем выбирать что-то, когда можно получить всё? — заявила девушка.
Я же не верил своим глазам. Три такие красавицы… Я в этом мире точно поселюсь. И откуда их таких набирают? Или здесь весь мир такой, наполненный первоклассными красотками?
— Я младше вас, и поэтому со мной нужно считаться, нужно меня оберегать, всячески восхвалять.
— Да-да, — поджала губки Мариночка. — Она у нас самая наглая.
— Ага, и избалованная, — добавила Кариночка, — ей всегда всего мало.
Обожаю девушек, которым всегда мало.
— Вы просто завидуете, — вынесла вердикт Алина. — Сёстры про вас столько рассказывали, — тут же взяла меня в оборот младшая Воронцова. — Говорят, вы дамский угодник, исполняете любые желания порядочных девушек.