– Да…Да как же он сдастся? Он же уже и армию собрал идти на вас, – возразил ему улунк.
– Это плохо. Придется вам всем здесь и погибнуть, потому что армию нашу точно не победить, – пожал плечами Орик.
– Да уж, самому страшно стало, когда такое количество увидел, – поддакнул другой мирт.
– Что же делать? – спросил один улунк у другого.
– Ну вы же неглупые ребята. По вам видно. Неужели ничего придумать не сможете? – продолжал давить на них еще один мирт.
– Да что тут придумаешь? – растерялся первый улунк.
– Есть одна мысль. Но решать вам. Мы и так много наболтали. Если узнают в Ведомстве и уничтожить могут за предательство, – сказал Орик.
– Какая? – спросил второй улунк.
– Поговорите с ребятами, расскажите обо всем и выдайте нашему правительству своего Корфа, – как можно небрежнее сказал Орик.
– Ага, вот так просто взять вам и выдать! Да мне кажется, вас самих надо Корфу сдать, и пусть думает, как с вами быть! – сказал первый улунк.
– Ну, и что дальше? Сдашь нас, убьет нас Корф, а потом наша армия как раз к тому времени подойдет и вас всех поубивает. Иди! Сдавай! – сказал другой мирт.
Улунки задумались.
– Нет, парни, чего мы зря с ними время теряем? Хотели как лучше, рисковали, чтобы их предупредить, а они… – сказал третий мирт.
–Нам надо подумать, – сказал второй улунк, и они отошли немного от миртов, о чем-то перешептываясь.
Наконец, улунки вернулись к ним, и последним для них аргументом было, что тогда они станут спасителями своего народа, предупредив смерть целой армии. Дальше оставаться среди улунков было опасно, поэтому Орик вместе с остальными членами команды поднялись в небо.
Как и предполагалось, трусливые улунки выдали своего правителя спецагентам. При этом правитель вертов не мог ничего понять, находился в полной растерянности.
Этим же вечером в большом зале Ведомства собрались правители вертов, миртов, ольши, скузу, криптов и улунков. Правитель миртов познакомил присутствующих с поступками Корфа и предложил каждую из сторон высказаться в этом отношении. Когда очередь дошла до правителя вертов, то он принес свои извинения в адрес правителя миртов. На данной встрече было выдвинуто и единогласно поддержано (кроме правителя улунков – он не голосовал в этот раз) предложение заключить под стражу Корфа и лишить его права правления. А так как улунки остаются без правителя, то считать правителя миртов их правителем. После этого Корф не выдержал и закричал:
– Кто вы такие? Если бы не взяли нас обманом, то не сидеть вам здесь! Я! Я должен быть единым правителем народов! Среди вас нет достойного! Не забудьте, я еще вернусь! Придет время, и вы все будете валяться у меня в ногах и просить прощения и защиты! Помните: придет мое время!
Так Корф был наказан, а улунки безропотно стали подчиняться новому правителю. И теперь в каждом направлении Ведомства следят по мониторам за попытками изменить реальность или вспышками негативного воздействия. Чаще всего это исходит от улунков, которые могут нарушать правила и являться среди людей (они в отличие от миртов на них очень похожи, выделяет их только длинный заостренный нос и отсутствие ушных раковин, хотя слышат они прекрасно). Каждое такое появление всегда отмечается тут же возникающей ссорой или дракой, мучающими кошмарами или просто ни с того ни с чего испорченным настроением. Все эти проявления служат источником отрицательных волн, которыми наслаждаются улунки.
Глава 3
Может, Орик считает это событие 1612 года запоминающимся еще и потому что после этой операции его работу отметили в главном Ведомстве и предложили должность специального агента.
Орик сел за стол. Стул был удобный, мягкий, и хвосту мирта было удобно. Каждый мирт индивидуален. Нельзя найти похожих близко представителей этого народа. И дело не только в характере или поведении, но и во внешних признаках: кто похож на птицу, кто на рыбу, животное или насекомое, но не полностью, а только частями (при этом все имели две руки, две ноги, одну голову). Вот Орику, например, достался большой хвост, похожий на крысиный. Но это ничуть не мешало. Все привыкли к этой необычности и считали ее обычной.
Иногда Орик завидовал людям. Как, наверное, приятно, прийти с работы домой, к родным и близким, рассказать, как прошел день, что нового, порадоваться очередному повышению. У миртов же нет семьи. Все, кто рядом – это и есть семья, они же и друзья, и дальние родственники. Если бы он сейчас сказал это кому-нибудь из людей, то его не поняли, скорей всего (Орик часто представлял, что разговаривает с человеком). Откуда тогда он взялся? А остальные? И если бы он ответил на это, что у них, миртов, это не такой простой процесс, как у людей, то ему в ответ, наверное, усмехнулись.
На самом деле это так. В главном Ведомстве постоянно ведется учет численности миртов. Потому что количество мест в корпусе, количество жилья и рабочих мест в Ведомстве определенное. И если одно из таких мест освобождается, то Главный Комитет принимает решение о принятии нового мирта. А потом с помощью специальной машины (миртовыпускателя, как называют ее среди миртов) они по специальной формуле, которую никто не знает (каждый из представителей Главного Комитета знает только часть длинной формулы, которую они по очереди и вводят в таких случаях в программу машины) создают нового мирта. Эта технология настолько совершенна, что в результате получается мирт, готовый к поступлению в корпус. Но тогда незримый собеседник может спросить: «А как появляются свободные места для новых миртов?». «У нашего народа существует свод правил, с которыми знакомят сразу при поступлении в корпус. За каждую провинность, нарушение правил можно получить наказание. У учащихся корпуса наказания свои, а у служащих немного другие. Например, за невыполненное задание в корпусе учащиеся могли получить до 8 уроков (это значит, что все 8 уроков они будут готовить доклады по невыполненному заданию), а в Ведомстве за невыполненное или неправильно выполненное поручение (хотя такого никогда не было и среди миртов быть не может) может грозить даже уничтожение. Есть и такой вид наказания (это, как раз, и ответ на поставленный вопрос) за особые провинности. Таких всего две: как уже было сказано, невыполненное задание и встреча с людьми (хотя чтобы наказать за последнее, нужны веские неоспоримые доказательства, а иначе вина будет неустановленна). Есть, правда, еще один вариант, когда может появиться свободное место – желание самого мирта. То есть обычно, конечно, мирты достаточно сильный, выносливый народ, не склонный к унынию, но если мирт чувствует, что уже устал от службы и готов уступить свое место новичку, то может подать заявление в Главный Комитет, и те примут решение». Но такое практически не бывает, по крайней мере, Орик не помнил, чтобы кто-то совершал такой поступок.
«Как же вы тогда живете так скучно? Одной работой?» – спросит снова человек. «И да, и нет. У нас иногда бывает свободное время. И мы тоже любим читать книги, играть в спортивные игры, просто общаться с друзьями. Правда, у нас такое время бывает по вечерам, а иногда и только ночам, когда силы остаются только на то, чтобы лечь спать. Но мы не считаем нашу жизнь скучной. Ведь так приятно ощущать свою значимость. Нам нравится наша служба. Каждый из обучающихся в корпусе мечтает о своей первой планерке, первом задании. Мы созданы для этого».
«А почему вам нельзя видеться с нами, людьми?» – спросит опять человек.
Потому что мы совершенно разные. Наше появление в вашем мире вызвало бы, если не переполох и непонимание, то нездоровый и ненужный нам интерес (что еще хуже).
«Что же тогда улунки не боятся появляться среди нас, как ты сам говорил?» – задаст ему хитро вопрос собеседник.
«Улунки внешне очень похожи на вас. Правда, обладают некоторыми способностями и способны воздействовать на вас, но вы этого не заметите. К тому же, как я говорил, они нарушают правила, появляясь среди вас, и несут за это наказание».