– (Довольно) Значит… всё-таки было, да? Хватит юлить. Или тебе стыдно? Неужели совесть взыграла? Может… устроишь тур по родным местам?
– Да какая там совесть… Что было, то было… В некоторых странах, где служил, знаешь ли, иностранный мужчина, как гарант качества звучит. Тем более законы ничьи не нарушал. Всё по согласию. Мне даже один мужик, дочурку свою пытался впарить, лишь бы увёз её подальше от всего. Опять же, с какой стороны смотреть, однако факт есть факт… Как 100 лет назад любили молоденьких, так и сейчас. Даже за 300 лет ничего не изменилось, если не за 500. Тем более, они получали любовь не задаром. Я всегда что-нибудь приносил. Со мной несколько недель подряд, можно пировать в достатке. Я от голода спасал людей, а любовь – чисто из благодарности. Я им, они мне. Все довольны. Другое дело, скупость. Вот это, реально жёсткая вещь… Со мной в одном отряде был чел, который ни с кем хавкой не делился. Ни со своими, ни с чужими. Сам в одно рыло всё трущил и в ночь уходил. Нам так-то лагерь ни при каких условиях, когда темнеет покидать нельзя, а этот гандон несколько суток подряд умудрялся. Сдриснет под покровом ночи на часок-другой и вернётся. Когда мы его всё же запалили, чем он там таким интересным занимается, я аж охуел… Свежие, женские трупы, по соломенным хибаркам таскает. Тех, что мы не успевали за день похоронить. Он так и говорил: «Так гораздо удобнее. Они не привередливы. Не станут пререкаться». Е-еба-ать… Поехал башкой… Остаток службы в карцере отсидел, а потом вроде как попал под военный трибунал. Больше я его не видел. Наверное… хорошо.
– Действительно, е-еба-ать… Повезло чуваку. Чего только не наслышишься от тебя за столько лет… Кстати, – присмотрелся, – а сколько тебе?
– А вот не должно. Явно постарше тебя буду.
– Ой, – поморщился, – ясен хрен что за сорокет. Вон, – кивнул, – седина уже на бороде, а всё ещё пытаешься молодица. Не надоело серьгой в ухе трясти?
– Знаешь… – задумался, – нет. Успокаивает. Это милок своего рода панацея после всей пережитой херни. Перехорони для начала почти всех сослуживцев, и тогда я на тебя посмотрю… Ты бы сейчас не улыбался. С твоим-то характером, – приобнял за шею, – висеть тебе давно в петле. Одно дело сражаться и выжить, но совершенно другое – чахнуть от изоляции дома. Это вообще ни с чем не сравнить. По десять раз на день хочется умереть. То петля порвётся, то патрона в загашнике не останется… Радуйся, пока торчишь в обойме. Как только попадёшь в расход – гробик тебя считай, ждёт. Никому мы по факту не нужны. Отслужил своё и тебя, как деталь заменили. Ночами мучает бессонница, а наутро хочется вены вскрыть. Я лично завидую тем, кто не застал в своей жизни боевого опыта. Единственно, только Бургунд со мной не согласится, но и он уже постепенно теряет рассудок. Сам замечаешь. Мирное время плавит ему мозги.
– Да брось, всё с ним в порядке, просто нервы начали шалить. Я и сам, чего таить, почти сорвался. Обстоятельства такие. Что поделаешь… Все мы подохнем. Кто-то раньше, а кто-то позже. Совершенно другой разговор, если хер не стоит… Это да, беда. Все краски мира моментально блёкнут. Коли ещё и печень угробил, ну-у-у… тогда ток, как ты говоришь вешаться. Больше позитивного в мире ничего нет. (Радостно) Сочувствую твоей утрате, – в ответ хлопнул по плечу.
– Ну, хватит пиздюк, – пальцами обломал сигарету. – Заебал уже дымить. Я с тобой последние лёгкие посажу.
– Эй, какого хуя?! Сам куришь, а другим не даёшь. Ну и падла же, а…
– Всё потому, что ты шнягу дешёвую берёшь в рот. От такого не то, что хер, лёгкое в трусы упадёт.
– Не, погоди-погоди… Серьёзно? Реально не стоит? Медицина, – протянул руку к туалету, – вон же какие чудеса творит…
– (Удручённо) Да дело-то не в этом… Поверь, – наконец убрал с шеи руку, – я в свои ранние годы наебался… просто по горло. Через не могу… Были времена, даже в клуб по интересам ходил. Наберётся ватага человек… 15 и давай жахаться напропалую. Ситуация нынче в другом… Дочурка моя, – тяжело вздохнул, – эх… Слово с меня взяла. Не могу нарушить. Тошно становиться хоть тресни… Да, она почти уже выросла, но само обещание как-то… прижилось… И без этого можно дышать, если найдёшь в себе силы, держатся. Я нашёл, хотя… хорошего почти нет. Какой смысл ограничивать себя в мирских потребностях? Непонятно…
– Да иди ты… В одном из своих походов настругал, что ли?
– Ты меня вообще слушал?
– Да слушал я. Я просто пошутил, – вышвырнул бычок. – Ясен хрен, что её заделали в мирное время. Дома, спокойно, когда перестал колесить. Всё понятно, просто… сколько ещё по миру ты оставил одиноких матерей? У тебя же не было с собой патронажа гандонов. Была бы это секс экспедиция в аналы несчастных людей это одно, но ты-то поехал… воевать? Перепихон – это последнее, о чём бы я думал. Остаться живым любой ценой – да, разве что… пощупать медсестричек на перевязке… Сколько у вас было девиц?
– Ни одной. Все мужики.
– Бля-я-ять… Не повезло… Ну да ладно. Чё там с твоей бывшей то?
– Ну-у-у как сказать… Хоть мы и развелись, но в моей жизни она до сих пор появляется. Какого-то хера не может забыть. Я про неё вспоминаю только тогда, когда ребёнка нужно забирать. Всегда при встрече прекрасная, стильная, модная, счастливая, а когда через минуту уходишь – ноет, злиться и чуть ли не истерит. Одним словом – бывшая. Я и деньги за элементы перечисляю, сроки не нарушаю, обязательства соблюдаю, а эта тварь без конца жалуется. Видите ли, какая у неё хуёвая жизнь. Работать приходится. Новый муженёк не содержит. (Саркастично) Беда-а-а… Понимаю… Да эта (злобно) паскуда от безделья… забухала. Прикинь, забухала. Нашла себе собутыльницу и понеслась. Днями на пролёт. Неделями… Месяцами… Действительно, очень трудная ноша истреблять алкоголь, благо что не в одиночку. Всегда найдётся родственная душа… И я после этого, оказывается ещё и козёл. Не помог. Славно… Что ещё сказать…
– А та, что вторая? Кто она?
– Такая же конченая. Навёл справки и-и-и… Очередной пиздец. Устроилась в ресторан барменом. К хуям спилась… Тоже есть семья. Муж и две дочери. Он занимается грузоперевозками. Не ахти какой заработок по сравнению с военным, но на жизнь, поверь, хватает точно. Я просто не понимаю, как так получилось. Со мной всё понятно. Разбаловал её. Деньги есть, а меня рядом нет. Думал, хотя бы ребёнок чем-то займёт, но сделал только хуже себе. Депрессия, нервы… истерики. «Эта дочь не моя! Я сейчас её придушу!». Вот представь, какого мне это слушать, находясь на другом континенте? Кровь стынет. Ни черта поделать не могу, разве что позвонить близким, благо люди нормальные… Это страх понимаешь. Стра-ах. Встречаешься с одним человеком, а в постели лежит другой… Так и получаются несчастные семьи и разбитые судьбы. Мой тебе совет – не женись.
– Эт понятно… – отстранённо вздохнул.
– (Строго) Нихера тебе на понятно. Пока сам в такую залупу не попадёшь, хуй поймёшь. Брак – это цепи. Регламент, который обязан защищать, но в итоге пиздит обязательствами по башке… Лучше заранее составлять брачный договор. Поверь. Любовь любовью, а денежками извольте поделиться. Уже не с человеком, а блять с-с-с сумасшедшей. За мамашей всегда стоит защитников гора, а отец… А хули взять? Очередной мудак-долбаёб, который бедняжке нервы попортил… Если любишь, просто живите вместе. Если чувства закончились, то всё, разбежались. Идеальный вариант. Минимальные потери. Увы, большинство вторых половинок, хочет после брачных тягот компенсацию иметь. Коль брак не вышел, квартирка там или… машина достанется. Ну и так далее в прогрессии. Хитрая уловка, хотя варианты и похлеще есть. Влезть без защиты в трусы. Тогда да. Гарантированный отец. (Улыбчиво) Тут уж хуй увернёшься. Только беги.
– Тц, – недовольно цокнул, – ты что, меня за дурака держишь? Я не первый день живу на земле. Даже если одна из десяти залетит – беру за руку и насильно тащу в больничку. Сэкономила на контрацепции, значит, потратимся на аборт. Тем более что в нынешних реалиях, не так и дорого. Я на подарки трачу больше… Всегда найдётся одна хитровыебанная. Всегда. Пока особых проблем не было… а что касается брака – сам виноват. Ясен хрен, что подобный подход – полнейший рудимент. Атавизм. Институт семьи трещит по швам. В год чаще разводятся, чем женятся. Большинству банально обязательства не нужны. Ценится только здесь и сейчас. У каждого личное пространство и свобода. Не дай бог, ты вторгнешься в него. Начнёшь диктовать условия. Наседать. Мало кто подобное будет терпеть… Даже я соблюдаю эту хуйню. Всегда и во всём спрашиваю разрешения, прежде чем… элементарно внутрь девушки войти. Это о чём-то, да говорит.
