Байк прошел еще несколько останков дворов с руинами первых этажей, и последние следы былого в виде земли, асфальта и тротуаров скрылись под бетонной пылью.
Радиоактивная пустошь Кратера.
На открытом пространстве они были как на ладони, ее следовало миновать как можно быстрее. Ксюха внимательно смотрела назад и даже не заметила, как байк начало вести в сторону. Адам потерял сознание. Спохватившись в последний момент, девушка схватилась за руль и с трудом выровняла байк, позволив ему нормально остановиться. Но от падения это все равно не защитило, потому что упереться ногами с заднего места просто не получилось. Мотоцикл завалился на бок и Адам вывалился из седла.
— Адам! — кричала Ксюха, пытаясь вылезти из-под тяжелой стальной туши. Если бы не стальные кофры по бокам, она так бы и осталась в ловушке — Адам, милый, ты слышишь меня⁈
Динамики радиосвязи предательски молчали. Зато было хорошо слышно, что звук двигателя преследователей затих. Ксюха с трудом выкарабкалась из-под байка, подобрала с земли укороченный калаш и посмотрела назад. Там, примерно в километре от байкеров, на самой границе между уцелевшей частью района и Кратером, стоял мощный, обшитый броней черный внедорожник с красным гербом на капоте. Непонятно, что мешало ему продолжать движение, ведь сидевшим под таким слоем защиты противникам радиоактивная пыль была совершенно нипочем. Может, они решили, что теперь у рейдеров нет никаких шансов… Машина постояла так еще несколько секунд, затем развернулась и уехала обратно в сторону центра.
Ксюха с трудом подняла мотоцикл на упоры. Усаживая Адама на заднее сидение, она услышала его кряхтение. Он был еще жив! Она достала из кофра стропы для крепления груза и покрепче обмотала любимого, чтобы он не свалился.
— Милый, я надеюсь, ты слышишь меня! — не теряя времени, Ксюха завела байк. Управлять такой махиной было непривычно, но сейчас не было времени осваиваться, она тут же открыла газ на полную. — Скоро мы будем на базе, слышишь! У нас есть антирад, у нас есть химия, отмоемся, зашьемся, ты только держись! Держись… Пожалуйста… пожалуйста…
Адам не выжил. Когда они оказались здесь, на базе, Ксюха затаскивала уже безжизненное тело возлюбленного, не желая верить, что он умер еще в тот момент, когда они только заехали колесами на радиоактивную пыль пустоши. А его кряхтение было не более чем выходящим из легких воздухом. Он даже не успел сказать ей никаких последних слов.
Вот так это бывает. Обычная, наивная и совершенно безобидная романтическая поездка в самую безжизненную и заброшенную часть города становится последним моментом, когда ты видишь своего любимого человека живым.
Ее кто-то потряс за плечо. Лилит снова вернулась в реальность. Перед ней стоял Дядька. И что-то пытался ей сказать. Девушка выключила музыку, которая орала на всю.
— Ксень, мы там навели порядок. Тело Болта пока убрали в «черный отсек» больнички. Вечером с ним простимся. Ты пошла бы… обмылась, что ли, от пыли.
— Да, ты прав. А что с байками?
— Димон с ребятами закатили уже. Сейчас тоже будем обмываться и их сполоснем. Ты что-то совсем потерянная? Неужели он был ближе, чем ты заявляла? Или…
— Или, — тут же спокойно перебила она.
Дядька прекрасно ее понял. Поэтому лишь кивнул и направился к шлюзу. Лилит последовала за ним.
* * *
База Цикад хоть и располагалась на огромной территории завода, на самом деле не занимала ее целиком. Рейдеры использовали лишь два здания у самой границы территории. Один цех примерно на двадцать соток, с двумя подземными уровнями, и один соседний складской ангар практически такой же площади, который использовался под бар, называемый «Посмертие». Но баром его назвать было сложно: из-за огромной площади это место походило скорее на арену, на которой нашлось место для барной стойки и нескольких столов.
Рейдеры полностью освободили помещение склада от полок, оставив лишь крайние у боковых стен, которые использовались как трибуны. В зимние сезоны, когда основная часть Цикад просто скучала, в этом помещении проходили всевозможные мотосабантуи: множество мотоциклов гоняли по кругу, отрабатывая навыки вождения, показывая трюки или просто настраивая движок. А кто хотел отдохнуть, выпить или покурить, могли пройти в дальний конец «Посмертия», где находилась сама барная зона.
Это место вызывало множество логических конфликтов в головах тех, кто его видел: заколоченные окна и полная герметичность, но при этом множество кружащих мотоциклов и чистый воздух. Хотя секрет был довольно прост: на время всех событий под потолком включали мощную вентиляцию, которая выгоняла все выхлопы на улицу. Это расходовало непозволительное количество электричества (собственно, именно поэтому и приходилось экономить на источниках света), но так как бар был единственным доступным местом досуга, никто не возражал.
Но проходили здесь и более печальные мероприятия: прощания с ушедшими Цикадами. Этого ритуала удостаивались все ранги выше «личинок». Если тело оказывалось на базе, с человеком прощались в этот же день. Если тела не было, списки собирались в течение месяца, в конце которого назначался День Посмертия, благодаря которому бар и получил свое название. Одним из таких ритуалов стал сегодняшний вечер.
— Мотобратья и боевые подруги! — обратился Дядька из центра помещения ко всем рейдерам, сидевшим сейчас на боковых полках — Сегодня мы провожаем нашего представителя. Нашего друга. Нашего мотобрата Никиту Болтарева, которого многие знали просто как Болт. Он не был красноречив и иногда мог ляпнуть лишнего, но также был настоящей боевой машиной «сержантов» и верным представителем Цикад. Был всегда готов вписаться в любую движуху и ни разу не подставлял. И сегодня он ушел как подобает Цикадам, прямо на своем байке, во время боя с федералами! Поэтому почтим его память сегодняшним вечером и проводим с респектом! Бесконечного топлива на его пути к ангелам!
— Бесконечного топлива! — хором воскликнули собравшиеся.
Дядька зажег факел, который держал все это время в руке, и подошел к лежащему на специальном ритуальном ложе телу Болта. Ложе это было собрано из фрагментов байков погибших Цикад и представляло собой своего рода мобильный крематорий. Под телом находился сложный механизм, который подавал мощное пламя. Дядька опустил факел, поджигая бензин в специальной чаше, и отошел в сторону. Огромный столб огня скрыл в себе усопшего.
— Я хочу, чтобы вы все понимали. Каждый из вас! Жизнь Цикад скоротечна. Впервые сев на байк, вы принимаете эти правила! И завтра каждый из нас может оказаться на этом месте, — он указал на пламя, — и этот ритуал далеко не последний. Но я каждый раз говорю: мы не должны бояться смерти! Потому что мы и есть ангелы смерти! Ангелы ада! — толпа одобрительно закричала. — Мы правим поверхностью, в то время как все остальные медленно гниют под землей! Мы — Цикады! И скоро мы захватим всю поверхность! Скоро мы будем заправлять топливо не федералов, а свое! Скоро все изменится! — он поднял свободную руку вверх, в ней он держал пульт. Окружающие уже поняли, что сейчас будет, поэтому помещение еще больше оживилось. — Так давайте же почтим уход нашего мотобрата как подобает Цикадам! — он нажал на кнопку и крики толпы тут же начали прерывать первые аккорды AC/DC — «Borrowed Time».
Рейдеры вскочили с сидячих мест, спрыгнули с полок. Кто-то тут же направился к бару, кто-то прыгнул на заранее закаченные внутрь мотоциклы и начал кружить вокруг пламени. Дядька швырнул потухший факел в сторону и ушел из центра помещения к Димону и Лилит, которые стояли у барной стойки.
— Красивую речь толкнул, Алекс! — оценил Димон. — Вдохновился будущими переменами?
— Типа того. Думаю, все получится у нас. Ладно, что тут торчите, пошли за мой стол.
Он указал в дальний угол, где находилось пять отгороженных шторками лож. Первоначально задумывалось, что каждый стол будет занимать один из основателей и его окружение, и занимать эти места кому попало было нельзя. Сейчас таким столом считался лишь крайний — он принадлежал Дядьке. Все остальные спокойно могли занимать «сержанты» и «инженеры».
