Учитесь управлять собой.
Во всём ищите доброе начало.
И споря с трудною судьбой, умейте начинать сначала.
Глава 29
Бодренько выскочив на тренировочную площадку, фехтовальщик театрально поклонился, своему каменному оппоненту и также комически перепрыгнув с ноги на ногу, выставив вперёд шпагу, принял боевое положение.
«Как вы себя чувствуете сегодня, сударь? Хорошая погодка, не правда ли? Что? Это вы мне? Чего чего там? Рога у меня не из того места растут? Ах вот вы про что! Вам не по нраву мои модные сапожки! Ну всё, такое оскорбление не простительно! Вы вынуждаете меня прибегнуть к насилию сударь! Пришло время сдохнуть!» Шихх! Резкий взмах и каменная голова покатилась под ноги.
«Ё! Блин моё! Шурик, прости! Как же ты так неосторожно подставился то. Надо ж, аккуратней быть. Ну даешь! Ладно, потом припаяем.» Махнул рукой Сашка и принялся повторять уже сотни раз, отработанные выпады, уклоны и прыжки. Настроение было на высоте. А как же иначе. Вчера он наконец закончил с крыльями, у него ничего не болело и главное, на мизинце начал отрастать новенький ноготь.
Вчерашним вечером, Саня собрав снаряжение, решил, что хватит высиживать яйца и пришла пора, куда ни будь двигать. Потратив несколько дней на усиленные испытания, он добился огромных результатов. Можно сказать, что чувствовал он себя в воздухе, как молодой неокрепший петух в воде. Но летал он здорово. Новый летательный аппарат, наконец-то наградил создателя практически всем, что от него требовалось. Но как всегда, это слово — но, портило всю малину. Во-первых, руки так и уставали при наборе высоты и высоко взлететь с места, Сашка так и не мог. Во-вторых, применять оружие в воздухе, было чревато очередным пикированием вниз, радовало то, что выходить из крутого пике Сашка уже научился. Если находишься на хорошей высоте, то достаточно быстро расставить руки в сторону падения и тормоза срабатывают мгновенно. В-третьих, постоянно держать руки, расставив в стороны, так же весьма болезненная процедура. Оказывается, что человеческие руки иногда просто необходимо опускать вниз и держать по швам, тогда они хоть и немного, но отдыхают. И в четвёртых это ноги, а следовательно поясничные мышцы. При длительных горизонтальных полётах, мышцы поясницы так же начинали болеть, приходилось напрягать ноги, но и они скоро уставали и опускались сами собой. Мало того эта ножная несуразица тормозила полёт и приводила к потере высоты, так ещё и вид, летящего буквой зю дракона, был крайне неприемлим.
«Так вот почему у дяденьки Гермеса, на ножках были маааленькие крылышки! Не хотел он показаться буквой зю на людях, они бы долго смеялись, узрев такое уБожество.» Посмеялся Сашка. А ведь и действительно, ну не приспособлено человеческое туловище для полётов и точка. Для коротких перелётов да, а для длительного плавания в воздушном пространстве, телу необходимы технически спроектированные помощники.
«Ну да ладно, мы летим! Летим! Да ещё как летим, это безумно здорово, парашют и рядом не валялся, с нашими великолепными крылышками. Это просто райское наслаждение. А с недочётами надо будет придумывать решения, а подыскивать подходящие варианты лучше находясь в пути к неизвестному. Сидя на месте, ничего не найдём.» Рассудил Сашка и собрав с вечера свой небольшой скарб, решил с утра двинуть в сторону неразведанного плато.
Размявшись, он быстренько набил рот омарами. Надёжно попрятал драгоценные шкуры, пристегнул крылья, полностью облачился в броню и завалив валунами вход, начал вертикальный подъём.
С высоты ещё раз осмотрев свою лачугу и дворовую территорию, Сашка уцепился за ручки малых рычагов и перейдя в горизонтальное положение, стал неторопливо планировать, постепенно набирая высоту. Крылья, в результате долгих испытаний, переродились в новую, более унифицированную конструкцию. Теперь это были четыре рычага, два основных на длину рук, крепились шарниром в области лопаток и два коротких рычага, крепились односторонним шарниром на кончиках основных. Основные рычаги, помимо шарнира, крепились широким эластичным шлейфом к подреберной части брони, что исключало самопроизвольный вылет рычага вперёд, а второй конец шлейфа, крепился оператором за крючки, непосредственно за наружную часть плечевого наручня. Получалось что основной рычаг, был в постоянном натяжении с двух сторон, что немного разгружало руки и когда у оператора уставали конечности, он приняв вертикальное положение и согнув руки в локтях, поддерживал высоту просто работая плечами. Так же основной рычаг, был оборудован дополнительной ручкой с удобным хватом, необходимой для усиленного подъёма. Но так как от тяжести тела, конечности всё равно сильно и быстро уставали. Сашке приходилось совершать посадки и отстегнув шлейфа от наплечников, сбрасывать крылья конечным оперением на землю. Волочась позади, крылья создавали дополнительную защиту ног и спины, при этом не доставляя оператору помех в использовании любого вооружения. Единственное, что требовала такая конструкция, это особого внимания и времени при обратном крепление шлейфа на крючки наплечников. Был ещё один неприятный момент, всё время настораживающий летуна. Ящеры, эти гады собравшись в стаю, могли легко протаранить его на высоте, с одним он ещё бы пободался, а вот от стаи, Сашка придумал единственную защиту: Моментальный побег в форме крутого пике на землю, а на земле Саня их порвёт на тысячу маленьких динозавриков. Так что ориентируясь на побережье и расставив два эхолокатора в четыре стороны, Александр набрав примерно сорок метров высоты и пятнадцать километров по скорости, наслаждался неторопливым полётом.
Обозрев пролегающую панораму с высоты, он увидел: Завалы бывшие ранее длинными бесформенными кучами, на самом деле имеют хорошо прорисованную и интересную форму. С высоты это был огромный, серо-чёрный аккуратно сплетённый лабиринт, на зелёном травяном фоне.
«Интересно, а как это будет выглядеть, если подняться намного выше?» Зрелище действительно было завораживающим и полностью осмотреть это необъятное, природное чудо, можно было только с огромной высоты. Но до возможностей супермена, Сашка ещё не дорос и поэтому решил оставить данное развлечение, до достижения более высоких лётных рангов. Продолжив путь соблюдая прежние параметры, Сашка вступил в дискуссию со своим мозгом, тот обзывал его жалким трусом, способным лишь ползать по земле как навозный червь, а Саня в свою очередь, обзывал этого жирного недоумка, тупым сибирским валенком, неспособным решить простейшую задачу, по устранению постоянно возникающей боли в конечностях и пояснице. Вот так они и летели, мозг инженерил и что то проектировал, а Сашка разглядывал пейзаж и слушал воздух по сторонам.
Рассмотрев до боли знакомый фрагмент своих старых следов, он уже давно претерпевая вынужденную боль, стал опускать и прижимать к телу крылья, при этом быстро снижаясь как по большим лестничным ступеням. Плавно опустившись на ноги, Сашка отстегнул шлейфа от наплечников и подошел к большой стрелке указывающей на валун. Сердце сдавило, перехватило дыхание и мозг стал сильно давить на глаза. Нахлынули старые воспоминания, образы немного подзабытых лиц родных и близких людей, сознание на секунду захватили дела давно минувших дней, простого среднестатистического обывателя, Макушева Александра Витальевича. Сашка утирая сопли и горестно вздыхая, походил по месту своей материализации в этом мире, затем немного посидел на валуне, подумал о своей бедной жене и сыне, поговорил с ними и попросил у них прощения. Да, так случилось, что череда странных событий привела его в новое место и к новому этапу становления.
«Что я сделал для возврата обратно? Ровным счётом ничего. Только с помощью местной аномалии, оброс крыльями и облачился в этот аномальный камень и сейчас просто не имею прав называться человеком, тем более человеком своего времени. Остаётся только фамилию поменять и всё встанет на свои места.» Он постоял на коленях, обшаривая ладонями поверхность валуна, затем спустился в воду, приподнял и перевернул валун осматривая его нижнюю часть. Так же ничего странного не обнаружив, он подождал когда вода просветлела от взболомученного ила и осмотрел скрытые под валуном камни. Проверив всё по нескольку раз и не найдя ничего похожего, на устройство, способное создать портал между разными мирами. Он уложил всё в былой порядок, развернулся и постукивая копьём о камни, твёрдой, решительной походкой вышел на берег. Запихнув копье в чехол на спине и пристегнув шлейфа к наручням, Санчо Витальерро бросил прощальный взгляд на камень, и сильными, резкими рывками, полез наверх.