Ву издал тяжёлый вздох.
— Нет учителя лучше, чем настоящая боевая практика.
— Правда так считаешь? Что ж... Хорошо. Приходи в ангар ночью. Один. Они всё равно ничего не смогут тебе сделать, но так, заказчик расскажет детали.
Она говорила с придыханиями. Её голос звучал искушено, тяжело и томно одновременно.
— И это не значит, что я тебя простил.
— Да-да, я тебя поняла, до связи!
Сбросила. Линь ещё некоторое время сидел на стуле, обдумывая собственный поступок. Всё что он делал в процессе этого — смотрел на дерево за окном, напоминающее ему о прошлом. Так или иначе, у него наконец-то появилось дело, благодаря чему он сможет стать хотя-бы чуточку сильнее, а там, маленькими шашками, он уже окончательно будет способен перемениться.
Он умылся холодной водой, чтобы собраться с мыслями, затем проверил, всё ли лежит на своих местах, развернулся и вышел через окно — так или иначе, это первый этаж. Будучи одетым в накидку, наперевес он взял всё тот же деревянный меч и направился на место встречи, чтобы познакомиться с заказчиком очередного грязного дельца.
ГЛАВА 10 — Это ради нашего будущего
Ли напряжённо смотрел на три лунных пряника. Если съесть все, то можно с высокой точностью сказать, желудок разочаруется подобным сочетанием вкусов!
— Мистер Шу, давайте поспорим!
Дедушка, похоже, нашёл слабое место паренька. Он просто не переносит что-то из трех: острое, сладкое или солёное. Только директор знал, что в третьем прянике нет ничего опасного или необычного. А всё потому что, сделаны пряники по его инициативе.
— Хо-хо, на что же хочешь поспорить?
«Оказывается этот старик довольно рисковый. Если он так легко согласился на споры, наверняка имеет огромный опыт в различных играх…», — Лефу задумался о том, что же ответить опытному собеседнику.
— Если я выиграю спор, то съем только один пряник. Ай выберет случайный из оставшихся двух, а Вы последний! Три пряника это перебор мучного для меня, а я, понимаете, слежу за фигурой и питанием, — высказался парень.
Полная ложь. Ли никогда не следил за собственной фигурой, а уж тем более, использовал какие-то диеты. Единственное, чем он занимался в свободное время, это изучение различных боевых искусств (путём просмотра сотни фильмов и недолгих посещений особых секций), а также походы в тренажерный зал и сама учёба. На неправильное питание ему всегда не хватало лишних средств. Так он вырос и это уже не изменить.
— Ли, чего ты пытаешься добиться? — Ай пододвинулась и кротко спросила на ушко.
«Помниться мне… Она как-то подшутила, называя меня…»
— Дорогая, это ради нашего будущего!
— А? — девушка немного засмущалась от фразы, явно надумав себе лишнего.
— Так что скажете Директор Минь?
Старик всё это время сидит и пристально смотрит на парочку. Услышав очередное обращение, он раздосадовался. Улыбка с лица сошла, глаза потухли.
— Ли… Послушай. Как я просил меня называть?
— Дедушка Шу?
— Так и зови, когда мы практически наедине. Статус для меня не главное. Куда важнее сила.
«Какая-то странная близость. Даже прошли мурашки по коже. Этот дед точно нормальный?», — парня перекосило от такой открытости. Ему казалось, что они ещё не настолько близки, а учитывая разницу в несколько поколений, комфорт уходит на нет.
— Дедушка! Дай сначала кое-что рассказать Ли!
— Да, конечно, моя дорогая внучка. Мне некуда торопиться. Только помните, что еда стынет.
Таинственный слуга начал приносить и другие блюда, которые явно подкупали быстрее закончить болтать и скорее приступить к делу. Однако об этом думал только Леф.
— Мне нужно немного рассказать о моей семье и моих родственниках.
— Серьёзно, прямо сейчас?! Тут даже утку принесли, а я могу то и дело что смотреть на неё!
В этот раз Ай Минь не говорила шепотом, позволяя своему дедушке полностью услышать, о чём идёт речь в разговоре. Шу же, услышав возмущения торопливого юноши, лишь ухмыльнулся, думая о том, насколько он юн. Это можно списать на старческую ностальгию.
— Дедушка, мы можем начать есть? Пряники это же всё равно закуска, она никуда от меня не убежит.
Шу прочесал подборок, но после дал согласие, махнув головой. Это не похоже на его обычное поведение. Ведь ответ даже и единого слова не включал.
«Так он и кратким может быть? Наверное, задумался о чём-то».
Ли начал потихоньку уплетать мясо вместе с жареными баклажанами, выбрав в качестве гарнира лапшу. Айминь взяла такое же сочетание блюд. Дед ел только мясо. Половина иной еды, осталась полностью без внимания.
— Так вот… Ли, ты меня слушаешь?
— Конечно, слушаю. Что ты хотела рассказать, Ай?
Выдыхая, она продолжила:
— Как ты понимаешь, наш род имеет достаточно богатую историю.
— Да-да. Я слышал подобное от твоего дедушки.
Ли не сильно заинтересован в долгих рассказах и нравоучениях. Можно сказать, что за свою жизнь он устал от подобного.
— От семьи Минь не осталось почти ничего. Я — единственная в этом поколении, а с родом меня связывает лишь покойная матушка. Изначально дедушка воевал с отцом, и это привело к печальному исходу. Наверное… Мировоззрение сильно поменялось после того как осталась только я.
— Вот как.
«Я думал, он станет ещё строже по отношению к оставшейся родственнице… Что-то во всём это не так, но как спросить даже?», — Лефу пытается рассудить логически, но упирается в несостыковки.
— Есть личный вопрос. На него можете не отвечать, если хотите. Ко мне какое-то особое отношение или что? — бестактно спросил парень. Он не понимает, почему с ним так открыты, хотя всё достаточно очевидно.
«В зависимости от его ответа наши реалии могут пошатнуться»
Дедушка некоторое время молчал, проверяя, додумывалась ли об этом его собственная внучка. Но, судя по выражению лица, она совсем не понимала происходящего.
— Ай Минь… Понимаешь, внучка и без того прожила в четырёх стенах почти всю жизнь. Она даже и не подозревала, что нарушены отношения с её отцом, и мы буквально дрались за собственные убеждения. Проблема не только в этом. Она почти его не видела по той же причине. А моя дочь… Занималась нашими бесконечными разборками и это её погубило.
Странно, но дед выдаёт все скрытые карты. При этом явно эмоционально сдерживается. Можно заметить, как он прекратил есть первоклассное мясо и пить свой любимый чай Улун (производящийся в Китае чай, который сочетает в себе свойства, как зелёного, так и красного), прочёсывая руки, словно там какая-то невидимая сыпь, не дающая покоя.