В комнату влетел бумажный самолётик, и Тима подхватил его на лету.
– С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!!! – закричал с бумажки заколдованный голос Патрика, напоминая скрип старой телеги. – ЖЕЛАЮ ТЕБЕ ПОЙМАТЬ ВСЕХ ЖАБ С ГРЯЗНОЙ ТРЯСИНЫ, СТАТЬ НЕВИДИМЫМ ДЛЯ СТАРУХИ НА МАТЕМАТИКЕ И БЕГАТЬ БЫСТРЕЕ ОБОРОТНЯ, ПОТОМУ ЧТО В НОВОМ ГОДУ МЫ ДОЛЖНЫ НАКОН… НЕЦ, – послание стало заикаться. – …УЖ… Е… ДАВНО… И… ОНИ… БРОСИТЬ В ЯМУ…
Кого Патрик собирался бросить в яму, так и осталось неизвестным. Заклинание иссякло, и в руках Тимы остался простой бумажный самолётик с рисунком, напоминающим то ли гоблина, то ли тролля из соседнего с ними дома.
– Надеюсь, это не мой портрет, – хихикнул Тима и сложил записку в привычное место под матрасом. – Бегать быстрее оборотня было бы неплохо. Особенно сегодня…
Мальчик тяжело вздохнул, схватил рюкзак, закинув туда банку с неопознанной зелёной жижей, и вышел из комнаты.
Но проскользнуть по-быстренькому на улицу Тиме не удалось. Многочисленные родственники, которые по непонятной причине уже много лет назад заполонили их дом, решили замучить мальчика своими поздравлениями с самого утра.
Не успел он и шагу ступить из своей комнаты, как на него накинулся домашний Монстр. Заунывно воя, скрежеща зубами и издавая всякие будоражащие кровь звуки, в которых с трудом можно было распознать пожелания счастья и здоровья, подкроватное чудище обильно заливало лицо мальчика красными, словно свежая кровь, слюнями и виляло шипастым тяжелым хвостом. На самом деле как выглядел этот Монстр, никто доподлинно не знал, ведь каждый видел его по-своему. Но, как и все обычные мальчики, Тима так сильно мечтал о своей собаке, что невольно видел в этом бесформенном чудовище нечто похожее на милого, хоть и странного щенка. Настоящую собаку завести ему было не суждено. Всё-таки для его отца, солидного оборотня, это стало бы небывалым оскорблением.
С трудом выбравшись из-под Монстра и стерев с себя склизкие слюни, Тима потрепал того по голове.
– Спасибо, Монстрик! Но лучше бы ты с такой же энергией гонял моих врагов!
Чудовище поджало хвост и поспешило убраться куда подальше. Ведь на самом деле оно само боялось всего непонятного и кричащего.
– Это что у тебя за враги завелись? – вдруг раздался над головой высокий воющий голос.
– Привет, дедуль! – помахал Тима парящему над ним призраку. – Да так, есть несколько. Всё-таки я уже взрослый и хожу в школу. А это, сам понимаешь, место довольно опасное.
Дед засветился голубым, и по коридору разнесся странный высокий звук. Если бы вам не сказали, вы бы ни за что не поняли, что это смех.
– Знаю-знаю, – закивал призрак головой. – Бывали и сами. Ну, я думаю, ты ведь теперь совсем большой стал, справишься и сам?
– Справлюсь, дедуля, справлюсь.
– Вот и умница! – радостно воскликнуло привидение и поспешило скользнуть сквозь стенку.
Тима только с улыбкой покачал головой. Привидения – тоже не самый смелый народец. Да и с памятью у них вечные проблемы. Никогда толком не поймёшь, то ли они разговаривают с тобой, а то ли со своим давно минувшим прошлым.
Мальчик заскочил на перила и со свистом покатился на первый этаж. Родители никогда не разрешали кататься без присмотра феи-крестной, но Тима решил, что сегодня уж случай особенный. К тому же так можно было избежать долгих поздравлений на каждом этаже. Но его надежды не оправдались.
Его то и дело останавливали, желая поздравить красочнее и громче остальных родственников. Три кузины-ведьмы громко спели песни собственного сочинения (у мальчика даже кровь потекла из ушей от этих звуков). Дядя-зомби долго щёлкал зубами, вспоминая заученные ещё в детстве стихи, а потом так же долго пялился в пустоту, пытаясь собрать все мысли воедино. Но мысли разлетались серыми мушками, и пришлось снова обращаться к ведьмам, чтобы те словили их сачком и запихнули обратно в лысую голову горе-зомби. Стих пришлось выслушать с самого начала.
На другом этаже двоюродная тётя Зубная фея велела показать ей все зубы, всё надеясь обнаружить у Тимы вампирские клыки. «Ну не может же он и вправду быть человеком?» —удивлялась она. Её подарки для роста клыков мальчик решил скормить вечером Монстрику.
Кузены-вампиры, напротив, клыки искать отказались и всё ощупывали его спину в поисках наростов, которые потом должны были превратиться в крылья. Наростов не нашли, зато надарили множество всяких чесночных оберегов. Тима припрятал их в рюкзак.
На втором этаже дядя-скелет лишь помахал мальчику рукой из своего шкафа и заверил, что Тима может поделиться с ним любым секретом, о котором никто никогда не узнает.
А в самой большой гостиной, где устроили огромную бабушкину гробницу с яркой позолотой и цветными рисунками на стенах, пришлось выслушать долгую и длинную проповедь о золотых временах и горестях современных дней. Бабуля, уже давно превратившаяся в почтенную скукоженную мумию, подарила мальчику тяжёлый золотой слиток. Что с ним было делать, мальчик не представлял – золото уже давно вышло из обихода, – но поблагодарил старушку и понадеялся, что слиток можно будет обменять на двухколёсный велосипед.
Когда Тима, наконец, добрался до кухни, там уже витал густой аромат сваренного какао и аппетитный запах шипящего на огне бекона.
– С днём рождения! – дружно крикнули ему родители.
Отец в мгновение ока оказался рядом с мальчиком и одним сильным движением подкинул его вверх, словно какой-то мячик. Мама же, высокая эльфийка с золотыми потоками волос, радужными крылышками и острыми ушками, подлетела к потолку и подхватила сына на руки.
– Как сейчас тебя зацелую! – воскликнула она.
Тима поморщился и попытался вырваться.
– Ну ма-а-а, – затянул он. – Я уже не маленький, опусти. В такие игры только малыши теперь играют.
И правда, раньше мальчик всегда смеялся, подлетая в воздух, но сейчас при броске его тошнило и хотелось поскорее почувствовать твёрдую опору под ногами. Да и друзья, скорее всего, его уже давно заждались.
– Хорошо, хорошо, – с улыбкой ответила мама и вернула сына на место. – Я постоянно забываю, каким взрослым ты уже успел стать.
Она всё-таки умудрилась чмокнуть его в щёку, Тима смущённо улыбнулся и незаметно стёр следы поцелуя.
– Будешь завтракать, именинник? – с весёлой ухмылкой спросил отец.
– Нет уж, – ответил Тима, поднимая с пола упавший рюкзак. – А то опять кто-нибудь захочет меня поздравить, и я тогда точно опоздаю в школу.
– Возьми хотя бы бутерброд, – тут же засуетилась мама, но мальчик, мгновенно оценив ситуацию, попятился к двери.
– Меня Патрик ждёт, он принесёт мне конфет! Пока! – закричал он уже с порога и пулей выскочил на улицу.
– Но конфеты – это не еда! – понеслось ему вслед, но Тима уже быстро бежал по улице.
Три дома прямо, по вздыбленному мостику через ручей, под тень высоких деревьев, шурша опавшей и горящей огнём листвой, к старому корявому дубу.
– Эй! Берегись! – закричал Тима и с разбегу налетел на прикорнувшего под деревом друга.
Они кубарем полетели по тёплой земле, разметая листья, пачкаясь в золотистой пыли и сминая друг друга.
– Совсем спятил! – заорал Патрик, высвобождаясь из захвата и поднимаясь на ноги.
– Я тренирую внезапную атаку, – усмехаясь, ответил Тима, тоже поднимаясь на ноги и потирая ушибленную руку. – Дядя Драк говорит, что я могу оказаться вампиром, а они всегда нападают быстро и бесшумно.
– Ага, внезапную, – недовольно засопел Патрик. – Чего ты тогда орал на весь лес?!
Лицо друга недовольно порозовело, и в глазах его уже собирались крупные слёзы обиды. Вот так всегда. Глаза Патрика словно содержали в себе слишком много воды и по малейшему поводу пытались излить их наружу. И это ещё сын клоуна!
Патрик был кудрявым, низеньким и кругленьким. Ремни его зелёных подтяжек всегда плотно давили на плечи, а рубашка в розовую полоску делала его похожим на завёрнутый в обёртку пончик. На лице его всегда горел смущённый румянец, круглый красный нос смешно морщился, глаза смотрели испуганно, а кожа ещё не приобрела тот молочно-белый цвет, что отличал его родителей-клоунов. Конечно, несколько ведьм и, говорят, даже гоблинов, в их роду могли немного изменить цвет его кожи, но всё-таки все ждали, когда же Патрик, наконец, побледнеет. Ну и слёзы, конечно. Они были его неотъемлемой частью и делали Патрика постоянной жертвой презрения и насмешек. Так они и подружились. Кто ещё, кроме несчастного изгоя, станет дружить с человеком!