– Можешь меня называть не так официально. Зови меня просто Кана, – его лицо было в тридцати сантиметрах от моего, поэтому я перевела взгляд на его кулон, который так же нависал надо мной. – Как тебя звать?
– Я Пэврен. Друзья зовут меня просто Пэв, для тебя как угодно, – он опять улыбался и внимательно, как бы изучающе, смотрел мне в глаза.
– Скажи мне, что это за кулон? – в нём были аметисты, а посередине находилась морская раковина из жемчуга. Я дотронулась до этого кулона и начала вертеть его в пальцах.
– Я являюсь послом королевской семьи Амефистии. Это мой отличительный знак – уменьшенная копия королевской короны принцессы престола.
Пэврен наконец сел рядом со мной, любуясь то на закат, то на меня своими хитрыми, но при этом задорными тёмно-лазурными глазами. По его плечам рассыпались тонкие лазурно-синие волосы, часть которых была завязана в высокий пучок, из которого выбивались и спадали на лицо пару длинных прядей. У Пэврена была точно такая же серая кожа, как и у меня, но чуть светлее. Губы в основном смыкались в постоянной ухмылке, поэтому казалось, что он постоянно улыбается. В профиле очень сильно выступали скулы и острый подбородок, который он любил подпирать кулаком. Его глаза были узкими и вытянутыми, и казалось, что он всегда прищуривается, заглядывая тебе прямо в душу, переворачивает все твои мысли, угадывает все движения. Точно такие же глаза были и у меня, и я часто заостряла на этом большое внимание.
– Ты когда-нибудь видел принцессу? – я тоже уселась на траву и оперлась на землю одной рукой.
– Да.
– И какая она? Красивая? – я улыбалась и смотрела на Пэврена.
– Я видел её совсем малышкой, – рассмеялся Пэв, – но она и тогда уже была красавицей. Очень очаровательной миледи. У неё были насыщенно фиолетовые волосы, прямо как твои, и такие же тёмно-синие глаза, – он посмотрел на меня и лучезарно улыбнулся. – Когда я увидел тебя в зале, я уж подумал, что к нам заявилась сама принцесса!
– Да ну тебя! – я подумала, что он шутит, и нахмурилась.
– Нет, я серьёзно! – он рассмеялся. – Ни капли иронии!
– Но ты же должен помнить её имя! – я прищурилась.
– Её уже давно нет с нами, – Пэв нахмурился и опустил голову. – Никто не знает, где она и что с ней. Её звали Канри´н.
– Красивое имя… – завороженно сказала я. – Я не помню своих родителей, – тут уже я начала свой рассказ о детстве. Он внимательно слушал и задавал вопросы. Мы смеялись. Пэв то и дело шутил. Иногда он смотрел на меня с восторгом. После истории о победе над морским драконом он назвал меня «героем», из-за чего я очень раскраснелась и отвернулась, чтобы не показывать свои эмоции. Он очень мило улыбался, а смеялся так, будто живёт последний день. Он был очень искренен со мной, не скрывал ни одной эмоции, которую испытывал здесь и сейчас, находясь рядом со мной. – Расскажи, что было, когда ты только появился из пиона. Что ты чувствовал, что делал? Да и как Даромир нашёл тебя и всех остальных? – я с любопытством уставилась на него.
– Ох, Кана, это было так давно… – он опять рассмеялся. – Ну что ж, я родился из огромного пиона, а не из женщины, и это немного удручает, – он развёл руками.
– Почему же? – не понимала я, тихонько посмеиваясь.
– Ты чувствуешь себя иначе. Ты не такой, как все. Нас всего-то двенадцать человек! Я бродил, не понимая, кто я и где я, да и зачем я вообще нужен. Ну и тут включился инстинкт охотника: я начал добывать пищу, научился разжигать огонь, готовить еду на открытом огне, строить. Потихоньку начал выявлять в себе магические способности, научился их контролировать, развивал в себе силы. Затем я нашёл ещё пару людей, которые тоже не понимали сущность своего существования. С ними мы создали небольшую гильдию и назвали её «Амефист», что созвучно с королевством Амефистия. Сейчас эта гильдия всё ещё существует; она помогает другим магам найти в себе силы. Ну и, конечно, я тоже являюсь активным участником этой гильдии, ведь я её создатель! – весело заключил Пэв.
– Интересно, – тихо вымолвила я. – А я смогу вступить в эту гильдию? Хочу тоже помогать другим магам.
– Ты сначала себе помоги, – засмеялся он. – Да и сначала защити мир от хаоса, ты же этого хотела?
– Ну это само собой, а потом…
– Вот потом и поговорим об этом, герой! – улыбнулся он. – Я не закончил, – напомнил он. – Затем на наших землях появился какой-то рыжеволосый мужчина. Ну, мы поговорили и выяснили, кто я такой, что есть такие же, как и я. Старейшина объяснил, что я бессмертен и должен стать великим магом, но для этого нужна была тренировка и обучение. Поэтому он собирал всех перворождённых людей в одном месте – в академии Феникса. Кто-то называет её просто академией магии. Она была создана Даромиром в целях обучения нас магией и приобретения силы, чтобы мы стали Верховными магами.
– Почему тогда академия Феникса?
– Феникс – бессмертная птица. Она постоянно возрождается из собственного пепла, праха. Как и мы.
– Вас действительно невозможно убить, как об этом написано в «Истории Асиллии»?
– Не знаю, – пожал плечами Пэв. – Мы можем получить серьёзные увечья, но не умираем. Обычно мы работаем сообща, поэтому нас всегда может спасти Офри или Лилея; это мистик и эйра, они обладают даром воскрешения и лечения. Офри, кстати, и будет наставником для твоей светлой подружки. Кстати говоря, был один случай, когда одного мага из Совета убили, но мы так и не поняли как. Это был шаман, они вообще достаточно слабы, но неплохо обладают навыками целительства. Однако лечат они только своих сородичей, то есть амфибий. Шаманы могут исцелять только с помощью воды. Вместо убитого шамана пришла в Совет младшая сестра оборотня – Тали. Вот так вот. Я тебя уже загрузил, – Пэврен улыбался.
– Нет! Мне действительно очень интересно! Продолжай!
– Ну, рассказывать особо больше нечего. Я обучался около пяти лет с другими магами из ВЕСОМы. Затем в течение ещё пяти лет оттачивал свои навыки в разных заданиях: обезвредить, найти, спасти и так далее.
– Сколько ты уже прожил?
– Ты действительно хочешь это знать? – усмехнулся Пэврен. Я кивнула. – Мне 114 лет, – он выжидающе посмотрел на меня.
– Что!? – я была в шоке. – Как ты остаёшься таким молодым!?
– Мы задержались в возрасте тридцати трёх лет. Даромиру и Ассилии столько же, они тоже бессмертны. И с каждым годом я становлюсь всё старее и старее, но это только по возрасту. Внешне я всё тот же, да и сил во мне столько, хоть отбавляй, – Пэврен встал и подал мне руку. – Давай будем возвращаться, герой, а то уже темнеет! А у тебя, между прочим, завтра очень ответственная тренировка, – он лукаво улыбнулся, – со мной.
– Вот и посмотрим, как завтра я тебе хорошенько напинаю, – съехидничала я. – Я с пятнадцати лет обучалась боевым искусствам, так что я не слабое звено.
– Вот и посмотрим завтра, кто кого уделает, – улыбнулся он.
– Пэврен, а скажи, тебе не скучно было жить столько лет? Вечность, должно быть, немного угнетает, – мы шли вдоль тёмной аллеи, которая вела к боковой арке Вервейна.
– Ничуть. У меня была насыщенная жизнь, полная приключений. Единственное, что удручает, – это терять близких людей, видеть их страдания, смерть… – он погрустнел, но вмиг приободрился. – Зато я повстречал много замечательных людей, побывал в наикрасивейших местах, пробовал вкуснейшую еду, веселился на различных праздниках и фестивалях, спасал миллионы людей: детей, стариков, красоток, – он опять подмигнул мне.
– Пэв, прекрати это делать! – улыбнулась я. – Если ты не прекратишь, то я однажды ударю тебя в тот самый глаз, который постоянно мне подмигивает.
– Ну, Кана! – он рассмеялся. – Зато ты теперь смеёшься! На тебя хоть посмотреть не страшно.
Тут я уже не выдержала, а Пэврен, видимо, понял, что пора уносить ноги, и убежал вперёд, задорно заливаясь смехом. Я погналась за ним, желая догнать его и немножко побить, чтобы знал, как нужно разговаривать с девушками. Совсем скоро мы оказались на главное площади у дворца. Только сейчас я заметила около него телепорт, из которого прибывали люди.