— Выпьем за будущего защитника шести миров? — внезапно предложил Мирак.
— А почему бы и нет! — ответил Саркс и принялся осушать свой сосуд.
Почти пять часов просидели Мирак с Сарксом, ожидая, когда действие заклинания закончиться. Слегка опьянев, старые друзья принялись вспоминать былое. В основном это были давние подвиги их общей знакомой, некоторые из которых уже были забыты, хоть и не заслуживали этого, а некоторые оставались в памяти, хотя лучше их было забыть.
Они уснули и вряд ли их разбудило бы что-нибудь кроме лопнувшего ледяного шара, благодаря которому великан и оборотень мгновенно и протрезвели. Астрид свалилась на голый камень, рассматривая своё окружение. В ледяной тюрьме она всё видела, но ничего не слышала и потому успела понять, только то, что высокий незнакомец знал Мирака, и что это не просто знакомый, а старый друг, судя потому насколько быстро они уделали бочонок.
— Ну наконец-то, я, конечно, очень надеюсь, что тебе больше не придется замораживать саму себя, но в следующий раз умерь силу заклинания, — сделал замечание Мирак.
— Да погоди ты, Гароу, она ещё толком в себя не пришла, а ты уже свои уроки начинаешь, дай девчонке дух перевести, — защитил чародейку великан и заодно дал ей флакончик, размером с её голову, — полей на руку сразу заживёт.
Рука неприятно заныла, а затем Астрид вовсе перестала её чувствовать.
— Не бойся, это нормально, — предвидя вопрос прояснил Мирак, — садись сюда Астрид, поешь как следует, мясо немного подгорело, но всё равно… — не успел оборотень договорить как чародейка принялась за еду.
— Ха-ха, вот это аппетит, ты её на воде что ли держишь, Гароу?
— Последнюю неделю мы экономили еду, вот она и голодная.
Уничтожив кусок мяса, Астрид решила запить первым, что попалось под руку, а ничего другого кроме дюлькора в кружке быть не могло.
— Фу, что это за гадость? — выплюнув жидкость спросила чародейка.
— Это дюлькор - великанская выпивка. Делается из великанского спирта и особых белых ягод, растущих только в наших лесах, — дал определение Саркс.
— Пожалуй обойдусь обычной водой, — сказала Астрид и безжалостно вылила остатки дюлькора на камень, заставив глаз Саркса дёргаться.
Выпив почти две кружки воды, Астрид посмотрела на трупы люминаров и дрессировщика, а затем на двух охотников, которые всё ещё спали из-за бомбы.
— Спасибо большое за то, что помогли Мираку, я оказалась абсолютно бесполезна и мне пришлось заморозить саму себя, — сказала чародейка, обратившись к великану, но от стыда не смотря ему в глаза.
— Не стоит стыдиться своих неудач, у тебя очень мало боевого опыта как, собственно, и знаний. Однако я уверен, со временем ты станешь великой волшебницей, как и твоя мать - Агуилир.
— Простите господин великан, а почему вы называете мою маму Агуилир, а Мирака, Гароу?
— Ха-ха начнём с того, что зовут меня Саркс по прозвищу “Большое сердце”. А что касается имён, то Агуилир с великанского переводится как звезда, а Гароу – знающий.
— Великаны всем дают прозвища и причиной может самое разное: подвиги, таланты, физиологические особенности, а иногда и профессия, так уж у них заведено, — пояснил Мирак. — И кстати о прозвищах, давно ты своё получил? — добавил оборотень
— Да нет лет пятнадцать назад, где – то. Это долгая история, лучше я её по дороге к горе расскажу, всем нужно хорошо выспаться и тебя это тоже касается, Гароу, — великан остановил оборотня, который уже собрался в караул, — за безопасность можешь не переживать, подобраться к Югулу не замеченным просто невозможно, даже если ты невидим.
— Ладно убедил, — не особо охотно согласился Мирак. — А с этими, что делать будем? — оборотень показал рукой на двух спящих охотников.
— Кстати, а что это с ними вообще? — спросила Астрид.
— Бомба – храпучка, они будут так неделю валяться, — ответил Саркс.
— Ты предлагаешь их просто оставить тут? — удивился Мирак.
— Ты за кого меня принимаешь, Гароу? Конечно, я всажу им по стреле.
Ночь была относительно теплой и прошла без происшествий, что не могло не радовать странников, ведь впервые за неделю они смогли нормально выспаться и полные сил отправиться в путь.
Саркс, как и обещал, начал свою долгую, но довольно интересную историю.
Солнце только начало восходить, а я был уже седле, но, что мне жаловаться, работа такая. Доставлял я письмо от короля железного королевства к великанам, живущим под мглистыми горами. Дня два в седле был, зад то уже привык, а спина всё болит, да и Югул устал, в общем остановился я в небольшой деревеньке близ леса золотых деревьев. Там трактир отыскал, где можно выпить и поесть не дорого, ну и переночевать само собой.
Сижу, ем какой-то суп, безвкусный был правда, но это ничего и похуже бывали, и подходят ко мне два мужичка по моложе. Я сразу унюхал, что у них явно не один бочонок ушёл. Значит подходят и спрашивают.
— Мужик ты как в такую глушь заехал и куда путь держишь?
Однако, когда я на службе на такие вопросы всегда отвечаю одинаково.
— Дорога так повела, а еду туда, куда меня мой четвероногий друг довезёт.
А сам уже начал потихоньку вытаскивать меч, лежавший рядом, ну так на всякий случай. Но мужички поняли, что ловить нечего и ушли обратно. Значит доел я суп, запил двумя кружочками холодного георна, по вкусу он похож на кавернское пиво, как-то меня им Агуилир угощала, но георн по острее будет, а после ужина я отправился спать. Пару часов полежал на твёрдой кровати прокручивая в голове второе письмо короля, которое он велел запомнить слово в слово и передать лично королю мглистых гор. Чуть солнце показалось, и я уже был на ногах. Покормил Югула тем, что получше было у хозяина трактира и отправился в путь.
Солнце уже в зените было, когда я проезжал мимо леса золотых деревьев, сразу за которым мглистые горы. Я всегда проезжал его напрямик, это конечно менее безопасно, чем по большаку, но зато быстрее аж на день. Однако в этот раз я пожалел, о том, что привык так делать.
Зайдя в лес и пройдя чуть вглубь, я нашел два трупа: мужчина и женщина. Осмотрев их, я понял, что погибли они недавно и не от диких зверей как изначально предполагал.
На теле женщины я нашёл всего одно сквозное отверстие в области шеи, оно проходило точно через сонную артерию. Она умерла мгновенно. А у мужчины были отрублены кисти и много точечных глубоких рваных ран по всему телу. Где-то я такие уже видел, но никак не мог вспомнить где. Пару часов я пытался прикинуть место откуда стреляли, но тщетно, ни единого следа, убийца словно испарился. И вот я уже собирался уходить как вдруг, что-то хрустнуло у меня под ногами. Немного покопавшись в жёлтой листве, я нашёл орудие убийства. Это была унгарская стрела, в народе её прозвали «говорящей» из-за старого назначения. Это гнусное оружие было придумано для пыток во время междоусобной войны в королевстве мглистых гор триста лет тому назад. Попадая в цель, такая стрела разрывает мышцы, крушит кости и застревает в теле. Через несколько секунд наконечник начинает медленно крутиться, пока не соскочит со стрежня. Всё это сопровождается адской болью, которая и является весомой причиной стать разговорчивым. После попадания такой стрелы взрослый великан умирал примерно через час, а те несчастные, кто выживал, должны были найти умелого врача иначе погибали от заражения крови. Совет королей запретил использовать это оружие почти сразу по окончании междоусобицы, и все чертежи были сожжены. Однако разбойников и наёмных убийц это не остановило. Вот же ж S’yugen tarr, — Саркс выругался на старом языке великанов уверенный в том, что слушатели ничего не поняли.
Астрид и вправду ничего не поняла, а вот Мирак укоризненно на него посмотрел, но судя лицу великана ему было всё равно, ведь иначе описать того убийцу он не мог.
— О чём это я? Ах, да наёмников и убийц это не остановило и каким-то образом они восстановили чертежи, так мало того еще и от себя добавили. У обычной унгарской стрелы был ржавый двойной наконечник, а у этой он ещё и закрученный, стрела словно вкручивалась в плоть жертвы. Но всё же был у такой стрелы всего один, но существенный недостаток, из-за своеобразного оперения и чуть длиннее обычного хвостика, летала она в два раза медленнее, из-за чего была несильно популярна у убийц, но этот видно любил поиздеваться над своими целями.
