С момента ее ночного приключения прошло уже три дня, и сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих. Разве что утром она не нашла подноса с едой. Вероятно, Говард запретил жене поддерживать бойкот дочери и решил ослабить ее голодом. Он ждал, пока все глупости покинут юную голову, и Малена, устав от укусов разъяренной совести, придет с повинной. Но девушка не собиралась сдаваться, она считала свой мятеж справедливым и, по-прежнему, хотела для себя свободы действий. Она бы никуда не сбежала той ночью, если бы отец не ставил ей заграждений на каждом шагу. Малене доводилось слышать и читать про детей из самых состоятельных и респектабельных семей, которые в один миг начинали вести себя неадекватно. Они ударялись в беспробудное пьянство, связывались с наркотиками и криминалом, и теперь Малена уже не считала их сумасшедшими, и где-то даже могла понять, почему они так поступали.

Как часто она вспоминала слова отца, резкой болью отдавались они в самом сердце: «Ты должна…», «Ты не можешь себе позволить…» – без конца повторял он, будто хотел выгравировать это у нее на лбу. А ведь он не знал и половины всей истории. Говард не знал, что Малена сама забрела в незнакомый район, и что ей угрожали ножом. Она, как могла, смягчила историю с ограблением, поэтому главное, о чем говорил Говард в то утро, касалось вовсе не жизни дочери, а неудобного положения, в которое она его поставила своей выходкой. В этом был весь ее отец. Малена не могла припомнить, чтобы когда-нибудь раньше ей приходилось сомневаться в его любви к ней, теперь же эта мысль не выходила у нее из головы. Она уже не была уверена, что Говард видит в ней живого человека, а не очередной элемент своего глобального бизнес-плана.

Еще чаще воспоминания девушки обращались к человеку, который в отличие от отца, был немногословен, но каждая его фраза прочно засела в мозгу против воли. Ее щеки заливались краской, когда она прокручивала их с Ником разговор слово за словом. Малена вела себя нелепо и испытывала огромный стыд задним числом. И в то же время, было в этих воспоминаниях что-то особенное, прекрасное. Ей еще никогда не встречались такие загадочные люди. Она действительно пережила приключение, хотя и очень опасное. Малене повезло, что она осталась жива и здорова. Но так как все закончилось хорошо, значение опасности постепенно снижалось в ее сознании. Осталось лишь бодрящее чувство азарта и щекочущие ощущения в животе, когда она вспоминала прикосновения парня и его запах.

Сидящая на полу, Малена вздрогнула. Причиной был неожиданно громкий телефонный звонок, раздавшийся в гостиной. Проходило время, а телефон все не умолкал. Неужели родители куда-то ушли? Нехотя, девушка поплелась к двери и осторожно отворила ее. В номере действительно было тихо, и она могла бы заметить это раньше, если бы не была погружена в свои невеселые мысли. Телефон все верещал, призывая постояльцев обратить на него внимание, но Малена не собиралась отвечать.

Она была уже на полпути к спальне, когда желудок сжался от сильнейшей боли и громко заурчал. Нельзя упускать момент, нужно попытаться раздобыть еды, иначе в скором времени придется сдать свои позиции.

Малена бегом устремилась к телефону и рывком сняла трубку, в надежде, что на другом конце провода будет портье.

– Да, – ответила она.

–Мисс Беннингтон? – спросил учтивый голос, и обрадованная Малена принялась придумывать, что бы заказать из еды.

– Да, это я, – на автомате ответила она, представляя ароматный кофе и горячие булочки.

– Извините за беспокойство, вам только что передали посылку. Доставить ее в номер сейчас?

Все еще думая о еде, Малена едва сообразила, что пытается сказать портье.

– П-посылку? – подавившись слюной, спросила она.

– Да, мисс Беннингтон, – ответили ей терпеливо.

– Кто ее передал?

–Один молодой человек, он не представился. Сказал, что это подарок.

Сердце Малены учащенно забилось:

– Когда? Когда это было?

– Только что. Я сразу позвонил вам. Так ее доставить сейчас?

Девушка судорожно размышляла, наконец, выкрикнула:

– Нет, стойте! Я сама спущусь.

Малена так быстро бежала по лестнице, что еще чуть-чуть, и она могла бы сломать себе шею. Но сейчас самым главным было догнать его. Зачем? Она и сама не знала. Острое желание встретиться с ним и поговорить дало ей крылья. Да, она не сомневалась, что посылку доставил Ник – это было в его стиле появляться из ниоткуда в самый подходящий момент.

– Где он? – задыхаясь, спросила она у портье.

– Ушел пять минут назад. Вот он вам пе…

Но Малена уже не слушала его. Выбежав на улицу, девушка лихорадочно оглядывалась по сторонам, выискивая желанный силуэт. Почти отчаявшись, она, наконец, заметила Ника возле дороги. Сегодня он был одет во все черное и почти сливался с таким же черным блестящим мотоциклом, который пытался завести.

– Привет! – крикнула она, приближаясь к нему.

Молодой человек резко обернулся, едва не выронив шлем, и недовольная гримаса искривила его лицо. Малену смутила его реакция, но она не подала виду.

– Почему ты бежишь? – спросила она.

– Я не бегу, а тороплюсь.

– Ты оставил мне посылку? Что там? Мне сказали, что это подарок…

– Обычно, чтобы это выяснить, коробки открывают.

– Предпочитаю более оригинальные способы, – сказала она.

Ник вопросительно поднял бровь.

– Отлавливать Санта-Клаусов и выпытывать у них, – пояснила Малена.

– Готический из меня получился бы Санта-Клаус, – серьезно сказал молодой человек и тут же рассмеялся. – Чем будешь пытать?

– Цитаты из бразильских сериалов подойдут?

Ник закатил глаза:

– Вполне. Я уже трепещу и молю о пощаде.

– Что в коробке? – снова спросила она.

– Так, безделушки, – отмахнулся он. – Но, мне кажется, они принадлежали тебе.

Малена вытаращила глаза:

– Ты нашел мои драгоценности?!

– Ну, я бы избегал этого термина по отношению к женским побрякушкам, – сказал Ник небрежно.

– Но как..? И как ты узнал, в каком я отеле?

Молодой человек пожал плечами.

– Это было несложно.

Малена недоверчиво посмотрела на него.

– А найти грабителя? Видимо тоже?

– Даже легче! – его губы расползлись в улыбке, и Малена почувствовала слабость в ногах.

– Как мне отблагодарить тебя? – спросила она дрогнувшим голосом.

Ник отвел взгляд, и сделал вид, что изучает глянцевую поверхность шлема.

–Просто забудь, что когда-то встречала меня.

Она так и застыла на месте.

– Почему?

– Ты всегда задаешь так много вопросов? Честное слово, это уже начинает утомлять, – шутливо проворчал Ник.

Но Малене было не до шуток.

– Разве я не имею права знать?

Его брови тут же нахмурились.

–Нет, ну что ты! – с сарказмом ответил Ник. – Ты на все имеешь право, ведь так тебя учил отец? Вам, богачам, все можно.

– Зачем ты так говоришь? Я вовсе не это имела в виду… Ты ведь даже не знаешь мою семью!

– К счастью, – его голос звучал глухо, – хотя с тобой уже познакомился.

Гнев потек по венам. А ведь еще минуту назад она была так рада увидеть его!

– И я тебе показалась избалованной богачкой?! – спросила Малена заносчиво.

– Это неважно, кем ты мне показалась. Главное – ты дочь Говарда Беннингтона, и должна держаться от меня подальше.

Подобная осведомленность молодого человека пугала, но, в конце концов, разве не был отец крупной фигурой в бизнесе, известной даже здесь, в Чикаго?

– Я не понимаю… – почти шепотом сказала она. – В прошлый раз ты был со мной совсем другим.

Ник молчал, по-прежнему, упрямо отводя взгляд. Наконец, чуть повернул голову и сухо бросил:

– Иди, здесь холодно.

На улице и правда заметно похолодало. Малена, одетая в легкое домашнее платье, даже не подумала накинуть на себя что-нибудь потеплее – слишком торопилась.

Ее губы предательски дрогнули в улыбке:

– Боишься, что я простужусь?

– Нет, – отрезал он. – Боюсь, что ты захочешь погреться со мной.