— Они ждут, — сообщила женщина.
— Они? — переспросила я, не глядя на нее. — И кто же эти «они»?
Я скрестила руки на груди. Лицо Герт смягчилось.
— Вижу, прощение тебе дается нелегко. Дорогая, порой стоит прогнуться, чтобы не сломаться.
— Вы мной манипулировали, — возмутилась я. — Уверена, вы использовали чары, чтобы заставить меня считать вас своим другом.
— Может, да, а может, и нет, — отозвалась Герт. — Но если да, возможно, тому была причина? И уж если я тобой действительно манипулировала, что мешает мне это повторить?
Я бросила на нее удивленный взгляд, но в ответ она лишь пожала плечами. Полагаю, это можно было расценивать как извинение. Я даже не представляла, куда мы идем или кто ждет нас там, но покорно последовала за Герт через вереницу пещер. Если честно, подчиняться не хотелось, но теперь я знала: иного выбора все равно нет.
Когда мы зашли в абсолютно пустую пещеру с серебристыми стенами, воздух вдруг изменился. Он стал густым и влажным. У самого свода клубились тучи, роняя нам на плечи капли дождя. В голове внезапно вспыхнула одна мысль: если ведьмы могут наколдовать дождь прямо в пещерах, по силам ли им устроить сильнейшее торнадо?
«Неужели это они принесли меня сюда?» — поразилась я.
— Если бы мы могли, то сделали бы это гораздо раньше, — отрезала Герт. — Твое появление в Стране Оз — не случайность. Тебя перенесло сюда нечто другое. Но какая бы это сила ни была, она неизвестна даже колдуньям.
Я предпочла просто промолчать. У входа в очередной тоннель Герт остановилась. Поправив ворот моего халата, она втолкнула меня в следующую пещеру, почти все пространство которой занимали огромный стол, сделанный, похоже, из сверкающих черных бриллиантов, и расставленные вокруг него стулья. Во главе стола стояла Момби и улыбалась как-то недобро. Людей, стоявших по бокам, я не знала. Наверное, какие-нибудь колдуны. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться.
— Здравствуй, Эми, — поприветствовала меня Момби. — Надеюсь, ты уже оправилась после недавних происшествий. Я рада, что в подземельях ты проявила истинное здравомыслие. И все мы счастливы, что ты теперь с нами.
Я посмотрела на ее соседей. У парня, стоявшего слева от колдуньи, была гладкая оливковая кожа. На вид ему можно было дать лет шестнадцать, может, чуть больше. Темные волосы стояли дыбом, словно он как-то раз давным-давно сунул пальцы в розетку и с тех пор позабыл, что такое расческа. Он был симпатичным, но во взгляде светло-серых глаз, которым парень одарил меня, сквозила какая-то надменность. Или, может, злость? Я нагло уставилась на него в ответ.
Кто он? Что-то не верится, что у Момби или Герт могут быть дети. А вид у этого парня был таким пугающим, что у меня по коже побежали мурашки.
— У нее на боку была ужасная рана, Момби, — заявила Герт, глядя прямо в глаза колдунье. — Впрочем, девочка не стремилась ее лечить.
Момби даже глазом не моргнула:
— Железные солдаты. Камера охранялась. Пришлось импровизировать.
Герт кивнула, но не думаю, что действительно поверила. Может, посчитала, что колдунья просто меня проверяет? По другую сторону от Момби стояла величественная женщина в лиловом платье с запахом, плотно облегающем точеную фигуру. Ее лицо скрывал капюшон, но когда женщина скинула его, сердце мое пропустило удар. Передо мной стояла Глинда. Глинда, «не больно-то Добрая» Волшебница. Лучшая подружка Дороти, которая поработила жевунов и использовала их в качестве рабочей силы, выкапывая по всей Стране Оз огромные шахты. На ее губах не было ВечноУлыбки, но все же она улыбалась мне. От ее приторно сладкого голоска по спине пробежали мурашки:
— Зло не дремлет. Правда, Эми?
14
Меня бросило в холод. Нельзя было идти с Момби или доверять Герт. Но разве был у меня хоть какой-то выбор в тот момент, когда я стояла посреди темницы, ожидая Участи, что хуже Смерти, и слушала грохот шагов железных солдат? Нет. Не было.
— Она одна из вас? — спросила я; голос эхом разнесся по пещере.
Это что, своеобразная ловушка? Извращенное наказание, придуманное Дороти? Чтобы меня спасли, вымыли, вычистили, а потом просто-напросто отдали на растерзание ее злобной подружке, наряженной во все розовенькое? Да черта с два! Я шагнула назад. Потом еще раз. А потом резко развернулась и бросилась прочь. Придется как-то ориентироваться в лабиринте пещер, который мы миновали по пути сюда, но лучше сбежать, чем оставаться в замкнутом пространстве с кучей ведьм, обладающих безумными сверхспособностями. Если Бабушка Герт умеет читать чужие мысли, кто знает, что под силу остальным? Нет, нужно валить отсюда.
Словно из ниоткуда, на пути выросло нечто холодное и твердое, во что я и врезалась, после чего неуклюже сползла на землю. Но впереди ничего не было. Дорогу мне преградила невидимая стена. Смех Глинды повторило эхо. Возможно, зрелище действительно получилось забавное. С ее точки зрения. Должно быть, со стороны я напоминала дебильного мультяшного койота[5], в очередной раз грохнувшегося с обрыва.
Я почувствовала, как дико запылали щеки. Нет, не от смущения. Точнее, не только от него. Больше от страха и ярости. Но я все равно не смогла дать отпор, когда в плечо вцепилась невидимая рука и потянула меня, помогая встать на ноги. Убедившись, что я приняла вертикальное положение, Момби развернула меня лицом к колдуньям и подтолкнула вперед.
— Эми, — предостерегающе сказала она, — мы заключили сделку. Ты согласилась стать одной из нас.
— Я не знала, на что соглашаюсь, — заявила я в ответ, выкручиваясь из хватки Герт.
— Незнание не освобождает от ответственности. Заклинание произнесено, теперь ты связана с Орденом.
— Связана?
— Когда я спасала тебя из темницы, условие было таково: присоединиться к нам. Ты согласилась. Заклятие вступило в силу, и я не смогу его отменить, даже если захочу. Теперь ты в Ордене.
Я сложила руки на груди и сердито посмотрела на Глинду.
— Я знаю, на что ты обрекла жевунов! — выкрикнула я ей в лицо. — Ты, может, и кажешься милашкой, но я-то знаю, какая ты на самом деле.
— А! — воскликнула Глинда, звонко рассмеявшись. — Я не такая, как ты думаешь.
Глинда не стояла — она позировала, словно прекрасно понимала: она — роскошный лиловый цветок среди сорняков.
— Я не Глинда, а Гламора, ее сестра-близнец. Она Добрая Волшебница, а я Злая. И да, ты права, это она довела Страну Оз до состояния богом забытой дыры. Так что все относительно. — И женщина вновь рассмеялась.
Я подозрительно уставилась на ведьму. Близнец? Звучит весьма правдоподобно. Мне вспомнился самый первый день в Стране Оз: согласна, нельзя сказать, что она во всем походила на волшебницу, парившую над полем. В первую очередь они различались стилем. В отличие от упругих кудряшек Глинды, золотисто-рыжие волосы этой колдуньи были стянуты в тугой пучок. И пусть платье ее было столь же причудливым, как и наряд Глинды в тот день, но зато простым и элегантным и ни в какое сравнение не шло с вычурным кошмаром, напяленным на Добрую Волшебницу.
— Вы говорите «Злая» так, словно это что-то хорошее, — сказала я.
— Кажется, ты начинаешь понимать… — В голосе Гламоры сквозило лукавство. — Верх — это низ, низ — это верх. Добро стало Злом, а Зло — Добром. Времена меняются. Вот во что превратилась теперь Страна Оз.
Я огляделась, всматриваясь в лица Злых Колдуний, вернее, так называемых Злых Колдуний. Я нуждалась в ответах.
— Как вы нашли меня? — помедлив, задала я вопрос. — Как Момби узнала, что я упала с неба? Как вам удалось узнать, что меня держат во дворце?
«У нас есть глаза во дворце. Но и у его обитателей повсюду есть соглядатаи. Остальное же, увы, пришлось узнавать от тебя самой», — ворвалась в голову мысль. Чужая мысль.
— Эми, присядь. Позволь объяснить, — уже вслух заявила Герт.
Я проигнорировала этот приказ, сопровождаемый пронзительным взглядом. Не хотелось даже смотреть на колдунью.