– Ха! Наш пострел уже поспел!
– Папа, но он же не пострел! – возразила Даша. – Он очень воспитанный и вежливый кот! И очень хороший! Хотя любит приврать…
– Ну, да, ну да!.. Это у него не отнимешь. – усмехнулся папа. – Интересно, почему он появился прямо сейчас? Что бы это значило?
– Это ты меня спрашиваешь?
– Нет, это я думаю вслух… Если не секрет, Даша, о чём вы с ним говорили?
– Ну, он мне показал Избушку на курьих ножках, пообещал, что скоро я познакомлюсь с бабушкой… э… Синой, мы с ним обменялись именами дружбы…
– Здорово!..
– ..и ещё он мне объяснил про «здесь» и «там».
– О! Вот как!..
Папа глубоко задумался, покусывая нижнюю губу.
– Папа! – спохватилась Даша. – А почему ты не удивляешься?!
– Чему я должен удивляться?
– Ну, говорящему коту, Избушке на курьих ножках, Дремучему лесу!
– Видишь ли, Дарья, с Ерофеем я познакомился ещё в свой первый приезд в Андреевку. И с Аксиньей Григорьевной тоже.
– А! Вот почему ты тогда приехал такой таинственный!
– Что, это было так заметно?
– Ага!.. Значит, ты и в Дремучем лесу уже был? И в Избушке на курьих ножках?..
– В Дремучем лесу был. В Избушке – нет.
– Тебя в лес тоже Ерофей перенёс?
– Нет, Даша. В Дремучий лес я попал другим способом.
– А, ну да! Ты же не подходишь по габаритам! – вспомнила Даша.
– По габаритам? – удивился папа.
– Ребята! Вы почему застряли у ворот? – позвала мама. – Что-то случилось?
– Всё нормально! – громко сказал в ответ папа. – Мы уже едем!
И, обращаясь к Даше, продолжил:
– Так, пошли, быстро! Не будем волновать маму!
И папа решительно повёл свой велосипед за калитку.
Даша со вздохом последовала со своим велосипедом за ним.
На улице, аккуратно закрыв калитку, папа вдруг наклонился к Даше и сказал:
– Даша, я понимаю, что тебя сейчас переполняют вопросы!..
– Целая куча!.. – воскликнула Даша.
– Потому что Ерофей – большой хитрец, и появился сегодня совсем не случайно!..
Папа замолчал, загадочно улыбаясь.
– Я слушаю, папа! – воскликнула Даша, сгорая от любопытства.
А папа сделался серьёзным и заявил:
– Даша, ты обязательно получишь самые полные ответы на все эти вопросы. Но!
Папа многозначительно поднял палец:
– Какое очень важное слово сказал тебе Ерофей? Ну, когда ты начала задавать свои вопросы ему? Я не присутствовал при вашей беседе, но нисколько не сомневаюсь, что он его тебе сказал! Какое слово?
– Не помню!.. – недовольно буркнула Даша, хотя уже вспомнила, конечно.
– Да ну? – не поверил папа, сверля Дашу взглядом.
Даша немного помолчала, глубоко вздохнула и ответила:
– Я спросила Ерофея, как мне самой попасть в Дремучий лес, а он ответил – постепенно! Это слово ты имеешь в виду, да?..
– Именно! – заявил папа, махнув своим пальцем торжественно.
Он опустил руку и продолжал, глядя на Дашу не просто серьёзно, а даже как будто сурово:
– Всё должно – и будет! – происходить постепенно. Это – самый правильный путь.
– Ну, допустим!.. – пробормотала Даша.
– И даже примем за данность! – заявил папа, снова делаясь весёлым и загадочным.
Даша вздохнула.
В такие моменты она испытывала к папе смешанные чувства – очень его любила, и в то же время очень на него сердилась!
– А всё-таки здорово, что мы решили поехать на велосипедах, правда, Дашуля? – продолжал папа, решительно меняя тему. – С машиной столько возни! А велосипед – это так просто. Сел – и вперёд! Тем более, нам тут совсем недалеко! За мной!
Он весело подмигнул сердитой дочери, и, оседлав свой велосипед, неторопливо поехал вперёд.
Даша покатила за ним по дорожке, покрытой составом, похожим на крупнозернистую плотную резину. Дорожка довольно круто уходила вверх.
– Это новый вид покрытия! – объяснил на ходу папа. – Всесезонный, всепогодный. Экспериментальный!
– Понятно… – пропыхтела в ответ Даша, с некоторым трудом нажимая на педали, потому что дорога поднималась вверх всё круче. Каждый новый метр давался Даше всё тяжелее.
Навстречу им попадались автомобили и пешеходы, которые улыбались и махали руками, но Даша им в ответ улыбалась через силу.
– Если тебе трудно ехать, можем подняться наверх пешком! – предложил папа.
– Нет, я доеду!
– Молодец! Ещё немного, ещё чуть-чуть!
Действительно, в тот самый момент, когда Дашины ноги, в особенности коленки, уже гудели от напряжения, они поднялись на самую верхнюю точку Андреевки. Тут находилась главная местная площадь, с которой открывался потрясающий вид на всё село и его окрестности.
– Вот теперь мы остановимся, передохнём и полюбуемся здешними пейзажами! – жизнерадостно провозгласил папа.
Как только они поставили велосипеды на подножки, из-за большого пушистого облака выглянуло солнце и радостно озарило всю окружающую природу, Андреевку и папу с Дашей.
– Как краси-иво! – восхищённо протянула Даша, одновременно очень радуясь тому, что боль в её ногах постепенно утихает.
Вместе с болью куда-то исчезла и вся Дашина сердитость.
– Потрясающе красиво! – кивнул папа. – Ну, для начала я тебе расскажу историю о том, как появилось это село и его название!
Даша навострила ушки.
– Итак, триста лет назад в этих краях появились переселенцы, которые искали наилучшее место для нового жительства. – начал папа. – И вот они увидели два больших пологих холма, один повыше, другой чуть пониже, и весёлую быструю речку, которая текла между этими холмами, скрываясь затем за густой дубравой.
А вокруг этих холмов, куда ни глянь, вольно тянулись просторные луга, на которых там и сям росли одинокие дубы, тополя и небольшие дубовые и тополиные рощицы.
Предводителя переселенцев звали Андрей, так что новое поселение, недолго думая, его товарищи назвали Андреевкой.
– Ну а речку как назовём? – спросил кто-то из них.
И ему тут же ответила пролетавшая мимо птица, пронзительно крикнувшая:
– Айяя! Айяя!
– Вот и ответ! – засмеялись первопроходцы.
– А как мы назовём холмы? – спросил кто-то ещё.
– Да очень просто! Больший и Меньший! – ответил предводитель.
Папа перевёл взгляд на Дашу, и закончил:
– То есть выходит, что они даже ничего особо не придумывали. Им все названия подсказала жизнь!
– Да здравствует жизнь! – воскликнула Даша, раскидывая руки, как будто она хотела обнять всю Андреевку.
– Да здравствует! – поддержал её папа. – Кстати, смотри как за триста лет разрослось село!
– Ага. Кругом дома, дома, дома! Только у самой реки их нет.
– Это потому, что весной Ая озорничает. – объяснил папа. – Разливается и даже иногда подтапливает ближайшие к ней сады и огороды.
– Ого! – воскликнула Даша.
И они вместе с папой принялись любоваться Андреевкой.
Её улицы очень красиво спускались по склонам Большего и Меньшего холма к Ае. Здесь их соединяли между собой целых четыре моста. Один мост предназначался только для пешеходов, а три остальных были смешанные – для пешеходов и повозок. Ну, то есть для автомобилей.
Все мосты были старинного вида, с опорами из тёмно-красного кирпича и литыми чугунными ограждениями, и при том выглядели как новенькие.
Большинство домов в Андреевке, даже самые старые, тоже выглядели очень неплохо. В основном это были деревянные бревенчатые строения, на высоких фундаментах из дикого камня, а также кирпичные, с высокими стенами и сводчатыми окнами, как строили и строят русские мастера.
Только кое-где на разных улицах Андреевки ещё оставались участки с заросшими садами и стенами брошенных домов без окон и крыш. Впрочем, на нескольких из них уже трудились рабочие, устанавливая новые стропила и кровлю.
«А когда рабочие отремонтируют эти дома, они займутся остальными!» – поняла Даша. – «Постепенно!..»
Произнеся про себя это слово, Даша быстро опустила глаза. Чтобы папа вдруг не услышал её мысли!..
Но папа, тоже наблюдая за строителями, продолжал: