Annotation
Попаданцы в СССР - имя им легион! И мой герой не исключение, попал в деревенского школьника, на дворе 1986 год. Суровое бытовое выживание превращается, превращается, превращается...
Я пас в СССР!
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Я пас в СССР!
Глава 1
'Живу в России я, а жил в Союзе я
А это всё была иллюзия
На самом деле весь мир нам кажется
Вокруг нас матрица, как в фильме «Матрица»
А был я чмошником и алкоголиком
Потом сказали мне: 'Пиздуй за кроликом!
Мол, ты поймёшь, куда всё катится
Откуда матрица, взялася матрица.
На дискотеке вы водяры примите
Потом подвалит к вам такая Тринити
С короткой стрижечкой и в чёрном платьице
И предлагает вам узнать о матрице…
'Елизаров.
С транслируемым через наушники голосом Михаила Юрьевича я был согласен полностью. Дело даже не в аномальной жаре, обрушившейся на Урал — погодными катаклизмами нас не напугаешь, хотя их обилие и непредсказуемость — наводили на смутные подозрения, что это жу-жу не спроста, и вполне возможно, что дело рук человеческих. А вот чтение новостных каналов в телеге — вполне себе подтверждало теорию того, что мы живем в матрице. Ну или иначе — правительство нас совсем за дураков держит, раз кормит электорат такими отборными ядреными помоями.
«Грёбаное всё!» — я с раздражением закрыл телеграм и стал смотреть в окно трамвая, параллельно слушая Елизарова. «В жопу, надо меньше новостей читать! Ничего, сейчас все дела улажу в городе и завтра с группой на сплав!» — успокаивал сам себя. Тут и остановка моя как раз подъехала, вернее трамвай, в котором я сидел — стал подъезжать к ней.
Вид из окна настроения не прибавил. Из динамиков проскрежетало, пробиваясь сквозь наушники: «Остановка торговый комплекс’Лера»«. Огромное здание швейной фабрики при советах — в девяностых стало приютом для нескольких гипермаркетов и целой кучи мелких фирмочек, а затем и остановка сменила название. От 'нового» (уже лет двадцать, если не больше) имени коробило, был в этом некий символизм, когда прекрасно работающее предприятие остановили, рабочих уволили, всё оборудование распродали, а бывшие цеха стали прибежищем для торгашей. Отныне при взгляде на здание старой швейной фабрики возникали ассоциации с идолом либералов — жабой Лерой, то бишь Новодворской. Такие вот жабы радостно квакали, что нам ничего своего не нужно, купим заграницей. А попутно сжирали страну…
Не то, что я был фанатом Советского Союза (мне было всего двенадцать лет, я практически ещё играл в песочнице, когда совок сломался), но то, как мы за неполный век дважды умудрились прохохотать империю — расстраивало донельзя. А громкие призывы наших людей со светлыми лицами о декоммунизации — приводили в бешенство. Спасибо скажите, уроды, простым советским людям, которые выстроили всю инфраструктуру, промышленность и особенно атомный щит нашей родины. Паразитируем, по сути, на доставшемся нам наследии советского прошлого. И ведь столько оставили, что и воюем сейчас тем, что наклепал тогдашний военпром, и до сих пор растаскивают то, что осталось от СССР — все эти «эффективные менеджеры», в рот им дышло и чтоб сзади вышло!
От существующего же положения вещей — тоже радости было мало. Скорей — эмоциональные качели, где радость от возвращения Крыма в родную гавань вскоре сменилась унынием от «Минских соглашений». После которых, с началом СВО — гарант в очередной раз с недоумением заявил, что нас опять обманули. А воодушевление, возникшее с началом специальной военной операции — переросло вначале в раздражение, а затем и во вполне понятное опасение. С одной стороны — бросили вызов гегемону и господству доллара, а с другой — как ни в чем не бывало продолжали торговать ресурсами за эту ничем не обеспеченную бумагу грязно-зеленого цвета (и что там с золотовалютными резервами, замороженными в западных банках, ничего не ёкает?). Не говоря уж о намоленных нефте и газопроводах, которые все боевые действий каким-то чудом обходили стороной и они продолжали без препятствий пампить нефть, по меткому выражению какой-то силиконовой шалавы, лихо отплясывающей на сцене международного экономического форума в Питере…
А недавно зафорсили рекламный буклет какого-то супермаркета, из далекого две тысячи двенадцатого года — с ценами на самые распространенные и ходовые продукты питания. Вот там действительно, выражаясь языком наших скачущих небратьев — слёзы на очах! Аж ностальгия удушила в объятиях, от таких ценников! Двенадцать лет прошло, доходы практически не выросли, а вот цены — стремительно рванули вверх. Как и пенсионный возраст. И что характерно, постоянная инфляция, по копеечке, потихоньку год за годом — воспринималась привычно, как неизбежное зло. А стоило взглянуть назад — и оторопь брала, как же это мы до такой жизни докатились и не взбунтовались. Работает, значит, теория по управлению и оболваниванию электората, и эффективно работает…
При кровавом тиране Сталине, понимаешь — цены снижали и восстанавливали страну из руин (не говоря о индустриализации перед войной), а за четыре года — освободили и свою территорию, и неблагодарную Европу, пусть ценой огромных людских и материальных потерь. А тут одной рукой воюем, другой торгуем, между делом обменивая военных преступников на каких-то невнятных политиков. Как говорится — товарищ Иосиф Виссарионович кума на нацистских преступников не обменивал! Вообще, во всей этой ситуации просматривалась прямая аналогия с семнадцатым годом прошлого века — всё то же тотальное воровство в высшем армейском руководстве, как и у нас сейчас. И пятая колонна в тылу, только вместо большевиков и евреев-социалистов — ОПГ диаспоры и орды диких кишлачных обитателей. Непонятно за какой надобностью усиленно наводнявшими страну при полной поддержке всех органов власти. Не иначе — с целью импортозамещения коренного населения и для стрессовой нагрузки на социалку…
Так, стоп, я незаметно для себя самого вошел в режим бабки на лавочке, ещё немного — и начну клеймить всю проходящую мимо молодежь наркоманами и проститутками. Надо выдохнуть и успокоиться! Хотя как тут успокоиться, когда именно благодаря умной и дальновидной миграционной политике нашего правительства сейчас трясусь в раскаленном нутре трамвая, вместо того, чтоб работать. Сплавлясь с туристами по реке, да даже поход в горы, под пологом леса — смотрелся гораздо предпочтительней, чем вот это всё. Пропахшее раскаленным асфальтом, выхлопными газами и запахами фастфуда (которые в июльском зное не разжигали аппетит, а скорее вызывали тошноту). Да и с рюкзаком за плечами, на тропе среди камней курумника под солнцем — комфортней, чем в городе. Там хоть ветерок обдувает…
Туринструктор посреди лета в городе — это оксюморон. Хоть это и не единственная моя профессия, но в последние несколько лет освоился и можно сказать — прикипел всем сердцем. Всё не мешки ворочать, так то, список освоенных мной специальностей — впечатлял самого. С детства запал в душу образ Марка Твена, который кем только не работал, прежде чем занялся литературной деятельностью. Вот и я пошел по его стопам, изрядно помотавшись и по стране, и попробовав за это время свои силы в самых различных областях. От каменщика и строительства до менеджера по проекту в рекламе. И даже кладовщиком на винном складе успел отметиться, недолго правда — всего полгода. Там какие-то непонятки возникли и крупная недостача, пришлось спешно уволиться от этих аферистов. Пока уголовное дело не возбудили…