Нахватавшаяся самых разных впечатлений за день, Нонна объявила, что быстренько примет душ и спать, а я тупо уселся в своё кресло за столом рабочего кабинета. Чисто ради успокоения нервов открывая планшет с серебряной пентаграммой на крышке. Письма были разными…
«Работаю главной по подъезду, дом новый, двенадцатиэтажный. Люди хорошие, все взносы делают вовремя. Только вот есть одна старая стерва — не платит за лифт! Потому, говорит, что живу на первом этаже. А ведь по закону обязана!
Я её уговаривала и так и эдак, объясняла и по-хорошему и по-всякому, портреты её на всех столбах вывесила — смотрите, люди, злостный неплательщик! Чтоб ей стыдно было, а ей и не стыдно. Так я, прости господи, уже и к угрозам перешла, ходи, говорю, оглядывайся, кирпич упадёт, люк под ногами раскроется, мало ли… Не платит, и всё тут! Второй месяц не платит!
Так вот, как бы мне раздобыть такое заклинание, чтоб глаза мои её больше не видели! Только вы скидку сделайте как общественнику, процентов на девяносто. Зарплата у нас, сами знаете. Или всё ж таки киллер дешевле обойдётся? Ну, дам наркоше на дозу, так он и… упс!
Всё, выговорилась и поняла. Не надо мне заклинаний, я и сама справлюсь…»
— И что мне со всем этим делать? Переслать в органы, но по факту у них отмазка железобетонная: нет тела, нет дела, вот когда убьют, тогда приходите.
«А вот вам за беспокойство!»
Мой счёт пополнился на двести рублей. Да хоть на пять копеек! Уф, чоткий Сотона, а то я уже волноваться начал. Но если клиент заплатил, то любой яжмаг обязан содействовать, тут уж прошу прощения, но заклинание вы таки получите. Именно то, о котором просили: «Зачитать на полной луне. Встав у окна, в руках держите гранёный стакан водки. Выпейте залпом, не закусывая и не морщась. Повторите заклинание. Если всё прошло правильно, у вас появится приятное ощущение лёгкости в теле. Не благодарите».
Это из пояснительной записки, сам текст заклинания полностью составлен на латыни, и переписывать его здесь было бы чревато непредсказуемыми последствиями. Вообще, если вы в газете, в Сети или какой-то книжице вычитаете открыто написанные страшные заклинания, так не бойтесь, это гарантированное фуфло! Никто из магов или ведьм в здравом уме не будет выкладывать подобные вещи в открытый доступ.
А то, что я по-латыни написал злобной управдомше, просто лишит её зрения на пару дней. Да, она понервничает, поорёт, помолится, обратится к врачам и, может быть, забудет про дурную идею найма наркоманов с неправедной целью. Ай-ай-ай…
Закон, конечно, есть закон, и он един для всех, раз указано платить за лифт от первого до последнего этажа — плати. Я лично тоже считаю это несправедливым, но это моё мнение. И вот уж по-любому решать наболевшую проблему упёртой бабки с помощью обкуренных отморозков — тоже, миль пардон, не самое комильфо…
— Да, письмо будет уничтожено сразу же после прочтения. — Про такие моменты тоже нельзя забывать, напомнил я сам себе. — Давай следующее, это не заработок. Нужно что-либо помонументальнее, нам нужно купить новую кровать и…
Дикий визг, раздавшийся со стороны кухни, заставил меня подпрыгнуть на метр к потолку вместе с креслом. Вот чего и кому там ещё не хватает, на фига сразу Нонну-то провоцировать?! Я схватил стоящий в углу магический посох и ринулся в штыковую.
А ситуация, как оказалось, требовала комплексного подхода. То есть удивиться, посочувствовать, поржать…
— Вам смешно?!
Нам — да! Фамильяр, так тот вообще упал за холодильник и уже оттуда истерически дрыгал задними лапами. Я закусил нижнюю губу, сдерживая смех, но выражение лица человека, понимающего, что хохот сейчас подобен смерти, не заметить трудно. А отменить его ну просто никак невозможно. Хотя нет, буквально через пять-шесть секунд я овладел собой и, максимально строго сдвинув брови, взялся вершить правосудие…
Если кто помнит, так мы купили в Доме мебели на Лиговском четыре табуретки, натуральное дерево, мягкие гобеленовые сидушки с африканским орнаментом, всё красивое и стильное. То есть супер, да? Так вот надо же, чтоб одна из них (всего одна!) оказалась озабоченной. Что я имею в виду? Ок…
Стоило Нонне в коротком махровом халате на голое тело сесть на табуретку, как та, изогнув две ножки вверх, прижала девушку за бёдра, а на оставшихся двоих начала мерно покачиваться!
Я знал о таких подставах, это всего лишь весёлая, незатейливая игра студентов-яжмагов из Нигерии, что годами проходят у нас в Питере практику. Чисто ради смеха, ничего опасного или совсем уж неприличного в этом нет. Заклинание примитивнейшее, снимается одним пинком, но держаться может годами. Это же весело, нет?
Зато когда покупатели потом звонят по мебельным магазинам, жалуясь на озабоченные табуретки, столы, кровати или шкафы, то чернокожие парни и девчата сушат белые зубы, расплачиваясь друг с другом по обоюдному согласию — чья табуретка сыграла первой, тот и сверху. Мм, как-то так, уж простите за откровенность…
То, что для нас в двадцать первом веке граничит с пошлостью, в ряде африканских стран всего лишь бытовой, чисто раблезианский юмор! Хотя если вспомнить, что у нас того же матерщинника Шнура включили в совет при комитете по культуре всей Российской Федерации, то… получается, что пошлость у нас в крови. Уж у тех, кто принимал это решение, так точно!
А Нонна сейчас выглядела весьма интригующе. Во-первых, красные от ярости щёки, во-вторых, горящие глаза, налившиеся губки, такая эффектная грудь в зоне видимости и ещё полы халатика, распахнувшись…
— Если будете пялиться, я сейчас ещё раз завизжу!
— Не надо, окна и так едва держатся. — Я быстро шагнул вперёд и с футбольным размахом пнул табуретку ногой в низ сиденья.
Она мгновенно разжала деревянные ножки, превратившись в послушную часть кухонной мебели. Вот и всё, как я говорил, расколдовывается легко и на раз.
Правнучка архангела, вскочив, первым делом эффектно перезапахнула халат, затянула поясок, а уже потом так шандарахнула той же табуреткой об пол, что наверняка выбила из неё всю «озабоченность». Я даже не знал, что такое в принципе возможно.
Слышал о том, что подобную мебель рубили топорами, сжигали, пытались облить святой водой, приносили на предмет изгнания злых духов в церковь или, наоборот, тащили на шоу экстрасенсов, но так, чтоб с размаху о паркет… Уважаю!
Ещё минут десять нам с Фамильяром пришлось потратить на то, чтобы доказать красной, полыхающей девушке, что мы тут ни при чём, мы в такие игры не играем, это никак не наша затея, а случайное стечение обстоятельств. Нет, нет и нет!
Потом ещё столько же времени, если не больше, ушло на раскрытие самой сути подобного колдовства, а также на то, чтобы объяснить, почему мы не можем сдать именно эту табуретку обратно в магазин. Что найти и покарать весёлых африканских студиозусов тоже не получится, но пометить озабоченную мерзавку вполне реально, а там уже дело техники: не садиться на неё самим, но, допустим, иногда смеха ради подставлять гостям. Почему нет? Это весело.
Не скажу, что нашу бывшую сектантку всё сразу устроило. Чашку чая она, надувшись, выпила молча и объявила, что спать будет на моём диване, а куда лягу я, ей безразлично. Главное, чтоб не к Белой Невесточке! Этот момент она обещает лично проконтролировать.
Ладно, что-нибудь придумаю. Я подмигнул высунувшему морду котодемону:
— Никогда не думал, что всего одна девушка может так круто изменить жизнь мужчины…
— Я до неё спокойно жил, — качая головой, признал он. — Спокойно спал, спокойно пил, спокойно голубей ловил. Но точно, где-то накосячил, ведь это карма, не иначе…
Чоткий ты Сотона, да это карма по имени Нонна Бернер, что даже звучит пугающе. Все дела на сегодня закончены, всем спать. О завтрашнем дне будем думать завтра, раньше и смысла нет. Согласитесь, всё, к чему мы хоть как-то готовились, категорически проходит не по заранее утверждённому плану. Так с чего париться заранее? Будем импровизировать.
Глава одиннадцатая