Правда, рабочие добросовестно оставили ограждение в двух местах — с передней стороны ямы, и с задней. Они просто не знали, Митрич крайне талантлив не только в работе электрика, но и во всем остальном тоже. Рабочие не могли предугадать, что Митрич зайдет с флангов.
Оказавшись внизу, прямо по классике -на дне, что стало полной неожиданностью, электрик сначала сильно удивился. Удивление его длилось порядка пяти минут и выражалось громким матом. Потом он решил данную ситуацию исправить и захотел выбраться на волю, но потерпел неудачу. Как любой адекватный человек, свалившийся в крайне неожиданную яму, Митрич продолжил громко кричать то, что полагается кричать в таких ситуациях. Учитывая сумеречную тишину, стоявшую во дворе, крики его разносились по всему периметру.
От звуков родной речи и крайне высокого уровня художественного мата проснулись соседи. В том числе — Жаба. Народ начал подтягиваться на балконы, желая поаплодировать красоте великого и могучего русского языка. Живое существо, попавшее в яму, всегда вызывает большой интерес у своих собратьев. Всем любопытно, как оно будет оттуда выкарабкиваться. Если существо умеет еще и материться, от этого мероприятие только выигрывает.
Единственным человеком, не оценившим языковые возможности Митрича, оказалась наша директриса. О чем она сообщила электрику в ультимативной форме, потребовав, чтоб тот либо сидел уже в яме молча до утра, либо не превращал все это в цирк и театральное представление.
В этот момент муж Жабы, который жил с ней много лет и критичность ситуации вполне понимал, пришел к выводу, если сейчас же что-то не предпринять, то покоя не видать никому. Митрич так и будет орать в яме, Жаба так и будет орать с балкона. Потом, возможно, он тоже попадет под горячую руку.
Супруг директрисы одел треники и отправился на спасательную операцию. Он вышел на улицу, приблизился к яме, присел, а затем протянул страдальцу руку помощи. Митрич схватил его за эту руку и… уронил вниз на себя. Теперь они оба стали кричать дуэтом, хотя и немного невпопад. Митрич винил мужа директрисы в неустойчивости. Супруг директрисы активно отбрыкивался, парируя словесными оборотами. Жаба начала кричать еще сильнее с балкона.
Если Митрич, сидящий в яме волновал ее с точки зрения ночного шума, то присутствие в этой яме родного мужа поворачивало всю ситуацию немного другим углом. Поэтому директриса нашла аргументы в заново начавшемся споре, очень убедительные, в основном относившиеся к генетической ущербности Митрича. В итоге мужики вроде бы разобралось. Один подсадил другого, и мало-помалу оба выбрались на поверхность. Зрители на балконах, ожидавшие большего накала драмы, разошлись разочарованные. Они пока еще не предполагали, что вскоре последует продолжение.
На следующий день, ближе к вечеру, рабочие с экскаватором вернулись обратно. Оказалось, что вчера копали не в том месте, и теперь им стало ясно, почему они ничего не нашли. Тем более, что в течение дня в ЖЭК и другие инстанции наяривала Жаба. Она интуитивно чувствовала, если яма не исчезнет, быть беде. Ну и конечно, ей хотелось воды.
Яму во дворе закопали, а затем выкопали новую, на этот раз со стороны улицы. На глубине полутора метров рабочие наткнулись на телефонный кабель, который пал жертвой раскопок прежде, чем его успели заметить.
После краткого обсуждения было принято решение остановиться на достигнутом и уйти. Был вечер, сложные решения лучше принимать на свежую голову.
А дальше…Поздно вечером Митрич шел домой.
Он прекрасно помнил, что во дворе имеется двухметровое отверстие, а потому решил обойти дом с другой стороны. Митрич не знал, что в его отсутствие приходили рабочие и поменяли ямы местами.
Естественно, электрик, торопившийся домой и не ожидавший такой подставы от вселенной, упал в яму и нашел там порванный телефонный кабель. Простой обыватель не знает, что в момент вызова напряжение в телефонной линии достигает сто десять вольт. В этом кроется разгадка тайны, почему связисты не любят зачищать провода зубами. Митрич знал, на то он и электрик, но никак не ожидал, что судьба может быть настолько к нему жестока.
В падении он, сам того не желая, ухватил кабель руками. Так совпало, что как раз в этот момент кто-то пытался дозвониться куда-то. Кабель был поврежден, до телефонного аппарата вызов не дошел, его принял Митрич.
Электрик издал громкие, матерные звуки и, получив заряд бодрости, одним прыжком одержал убедительную победу над гравитацией.
В этот момент, в окно высунулась Жаба и громко сообщила в форточку, что если человек идиот, то это уже не исправить. Затем она решительно потребовала, чтоб электрик прекратил падать в эти чертовы ямы, потому как порядочным людям вообще нет никакого покоя. А порядочные люди, между прочим, в этот момент пытаются дозвониться до важного абонента, но телефон, как и вода, теперь стали вдруг роскошью.
Митрич, пребывая в слегка взвинченом состоянии, из всей речи Жабы запомнил лишь одно. Он понял, кто мог в момент его падения куда-то звонить. Вообще, конечно, на самом деле, не факт, что два эти события имели отношение друг к другу, но в голове Митрича крепко зацепилась мысль, Жаба точно виновата во всем. Возможно, это даже ее происки. Когда-то давно они учились в одном классе и уже тогда между ними имелось некоторое напряжение по причине мерзкого характера будущей директрисы.
Весь дальнейший путь до квартиры Митрич проделал, держась одной рукой за стену, а ногами прощупывая почву перед собой. Даже в подъезде он на всякий случай проверял каждую ступеньку. Он уже ни в чем не был уверен.
На следующее день, сразу после обеда, вернулись рабочие. Хотели засыпать вчерашнюю яму, но в ней сидели обозленные связисты с местной телефонной станции. Очень сердитые. Произошел конфликт, связисты предложили рабочим искать свои трубы в другом месте, желательно там, где не проходит их кабель.
Рабочие так далеко уходить не стали, просто выкопали еще один шурф, пятью метрами левее предыдущего. На этот раз трубы нашлись. Рабочие обрадовались, очень увлеклись и прорыли траншею, длинную, как добротный удав. Траншея пересекла тротуар и захватила даже немного проезжей части. Для удобства пешеходов через нее был переброшен мостик из трех досок. Внизу, под досками, плескался беломорканал…
Смеркалось…Как обычно, поздно вечером Митрич шел домой…
Это был ведьмин час, не иначе. По крайней мере, потом Митрич описывал все события именно так. На небе светила луна, и в лунном свете прямо перед электриком внезапно появилась траншея.
Случись это днем раньше, он не колеблясь упал бы в нее. Но сегодня все чувства Митрича были обострены, он знал о коварстве трубокопателей и был морально готов к траншеям. Электрик прошел по мосткам грациозно, как самый настоящий канатоходец и, оказавшись на другой стороне доски воскликнул:
— Ха! Съели, землеройки⁈ Миотча голыми руками не возьмёшь!
В этот момент в окне появилась Жаба. Она, видимо, караулила появление электрика. Это стало уже ее личным маниакальным увлечением.
— Неужели? — Крикнула она в окно. Балкон, к сожалению, выходил во двор, поэтому директрисе приходилось использовать форточку. — А я уж думала, сегодня снова будут приключения.
Ослепленный гордыней, Митрич решил сделать какой-то красивый жест рукой, что-нибудь из репертуара Боярского и мушкетеров. Он поднял конечность, открвл рот, планируя сопроводить все это особо ироничным высказыванием, попятился назад и… упал в яму с телефонным кабелем.
Буквально через несколько секунд об очередном падении электрика узнал весь дом. В этот раз везение Митрича закончилось. Падая, он сломался в хрупком месте, и в свой крик вложил всю экспрессию, на какую способен сорокалетний электрик.
В окнах снова появились заинтригованные соседи. По отдельным звукам и словосочетаниям им удалось установить суть происходящего. Кто-то добежал до соседнего дома, где телефонная связь была исправна, и вызвал скорую помощь. Пока неотложка ехала, Митрич успел обогатить русский язык шестью новыми отглагольными прилагательными и все они имели отношение к Жабе. Электрик окончательно уверовал, что во всем виновата именно она.