— Клинтон, -позвали бармена, -напиток для доктора Форстер.

— Итак, -сказал Бенедетти, придвигаясь ближе и тесня ее огромным, как пивная бочка, животом, — расскажите нам, как вам посчастливилось познакомиться с Махони.

— Это долгая история, -сказал Махони, -и слишком откровенная для ваших нежных ушей.

— Как насчет танца, док?-спросил кто-то. Он повел ее на площадку под звуки «Ла Бамбы» и танцевал до тех пор, пока кто-то другой не оттеснил его плечом.

Полчаса спустя Фил наконец удалось вернуться в бар. Она жадно выпила стакан воды и села, прижимая ладони к пылающим щекам.

— Ладно, ребята, все значит все, -сказал Махони, -Леди нуждается в пище.

Он взял ее за руку и повел сквозь толпу, поминутно останавливаясь, чтобы представить ее своим друзьям.

Столы в буфете ломились от всевозможной морской пищи, от тарелок с лазаньей, гноччи с сыром, павиолями, кабачковой парминьеной, тушеными помидорами, салатами, полдюжиной сортов различного хлеба и бутылок красного вина. Это представляло итальянскую сторону. Ирландия была представлена копченым лососем и галвейскими устрицами, «Колкэнноном» и содовым хлебом, «Гинессом» и «Пэдди». Столы были украшены флагами, трилистниками и розами, и гостеприимству не было предела.

Махони положил в тарелку Фил различные блюда, утащил бутылку вина и повел-ее в тихий уголок.

— Готов поклясться, ты сегодня не ела, -сказал он, отправляя в рот устрицу.

— Да, так и есть, -сказала Фил, немедленно последовав его примеру.

Они жадно ели еще некоторое время, после чего она сообщила:

— Мне понравились твои друзья.

— Да, они хорошие ребята, -сказал он, улыбаясь, -и, думаю, они правы. Какого черта ты делаешь рядом со старой развалиной-полицейским вроде меня?

Их глаза встретились, и она сказала:

— Ну, во-первых, ты не старый. Или, если так, то выходит, что я тоже старая, а я не могу с этим согласиться. Во-вторых, ты вовсе не развалина, Махони. — Она протянула руку и слегка коснулась пальцами его лица.-Ты-звезда отделения.

— Ну да, любой покажется звездой рядом с Бенедетти и его пузом-пивной бочкой.

— И, в-третьих, ты хороший полицейский, Махони, я знаю это.

— Спасибо за комплимент, леди. Их глаза вновь встретились.

— Подожди минутку, -сказал он, встал и пробрался к оркестру.

Когда несколько минут спустя он вернулся, оркестр заиграл «Леди в красном».

— Это-наша песня, -сказал он, подавая ей руку. Свет стал приглушенным, и пары потянулись к центру зала, под огромный зеркальный шар, висевший под потолком. Махони крепче сжал ее в объятиях, и Фил счастливо улыбнулась.

— Ты прав, -прошептала она на ухо ему, -так похоже на школьный выпускной вечер. Я не танцевала медленные танцы вот так с тех самых пор.

— Тогда ты даже не представляешь, чего ты лишила себя, -прошептал он в ответ.

— Твои друзья смотрят, -сказала Фил.

— Давай дадим этим болтливым старым девам тему для сплетен.

Он еще крепче прижал ее к себе. Она откинула голову и посмотрела на него:

— Махони…

— Лучше Фрэнко. В конце концов такой интимный момент…

— Это я как раз и собиралась сказать… Точнее, я как раз думала, насколько права была Мэй Вест, когда сказала: «Это связка ключей у тебя в кармане, или ты просто рад меня видеть?»

Махони высвободил одну руку. Широко ухмыляясь, он вытащил наручники из кармана брюк.

— Извини, что вынужден разочаровать тебя, док. Но если тебе хочется, буду рад сделать все, что могу.

— О, Махони, -со смехом обвивая руками его шею, сказала она.-Я так глупо не веселилась с тех. пор, как… да я и не помню, когда.

— Я тоже, -нежно сказал он, глядя вниз на ее темные волосы. — Говорили ли вам, Филлида Форстер, что вы чертовски привлекательная женщина?

— Как ты узнал мое полное имя?-спросила она.-Я никому не говорила.

— Ты забываешь, что я полицейский. Я привык знать такие вещи, как имена, даты, адреса и телефоны.-Он улыбнулся.-Это написано на твоих водительских правах.

Они еще долго танцевали, пока их не прервал жених, тяжело похлопав Махони по плечу. Фрэнко подхватил невесту, и Фил еще на час потеряла его из виду, пока танцевала с молодыми ирландцами-полицейскими и отплясывала тарантеллу с пожилыми папашами итальянских семейств. Вернувшись в бар, она изрядно повеселилась, слушая шутки и истории, окруженная обожателями. Она так была увлечена всем, что совершенно забыла о Брэде Кейне.

Ближе к полуночи детективы решили перебазироваться к «Ханрану», где было место их постоянных сборищ. Фил явилась туда в сопровождении лучших сынов Сан-Франциско и, идя по бару, поминутно оборачивалась на возгласы и свист:

— Эй, детка, сядь со мной.

— Иди ко мне, милая, ты много теряешь.

— Оставь этого Махони, я все то же делаю гораздо лучше.

— Ясно, -сказала Фил, шутливо склонив голову набок.-Теперь, ребята, я могу вам точно сказать, что вы самое большое сборище похотливых свиней из тех, что я видела в жизни.

Они загомонили и стали протестовать, и она подняла руку, прося тишины:

— Но, -с улыбкой продолжила она, -сегодня вы сделали мне самый большой комплимент, какой только можно сделать женщине. И я хочу сказать вам, что принимаю его.

— Ура, док, -заулыбались они, аплодируя и призывая выпить с ними.

Было уже три часа ночи, когда Махони наконец привез ее домой. Ее голова покоилась на его плече, и она недовольно раздумывала о неудобстве такого положения в «мустанге».

— Ради Бога, Махони, купи себе нормальную машину, -сонно посоветовала она.

— Ты смеешь критиковать мою гордость и источник удовольствия, -сказал он воинственно.

— Да я знаю, в чем твоя гордость и источник удовольствия, -прошептала она.-И не пытайся уверить меня, что это были наручники.

Он, улыбаясь, припарковал машину возле ее дома.

— Я не должен был знакомить тебя с моими буйволами, -сказал он.-Они развратили тебя.

— Может быть, это то, что мне нужно, -сказала Фил, потягиваясь.-Чуточку развращенности.

— Просто так, для остроты, -согласился он.

— Как мускатный орех или розмарин…-сказала она, пока он открывал перед ней дверь. Фил споткнулась и чуть не полетела вперед, выставив руки.

— Может, поможешь?-спросила она, улыбаясь.

Он протянул ей руки и обвил ее талию, пока они шли по ступенькам. Фил повернулась к нему, закрыла глаза и сонно сказала:

— Может, поцелуешь меня на ночь, Махони?

Он засмеялся и долгим поцелуем прижался к ее губам.

— М-м-м, -сказала она, -очень вкусно.

— Давай, провожу тебя в квартиру, док, -сказал он, когда она, зевнув, прижалась к нему.-Это был долгий вечер.

— Да уж, -согласилась Фил и добавила с широкой улыбкой:-И такой веселый. Я давно так хорошо не веселилась.

— Ну, я рад, -сказал он, беря у нее ключи и открывая дверь.

«Порше» Брэда Кейна был припаркован в полквартале от этого места. Он нагнулся вперед, наблюдая за тем, как они вместе входят в дом.

Он вынул сигарету из почти опустевшей пачки «Житана» и прикурил, жадно затягиваясь. Он знал, где ее квартира, и смотрел на окна: свет в конце концов погас, и он застонал от безысходности. Сигарета была яростно потушена. Как часто он видел Ребекку такой ветреной, игривой, и то, как она вела к себе мужчин. Все-таки Фил была слишком похожа на его мать.

Его глаза застыли на одной точке: он смотрел на окно, наклонившись вперед, напряженно ожидая.

Фил скинула туфли и прошла на кухню.

— Кофе?

Махони покачал головой:

— Может, просто стакан воды, док, и в постель? Утром будешь как новорожденная. Она счастливо вздохнула:

— Мне нравится быть такой, как сейчас.

— Ну и хорошо.-Он подошел и чмокнул ее в щеку.-Знаешь что?-серьезно спросил он.

— Что?-Ее глаза светились невинностью.

— Ты и в самом деле очаровательная женщина, — сказал он с улыбкой и направился к двери.

— Спасибо, Махони, -сказала она вслед.-До вечера.

Он помахал рукой и закрыл за собой дверь. Фил, улыбаясь, направилась в ванную, оставляя всюду вещи. А когда она уснула, улыбка все еще была на ее губах. И она не сняла макияж. Такого с ней не было уже долгие годы.