— Вообще-то ты выкинул меня из такси.
— Не злись, — фыркнул оборотень, на ходу протягивая мне правую лапу. — Меня зовут Блендер. Кликуха такая.
— Типа Остапа Бендера?
— Типа могу любого замесить.
— Другое дело. — Я поспешил ответить на рукопожатие. — Ярослав ибн Гауда Мценский, яжмаг вне закона. А это моя девушка…
— Нонна Бернер, — зардевшись, вставила Нонна, страшно довольная тем, что я назвал её своей. — А куда вы нас везёте?
Водитель многозначительно хмыкнул. Машина переулками выкрутилась на Невский, как я понимаю, определённой цели у оборотня не было, поскольку на экране небольшого планшета, какими пользуются таксисты, был проложен заказанный нами маршрут к мебельному на Лиговском проспекте.
Я мягко коснулся пальцев своей спутницы, показывая, что волноваться не стоит, всё идёт по плану. Не знаю по какому, не по моему уж точно, но не важно.
— У него зубы, — уголком рта тихо шепнула мне на ухо правнучка архангела.
— Не обращай внимания.
— Он на собаку похож.
— Нет, это волк.
— Он нас съест?
— Вряд ли, если оборотень назвал своё имя, значит, настроен дружелюбно. Всё-таки у псовых сильны первобытные инстинкты. Если не убил сразу, то, скорее всего, считает нас частью своей стаи, — пожал плечами я и попросил водителя: — После перекрёстка налево, пожалуйста, к Дому мебели на Лиговском.
— Сделаем, командир, — осклабился тот, кто представился нам Блендером.
Самое неподходящее имечко для волкодлака. Однако по факту в Ленинградской области, карельских лесах и на финских болотцах гуляет много хищников, а Серое Братство хоть и относится к одному из самых многочисленных, но не всегда так уж опасно. В городе они встречаются крайне редко, тут охотничьи угодья куда более страшных зверей. Вы удивитесь, но это люди…
Глава вторая
Что после? Два выстрела в ветреный том стихов?
Когда даже боги вслух читают слова молитвы.
Когда освежает дыхание времени так легко
Не мятная жвачка, а нежный оскал бритвы…
Машина остановилась в максимальной близости от Дома мебели. Всю дорогу водитель молчал, лишь изредка бросая оценивающие взгляды на нас с Нонной. И нет, в них не было агрессии или вожделения, скорее ему действительно было любопытно понять, чем же мы так заинтересовали тёмную сторону и досадили светлой? Честно говоря, спроси он нас об этом напрямую, наверное, мы бы тоже затруднились с ответом…
— Тебя ждать?
— Мм… — задумался я, не зная, что он хочет услышать. — Мы здесь как минимум на час.
— Нет проблем, яжмаг. Понадоблюсь, свистни!
Свистеть волку-оборотню? Интересно, а какие ещё команды он знает: фас, апорт, сидеть, голос, фу?! Ох ты ж чоткий Сотона, я жутко подозрителен к подобным сюрпризам и хотел уже таки задать этому типу парочку конкретных вопросов в духе святой инквизиции, но моя счастливая спутница, цокая каблучками, отчаянно тянула меня за руку к дверям магазина.
Наверняка искренне считая, что если мужчина и женщина вдвоём выбирают новую кухонную мебель для дома, то это уже настоящие, серьёзные отношения. И, пожалуй, она не так уж не права. Тем более если учесть, кто нас там встретил…
— Чем могу вам помочь? — Молодой паренёк, в медицинской маске, форменной одежде, с бейджиком, услужливо возник у нас на пути.
Правнучка архангела тут же разулыбалась ему в ответ, позволив сопроводить себя в отдел «Мебель для кухни». Кстати, её он ни про куар-код не спросил, ни маску надеть хотя бы на подбородок не потребовал. Но ведь есть такие магазины, где и к кассе без маски не пропустят, даже если человек там на крупную сумму набрал.
Я же задержался у стенда с рекламой посудомоечных машин. Не то чтоб они были чем-то жутко интересны, скорее мне понадобилось немного поразмыслить над происходящим. Что-то неуловимо странное произошло или происходило прямо на данный момент с Нонной Бернер. И хотя об этом стоило спрашивать её, но я пытался сначала задать все эти вопросы самому себе.
Первое. Она узнала от меня о смерти Гэндальфа. Она знала его, они общались, дружили, он делал ей комплименты, фактически он умер, защищая её, пока она попивала кофе на балконе с незнакомым белокрылым красавцем… и что? Коротенькая скорбь, молитва за упокой, зажжённая свеча перед иконкой, но уже через полчаса она напрочь о нём забыла. Табуретки на кухню оказались неизмеримо важнее! Когда она успела стать такой чёрствой?
Или нет, конечно, я не прав, не стоит так уж рубить сплеча. У многих людей легкомысленный смех и внешняя беззаботность как раз таки служат естественной внутренней защитой от накатившего стресса. Возможно, она прячет боль в сердце, не желая травмировать меня лишний раз ещё и своими слезами. Но тем не менее я не мог отделаться от мысли, что гибель моего седобородого друга не вызвала у неё особых переживаний…
Второе — это наши с ней отношения. Лично у меня вдруг появилась уверенность, что, скорее всего, Нонна останется в моей жизни надолго, если не навсегда. Но тогда возникает целый ряд мелких моментов, грозящих вырасти в большие проблемы. Как и всякая девушка, правнучка архангела мечтает о белом платье, венчании в церкви с пением псалмов, торжественном бракосочетании… А как всё это возможно, если у неё даже элементарного паспорта нет?!
Это мы ещё в толерантном Питере живём, в Москве бы её давным-давно в полицию замели как гражданку неизвестной страны без определённого места жительства. Но и это, пожалуй, не самое важное, в конце концов, если напрячь прадедушку-архангела, вопрос с паспортом решится по щелчку пальцев. Даже я мог бы его наколдовать, не виси надо мной статус «вне закона». Важно другое — как изменится моя вольная яжмаговская жизнь, когда мы решим остаться вместе. Надо ли говорить, что люди моей профессии, как правило, одиноки.
И это не вопрос столь уж жаркого индивидуализма. Просто любая женщина, связавшая свою судьбу с колдуном, чародеем и магом, несчастна априори. Вспомните хотя бы советский фильм «Обыкновенное чудо», много там радости в вечно печальных глазах актрисы Купченко? И нет, приводить в качестве альтернативы тысячи книг из серии «бабы и волшебство», где героиня всенепременно замужем за волшебником, вампиром, красавцем-демоном, фэнтезийным драконом, застенчивым некромантом, чёрным лордом, зоофилом-любителем, маньяком-профессионалом и т. д., не стоит. Хотя бы потому, что чаще всего их авторки не самые счастливые женщины в реальной жизни…
Мои размышления были прерваны самым бесцеремонным образом, когда я наконец всё-таки проследовал за своей любопытной спутницей и вдруг в небольшом зеркале одного из многочисленных кухонных шкафчиков появилась троица Хранителей. По-моему, они были даже испуганны, потому что жались друг к другу, разговаривая исключительно шёпотом…
— Ярослав Мценский, до нас дошла информация о том, что вы убили Чумного Доктора?!
— Не я, — поправил я. Наверное, звучит корявенько с литературной точки зрения, но зато верно по смыслу. — Этот ваш негодяй вломился к нам в дом, прижав топор к шее Нонны. Мне пришлось его впустить. Потом он полез в драку, расхреначил нам половину квартиры, и та же Нонна Бернер застрелила его из моего магического посоха.
— Этого не может быть!
— Чего конкретно?
— Всё, что вы сказали, наверняка грязная ложь!
— Ну, не буду спорить, я ведь и не обязан вам чего-то там доказывать. Кстати, он ещё дышал, когда его забрали в «Книжную лавку писателей».
— Вы отдали НАШЕГО специалиста в когти тёмных сил?!
Это был последний вопль души или трёх душ, не знаю, как правильнее выразиться. Хранители исчезли, а я с кротким вздохом искреннего сочувствия догнал правнучку архангела, о чём-то жарко спорившую с младшим менеджером. К чести сказать, он её отговаривал.