В Украине бытовал обычай записывать на сволоке время построения дома, имя хозяина, девиз, любимый текст из Библии или серьезное событие на память потомкам70. Надписи делали и на дверных косяках – например, у Хмельницкого в Субботове было написано: «Бог нам прибежище и сила». Чаще всего на сволоках был вырезан крест. Изготавливали сволок чаще всего из дуба – распространенного и самого надежного строительного материала на Украине. Но у Галагана был липовый сволок.
Сволоки бывали причиной и вовсе не мифических несчастий. В сочетании с низкими косяками, высоким дверным порогом, они представляли серьезную опасность. Гетман Многогрешный однажды так ударился о косяк двери, что чуть не ушибся насмерть71.
В домах встречалась различная планировка. Например, в доме П. Полуботка было пять «палат». Гетманские дома (например, в Чигирине) обычно разделялись на хозяйскую и служебную половины. В первой были светлица – спальня гетмана со смежными комнатами, во второй – канцелярские помещения72. Деление на две части (левой и правой) было в большинстве домов украинской знати73. Такая планировка была связана с тем, что дома старши́ны выполняли и личную, и служебную функции. Например, полковые дела разбирались в домах полковников. Что касается судов, то только криминальные дела решались в ратуше совместно с магистратскими урядниками, а остальные – рассматривались прямо в домах судей (генеральных и полковых)74.
Главной комнатой богатого дома была светлица, или зала. По площади они могли достигать 70 м2. Часто центральная комната являлась одновременно и спальней хозяина. Например, у Б. Хмельницкого в Чигирине кровать стояла в той же комнате, где он принимал гостей75. Когда И. Выговский встречал польского посланника К. Перететковича в Чигирине «в его комнате», там находилась и кровать («и, севши на кровать, он заплакал»)76. По воспоминаниям Орлика, Мазепа имел привычку лежать в постели, когда слушал чтение писем77.
Украшением залы служили штукатурные лепнины, многоцветные росписи и печки большого размера. Помимо голландских, имелось и собственное украинское производство изразцов – с рельефным орнаментом или одноцветной окраской (чаще всего – зеленой). Встречался белый кафель с цветной майоликой. У Полуботка в доме были и кафельные, и глазурованные печи. В генеральной канцелярии в Глухове имелась печь с разноцветным кафелем78. Известно, что изразцы вручную расписывали мастера. Встречались изразцы с растениями и животными. Например, на кафеле у Б. Хмельницкого были изображены конные казаки, а также геометрический и цветочный орнамент79. В Чигирине при раскопках был обнаружен кафель с вензелями гетмана Ивана Выговского80. В имении И. Мазепы в Гончаривке печи украшал кафель с изображением герба Мазепы. Можно также вспомнить печь с гербом рода Галаганов81.
На Украине изготавливали не только кафель, но и другие строительные материалы, а также элементы отделки. Так, в Батурине изготавливали кирпич, изразцы, черепицу, оконное стекло. Работали цеха или артели маляров, плотников, резцов, фортификаторов, архитекторов, печников, маляров82.
Полы в домах были вымощены кирпичом. Иногда в сенях пол покрывали досками. У Мазепы в Гончаривке полы были из фигурного терракота и глазурной керамики голубого, зеленого и красного цветов.
На стенах комнат висели портреты, ковры, оружие, зеркала. Обязательным предметом были иконы – иногда целые иконостасы, часто в золоченых серебряных окладах, с лампадами и золочеными киотами, а также с рушниками83. Самыми распространенными были иконы с изображением Спаса, Богородицы, св. Николая84. Образа ссыльная старши́на брала с собой даже в Сибирь85.
Нередко в красном углу висел и крест, представлявший собой настоящее произведение искусств: крест деревянный резной, «в слюде вправлен золотом, да на том же кресте с обе стороны в оправе 26 камушков алмазных, 57 камушков искор яхонтовых красных, да 20 зерен мелкого жемчугу»86. Известно, что И. Мазепа, когда клялся Орлику в чистоте своих помыслов, использовал имевшийся в доме «крест с животворящим деревом»87. Кочубеи – Василий и Любовь, перед написанием доноса на Мазепу тоже целовали «благословящий крест», принесенный из дома88. В других случаях гетманы и старши́на клялись, «взирая на образ Спасов перекрестя лице свое»89.
В столовой гетманского дома в Глухове стены были обиты синим сукном90. У Полуботка стены в одной комнате по окошко были обиты васильковым сукном, в другой – зеленым91. В доме Галагана стены были выполнены из тщательно выструганных широких липовых брусьев, плотно сбитых между собой92.
Чаще всего для тепла и уюта на стены вешали ковры. Например, у П. Полуботка висели ковры «черкасской работы»93. У И. Самойловича были килимы волосские94. В приданное его дочери входило «десять килимов турских, десять средних ковров не самоотборных, ковер здешнего дела»95.
Изготовление ковров было широко распространено и в самой Украине. В XVI в. килимы изготовляли на Волыни. В XVII в. существовали фабрики килимов в Бродах и Сохачеве. Может быть, именно о них говорится в описи Самойловича: ковер литовского дела96.
В Приднепровье наиболее популярной была техника двухсторонних, безворсовых ковров, части которых изготовлялись раздельно, а затем объединялись общей основой. Самыми распространенными на таких коврах были цветочные или геометрические орнаменты. У Полуботка в имении имелись две мастерские, в которых изготовляли ковры97, поэтому в сундуках его дома встречаем два ковра, «начатых делать»98. Часто килимы использовали для перевозки дорогих материй, «в которых сукна и материи увиваются»99.
Сохранившиеся до наших дней килимы М. Галагана, И. Мазепы, П. Полуботка и др. дают яркое представление о коврах той эпохи. Обычно доминантой в их рисунке становились деревья жизни, «райское дерево», украшенные листьями, цветами, птицами. В килиме переплетались разноцветные нити: черная, бело-серая, песчано-золотистая, изумрудная, сине-голубая100. Так, в склепе Д. Апостола находился килим «на желтом фоне изображены крупные цветы, розовой и белой краски»101.
Помимо местных ковров, в домах старшины часто встречались великолепные восточные ковры, назначение которым было различное. Так килимы часто клали на столы. Например, круглый стол с ящиками в доме П. Полуботка украшал пестрый ковер (прямо как на известном портрете Черниговского полковника В. Дунина-Борковского, который изображен стоящим возле стола, покрытого роскошным восточным килимом)102. Другой восточный килим изображен на портрете епископа Дмитрия Ростовского (Туптало), происходившего из казацкого рода. В вещах И. Мазепы имелся «ковер турецкой столовой бархатной золотной, подложен тафтою полосатою»103. В начале ХХ века еще сохранялся килим Павла Полуботка с его родовым гербом104. В частной коллекции в США до сих пор имеется килим с гербом И. Мазепы105.
