- Может.
- Или засушить.
В квартиру ввалился кособокой походкой чупокабр. Похоже, кому-то пора худеть. Издал жирные вздохи сожаления, глядя на кухню. Видимо, в зверя больше ничего не поместится.
- Благодетель! У меня для тебя ещё один подарочек есть. Еле поймал эту мерзавку! В комплект! Пошли, вручать буду. Рыцарские перчатки у хозяйки в аренду спроси. Были.
Глава 41
Настя
Вот теперь я, пожалуй, побаиваюсь идти в дом. Если уж чупокабр обзавелся подпаленным хвостом, если двое каторжников не смогли справиться с тварью... А бандиту и вовсе потребуются жестяные перчатки! Где я их, интересно, возьму?
И, главное, зверь мой молчит. Никак не хочет сознаться, кого изловил. Брр. Аж холодок по спине. И мурашки танцуют пьяным табуном, то пронесутся по коже, то опять скроются.
- Несчастье, скажи честно, это дракон?
- Дракон в квартире не поместится, - поскреб щетину Антон, - ну, ничего. У меня есть домик в деревне. Ну, как у меня. У бабушки моей. Воспитает, кого хочешь, хоть дракона, хоть кота. Меня только не вышло.
- Значительно хуже. С драконом ещё можно договориться!
Мы втроём вошли в спальню, где надрывной сиреной разрывался мой телефон. Как же меня все достали!
Не глядя, приняла вызов.
- Настя! Как же так? - возопил динамик голосом сердобольной коллеги. Это она убеждала меня в беременности, когда я забирала вещи с работы.
- Как-то так, - дипломатично ответила я. Мало ли что могло случиться.
- Медуза Горгоновна сказала, что отправила к тебе Володю с перерасчетом, - я засунула руку в пакет с деликатесами. Нет, все же Антон – на редкость удачное приобретение в моем таборе. Трюфели, сыр, бельгийский шоколад. Отломить что ли кусочек? Вот только как выбрать? С перчиком или соленый? - Совсем совести нет у людей! С будущей матери трясти деньги!
- Медуза мне доплатила за отпуск! И я не беременна!
- Доплатила? Неужели у нее совесть проснулась? И после этого ты говоришь, что не в положении?
- Аня, я в этом совершенно уверена. Спасибо за заботу. Честно. Неожиданно, но очень приятно.
- Так я заеду? Мне кажется, ты врешь. Чтобы не показаться слабой, - кусок шоколада предательски застрял в горле. Я надрывно закашлялась, в полном ужасе глядя по сторонам. Нет, Далет не появился. Спасать некому, можно спокойно прокашляться, без риска получить перелом позвоночника.
- Ты рыдаешь? - продолжила Аня.
- Я кашляю! Подавилась куском шоколада.
- Ой! Володя вернулся! Прости, я потом перезвоню. Ты же знаешь, он в отдел кадров доложит! - бип-бип. Ненормальная! Но заботливая, что приятно. Выключила телефон от греха подальше. Ну его.
- Хозяйка, дай Антону перчатки в аренду. Благодетель полезный! Его нужно беречь!
- Я понятия не имею, где у нас рыцарский доспех!
- В кабинете. Так я провожу?
- Проводи! И я не беременна!
- Я и не сомневался. Трофей на кухонном столе. Береги! Но близко не суйся!
- Я тоже полезная?
- Хуже! Ты любимая, - исчез чупокабр из виду и, следом за ним, Антон.
На цыпочках я пробралась в собственный дом. Фух! А ведь и вправду мне страшно. В гостиной полная тишина, никто не спешит в квартиру за припасами. Может, и каторжники уже того? Закончились. Брр.
Пробралась в кухню. Далет навис над столом, в руке у него зажата шумовка. На сковороде скворчит мясо. Лео держит острый тесак в руках. Вот от кого, а от него я этого не ожидала. И главное, оба каторжника одеты очень оригинально. Володя расстарался, как мог. Белоснежные хлопковые рубашки заправлены под пояса грубых джинсов. Ещё и стоят оба босиком в напряженных позах. Оба бесстрашные и готовые ко всему. Рыцари, воины. Ну, или ковбои, на худой случай.
- Нужно ее зарезать! Только я не могу никак решиться. Все же самочка, - сурово заявил Лео.
- Самочка! Я навек опозорен!
- Меня? - сделала я шажочек назад.
- Исключено, - грозно ответил Далет, - Вы – сокровище мира.
- Благодарность выше чести. Я бы никогда не решился... Ыыы! - вскрикнул Лео и зажал щеку, - Щепку в ход пустила! Веревки ослабли!
Я тихонечко подкралась к столу, держась за широкой спиной мужчины. Все же так надёжнее. Поднялась на цыпочки.
- Гады! Совести у вас нет!
На столе, привязанная тонкой нитью к разделочной доске, лежала садовая гномиха. Чепчик сбился на сторону, юбочка задралась. Жилеточка с золотым шитьем порвана. Уж не об этой ли ткани так скорбел Анджей? Судя по всему, это кусочки его рубашки пошли на жилет. Но гномихе в любом случае он идёт. Бедная. И на пухлых щеках следы от слезинок. Так жалко ее стало. Мужа похитили, а на нее зверюгу натравили. Ужас какой!
Гномиха извернулась, сунула руку себе за спину, достала оттуда зубочистку и метко швырнула.
- Пригнитесь! - крикнул Лео, оттесняя меня. Берсерк грохнул шумовкой.
- Убью! - крикнула я.
- Лучше я сам! Мне есть за что мстить мерзавке, - отрапортовал Далет.
- Тебя убью! Не смей ее обижать!
- Я ее даже не тронул! Грохнул по столу, чтобы боялась! Хозяйка, она оплатила мне волосы головешкой из печи.
- Ничего не знаю.
- Где мой подарок? - вышел на кухню Антон под предводительством чупокабра, сияя новым доспехом. Даже нагрудник надел. Хорошо хоть знамя не взял. Или это оно свисает из пасти Несчастья? Нет, это собственный язык чупокабра.
- Мы поймали жену вашего гнома, - отступила от стола я.
- Жену? - склонился над столом Антон.
- Она расстроена пропажей мужа.
- Ля! - помрачнел бандит, - может, я ее завтра заберу? У вас клеточки нет, чтобы передержать? Ну или банки?
- Она переживает.
- Нет! В доме закончились все банки! - отступил в сторону Далет. Кстати, он же не мог напасть на свободного? Но на Антона, выходит, напал. Даже нож к горлу приставил.
- Да? Боюсь, кранты моему гномику. Он же вчера, как я его домой принес, все сундуки зерном затарил. Ну, это поначалу. Я ему пакет гречки сунул. Чё дома нашлось. Потом в бочки воды набрал. Я ж не зверь, с понятием. Бутылку с минеральной к клетке подсунул. Ну а дальше... Короче у меня холодильник полный всегда и бар тоже. Гномик воду из бочек вылил, потешный такой! Вином все заполнил. Потом вылил, виски набрал. Зерно рассыпал. Запасы буженины сделал. Ну и там, по мелочи. Короче, когда я уезжал из дому, у него все ларцы деликатесами были заполнены. И в бассейне был вишневый сок. Чую, хана гномику от жены.
- Почему?
- Потому, что он вырезал из пробки себе кресло-качалку и прохлаждается в тени дома, периодически зачерпывая из бассейна рюмочку-другую вишнёвого сока. А бабы такого не любят, - по щекам гномихи потекли горькие слезы. Не то от скорби по потерянному мужу, не то потому, что зубочистки в колчане закончились. В тон ей вздохнул Антон, - Ладно уж. Возьму. На развод! Нет, ну а что? Расплодятся, так хуже точно не будет. Из салона же к моему красавцу ни одна массажистка не завернет. Эх! Была, не была. Забираю! Если чё, похороним моего Ваньку под пальмой со всеми почестями. А ты, значит, Матильдой будешь, - сцапал он разделочную доску с привязанной гномихой и сунул за паузу прямо к сердцу. Лео ощутимо вздрогнул.
- Почему Матильдой?
- Личиком очень похожа на мою зазнобу. Точно такая же стерва.
- Ясно.
- Ну, что, я тогда пошел? На море уж в следующий раз. Да не трепыхайся ты там! - охлопал бандит свой нагрудный карман, - Жив твой мужик. В неравном бою с дверью в домик не помер! Далет! Мое уважение. Круто ты меня заломал. Не ожидал.
- Благодарю.
- Кстати, а почему ты вообще смог напасть на Антона? Ведь артефакт. Мне говорили, что он не даёт напасть на свободного? Прости, - на меня уставились изумрудные глаза, полные самого искреннего изумления.
- Антон каторжник, точно так же как я. На нем стоит клеймо.
- Каторжник? - изумилась я искренне, вспомнив слова той эльфийки, что пропустила на Землю. Интересно, кстати, куда она подевалась?
- Было дело, по малолетству. Попался, - кивнул согласно Антон,- я дверь за собой сам закрою. Не поминайте лихом. А на море я уж потом загляну. И в город. Здесь же рядом есть город?