Как мы видим, даже лучше организованный и раньше начатый (до пресловутых изматывающих маршей по несколько сотен километров) контрудар не приносит решительного результата. В чем причина? У немцев даже в полосе наступления группы армий «Юг» было банально больше соединений, в том числе пехотных, для противодействия советским контрударам. Все те же самые игроки никуда не делись в реальном июне 1941 г. Вышеописанные события есть не что иное, как экстраполяция реального сражения 26–29 июня 1941 г. на несколько изменившиеся условия. Точно так же 111-я пехотная дивизия была развернута в полосу XXXXVIII моторизованного корпуса и сдержала атаки на Дубно группы Попеля. Точно так же 8-му мехкорпусу 27–28 июня реального 1941 г. противостояли 57-я и 75-я пехотные дивизии, которые, собственно, заставили группу под командованием Д. И. Рябышева отступить от Бродов и стали главными виновниками окружения 12-й танковой дивизии. Точно так же 16-я танковая дивизия в реальном 1941 г. рассекла 8-й мехкорпус надвое, разделив его на группы Попеля и Рябышева. Главным преимуществом более организованного и нанесенного двумя сутками ранее контрудара будет большее число введенных в бой в ходе контрудара танков. Они не будут рассеяны, ввиду технических неисправностей, по дорогам Львовского выступа. Результативность такого удара несомненно будет выше, чем реальных атак 8-го и 15-го мехкорпусов.
Медленный, но тяговитый трактор С455 «Сталинец» был вполне пригоден для эвакуации танков новых типов на небольшое расстояние.
Несмотря на окружение части сил группы Костенко, наступление XXXXVIII корпуса остановилось. Продвигался вперед только III моторизованный корпус на Луцком направлении. Попытка 11-й танковой дивизии возобновить наступление натолкнулась на ожесточенное сопротивление советских частей на рубеже заболоченной реки Иквы. Атаки немецких танков на Дубно потерпели неудачу.
Для деблокирования окруженных дивизий группы Костенко командование фронта выделило 8-ю танковую дивизию. К тому моменту она уже успела понести потери в контратаках в полосе 6-й армии. Также у нее был изъят мотострелковый полк. Фактически в распоряжение Костенко прибыли два потрепанных танковых полка. Единственным их преимуществом оставалось достаточно большое количество новых танков. Деблокировать группу Рябышева предполагалось ударом через Лешнев на Шуровище. Задачей 8-й танковой дивизии был прорыв к взорванной переправе и ее восстановление с помощью понтонно-мостового парка. Немцы ждали как деблокирующих действий, так и прорыва окруженцев. Атака на Лешнев успеха не имела. КВ и Т-34 вязли на берегах заболоченной речки, горели под выстрелами 88-мм зениток. Кроме того, началось наступление немецкого XIV корпуса по южной «панцерштрассе» через Жулкев (Жовкву). Полки 8-й танковой дивизии были немедленно развернуты для противодействия этому наступлению противника. В этих условиях Рябышев решил прорываться на север, в район Луцка, где части 5-й армии все еще держали плацдармы на Стыри. Часть танков пришлось бросить, слив с них горючее. Начатый ночью прорыв на север стал для немецких частей на периметре окружения совершенно неожиданным, к рассвету колонна грузовиков и танков прорвалась к северной «панцерштрассе». Остатки группы Рябышева вышли к переправе у Рожище.
Сдерживание наступления XXXXVIII корпуса по шоссе Берестечко — Дубно — Шепетовка привело к тому, что III моторизованный корпус Маккензена продолжал наступление по северной «панцерштрассе» в одиночку. Дивизиям корпуса удалось форсировать Икву у Луцка и таким образом выйти восточнее линии обороны «глубинных» соединений Юго-Западного фронта. Однако здесь 13-я и 14-я танковые дивизии были встречены контрударами 9, 19 и 22-го механизированных корпусов. Быстрого прорыва на Ровно не состоялось. Однако, не добившись успеха в продолжении наступления на восток вдоль «панцерштрассе», немцы нанесли результативный контрудар в тыл советским частям в Дубно. Тем самым советская оборона на рубеже Иквы постепенно расшатывалась.
Карта «Крепости» на Смоленском направлении. Схема железных дорог в районе Смоленска. Потенциальные, крепости "выделены заглавным шрифтом.
Однако на фоне катастрофы на Западном фронте ситуация у его соседа выглядела достаточно устойчивой. Вследствие этого прибывавшие на территорию КОВО еще до войны соединения 16-й и 19-й армий, не успев понюхать пороха, грузились в эшелоны и отправлялись под Смоленск.
Относительно результативный и нанесенный вовремя контрудар, безусловно, улучшит обстановку на Юго-Западном направлении. Если «разя огнем, сверкая блеском стали» мехкорпуса Юго-Западного фронта перейдут в наступление раньше, то у них будут все шансы остановить немецкую 11-ю танковую дивизию до прорыва через Дубно на восток к Острогу. Заболоченный рубеж реки Иква под Дубно — это крайне удобный рубеж обороны. Немецкая 11-я танковая дивизия в реальном июне 1941 г. упредила советскую 228-ю стрелковую дивизию в выходе на этот рубеж буквально на несколько часов. Если ухватить 11-ю танковую за хвост контрударом, то есть неплохие шансы успеть занять выгодный рубеж до подхода к нему немецких танков. Соответственно, не будет всего того ужаса, который наблюдался в действительности к востоку от Дубно: отчаянных контратак и разгрома 228-й стрелковой дивизии, разгрома на марше корпусного артполка, захвата Острога и втягивания в бой соединений 16-й армии М.Ф. Лукина (109-й моторизованной и 57-й танковой дивизий). Наконец, 19-й мехкорпус, в реальности скованный боем с 11-й танковой дивизией, сможет противодействовать прорыву 13-й танковой дивизии немцев на Ровно. Одним словом, хороший оперативный контрудар может существенно повлиять на обстановку на Украине в первую неделю войны. Имевшиеся в КОВО механизированные соединения могли сыграть лучше, чем это было в действительности. Результат реального танкового сражения в треугольнике Броды — Дубно — Луцк нельзя назвать провальным, но это явно не предел мечтаний.
Днепровский рубеж
В то время как в приграничных областях гремели танковые сражения, на линию Западной Двины и Днепра прибывали по железной дороге войска внутренних округов, известные как Второй стратегический эшелон. Гарнизоны городов на этой линии получили приказы о подготовке к круговой обороне. В свою очередь, командующий каждой из прибывающих на новую линию обороны армий получил распоряжение подобрать грамотного и храброго командира для гарнизона «крепости» в полосе каждой из армий. Задача «крепости» формулировалась как оборона узла дорог в полной изоляции. На тот момент предполагалось, что по мере накопления сил «крепости» будут деблокироваться с восстановлением фронта.
Собственно, в запуске подготовки «крепостей» в районах к востоку от старой границы сразу после начала войны нет ничего удивительного. Это в поп-литературе и у недобросовестных мемуаристов Сталин в панике убегает на дачу и прячется там в страхе под столом целую неделю. В действительности уже в первые дни были приняты решения, прямо говорящие об осознании советским руководством серьезности положения. Это, например, решение о сверхплановой мобилизации, о начале формирования новых соединений (уже 22 июня) вразрез с мобпланом 1941 г. (25 июня, формирование дивизий из кадров НКВД). Поэтому приказ готовить к круговой обороне Полоцк, Витебск, Могилев, Оршу и др. узлы дорог в рамках концепции «крепостей» мог последовать уже 24–25 июня 1941 г. Это дает по крайней мере две недели на подготовку городов к обороне.
