- А Толик что? - испанский стыд, а не свекровь! Ее даже бандиты не смогли запугать!
- Толик? Он такой душенька! Говорит, или ты от Насти отстанешь, или я тебя сейчас...! Кричи не кричи – никто не услышит! На всю жизнь запомнишь! Ну я и выбрала второй вариант из предложенных. Дурой надо быть, чтоб отказаться. Я женщина свободная, вдовая, уже десять лет как! Толик пытался изобразить из себя "не такого". Но ты же знаешь, если я настроилась, меня уже с пути не свернуть.
- Как цунами.
- Именно так. Да и потом, я женщина с опытом. Разве были у него шансы уйти? Сама подумай! Хорошо... - мечтательно протянула Галина Николаевна, - Ты только сыну моему не рассказывай.
- Не расскажу.
- И кругом лес. Никого. Можно не бояться, что соседи полицию вызовут, не сдерживать рвущихся наружу эмоций! Ох, я и дала себе волю! Чуть голос не сорвала. Закончили дела амурные, Толик на лавке дремлет. Устал, мальчик. Я его простынкой накрыла. Там они хорошие такие. Домотканые. Я на добрую память штук десять взяла в сумку. Дверь, смотрю, отворяется. Газовщик зашёл! Я вся красная, распаренная! Ух! В уголок спряталась. Газовщик охнул, как Толика под простынкой увидел. Говорит, велено же было не кончать ее! Ты чё сотворил? Я дверку тихонько ногой захлопнула, чтоб пар на улицу не утек. Засов задернула, чтоб уж наверняка. Говорю парню: «Со мной можно все!» Он как охнет! За сердце схватился.
- Бедный!
- И не говори. Я сердечно-легочную реанимацию и провела, как сумела. Он вырывался сначала, но я-то уже настроилась!
- А потом?
- Что потом, что тебе рассказывать? Дело-то житейское. От меня ещё никто не уходил так просто. В город вернулись. Парни всю дорогу молчали. Эх. Стеснительные попались. Даром, что из бывших военных. Такие красавцы! Все трое.
- Галина Николаевна!
- Спасибо тебе, доченька! За всю жизнь никто мне такого подарка не сделал как ты! - свекровь исполнила мастерский бросок и придушила меня в объятиях. Ребра, похоже, болеть будут долго. Хорошо, если не сломала, - Пойду я, пожалуй, - ослабила она свою хватку и вцепилась испытующим взглядом в мое лицо.
- Что-то не так?
- Округлилась ты, Настя. Пополнела. И глаза у тебя стали такие, знаешь, как будто ты хранишь внутри великую тайну и сказать об этом не можешь.
- Глаза как глаза.
- Э, нет. Такие только у беременных бывают. Все-все, молчу! И вообще, я ушла. Мне консерву надо купить. Тренироваться лаять. Вдруг кто ещё возьмёт меня в хорошие руки?
Еле выпроводила. Уф! Боюсь, Антон добился обратного эффекта! Теперь от свекрови так просто я точно не отвяжусь. Это же надо было! Соблазнила бандитов! Я бы даже сказала, использовала себе на пользу. Н-да. У Галины Николаевны только учиться. Любую ситуацию вывернет на свое благо. Так и не поймёшь, то ли она полная дура, то ли, напротив, очень умная женщина.
Но стыдно все равно почему-то мне. Хорошо ещё, Сашка не в курсе, в какую историю я вляпала его мать. Повезло.
Руки чешутся заглянуть поскорее за волшебную дверь. Пусть не до моря дойти, но хотя бы немного прибраться. Да и потом, как было бы сейчас здорово раскинуться в кресле, затопить камин, вывесить на вертел кусок мяса над углями. Можно ещё и пару картофелин в золе. МММ. Хочу.
Вот только птичье гнездо в трубе меня останавливает. Ну не могу я изжарить живьём птенчиков. Надо как-то достать их оттуда. Лестница в камин не поместится, не самой же по верёвке лезть? Опасно, я точно рухну или застряну. В дом пускать никого нельзя, это уже понятно. И что делать? Чупокабра попросить? Угу. Он гнездо разве что разорить может. Нет уж, так не пойдет.
Может, тогда застелить все лоно камина подушками или, ещё того лучше, пупырчатой упаковочной пленкой. Тогда гнездо можно будет сбить палкой и аккуратно вынести вместе с птенцами наружу. Если в нем, конечно, есть те птенцы. Может, гнездо давно пустует. Тогда и волноваться не о чем, то есть не о ком.
Вот только как это узнать? Самой не залезть, это факт. Можно было бы снять телефоном, приблизить изображение. Нет, тоже не вариант. Ракурс не тот. Остаётся найти длинную палку, примотать к ней телефон, включить видеосъёмку. Отличная идея. Дело осталось за малым, раздобыть палку и запихнуть ее в трубу. Ну и где я такую возьму? И как засуну внутрь? Может, удочка подойдёт телескопическая? Такие же продают.
Из-под раковины выглянула наглая морда, облизнулась.
- Ушла?
- Ушла, вылезай. Ты случайно не знаешь, кто подкинул нам мясо под дверь?
- Знаю.
- И кто?
- Хороший человек. Плохой бы так не поступил, это точно, - зверь подошёл к холодильнику, ловко распахнул дверцу, - Индюшка! Ей нельзя мёрзнуть! Иди сюда, я обязан согреть тебя! Хозяйка, затапливай печь! Нас ждёт восхитительный ужин. Ты, я и этот подарок богов!
- Знать бы ещё, как зовут тех "богов", и чем мы будем обязаны им за все это богатство. Кстати, ты обещал сказать, где ключи от дверей.
- Обещал, - чупокабр подцепил когтем тушку и выудил ее из морозилки.
- И?
- В доме, где же ещё. В самом главном и лучшем тайнике Карла, в самом надёжном.
- И где он?
- Ты купила сметану? Нет?
- Нет!
- Зря. Без нее ни одна платная дельная мысль в голову не приходит. Ключи? Подумаешь, ключи. Открыть двери не сложно. Сложно понять, стоит ли вообще их открывать. И если открывать, то какие. Через дверь можно не только выйти, но и войти. Мало ли, кто решит нас с тобой навестить? Во всем доме нет ни одного достойного стража. Магии у тебя тоже пока не особо, я ещё не окреп. Вломится к нам василиск, и что будем делать? Он прожорлив. Все запасы подчистую подъест, и глазом моргнуть не успеешь. К тебе, кстати, пришли. Я слышу, как дышат в замочную скважину. Иди, встречай гостей.
- Василиск?
- Дурочка, у него лап нет. Он бы приполз. А эти пришли на восьми ногах.
- Паук?!
- Хуже.
- Кто тогда?!
- Людишки.
Герцог Лео
В себя пришел уже в порту на палубе старого судна. Глаза чуть слепит рассвет грядущего дня, в котором мне, герцогу, места не будет. Смешно. Я умер и лежу где-то в лесу. Надо поскорей выбираться, чтоб вернуть себе имя. Руки стянуты ремнем за спиной. Не сказать, что успели сильно затечь. Видимо, связали недавно. Перед тем как пытаться что-либо предпринять, неплохо бы осмотреться. Где я, черт возьми, вообще нахожусь? Постарался прикрыть глаза, чтоб мои похитители не поняли, что я уже очнулся.
Парусник небольшой, скорее всего, рыбацкая или торговая шхуна.
Разноцветные тюки свалены небрежно на краю палубы, снуют матросы. Приподняты, но до конца не развернуты паруса. По всему видно, что корабль готовят к отплытию. Голова дурная, но почти не болит. Магии вот только не чувствую. Так, слабый росточек где-то в груди скребётся. Будто дар просыпается впервые. Чем же Льюис меня опоил? Откуда он вообще взял колдовской рецепт зелья? У чернокнижников? Брр.
Палуба дрожит под ногами матросов. Кто-то, проходя мимо, плеснул на меня воду из кадки. Стоит, ждёт, когда я очнусь. Пришлось мотнуть головой.
- Где мы? Какой это порт?
- Амстем. Сейчас приведут городового и стражу, - парень поспешил скрыться из виду.
Амстем. Что ж, не так уж это и плохо. Город входит в надел графа Аиша, это западнее моего герцогства. Приятное место. Пару раз я даже входил в этот порт на своём судне.
Чувствую, денёк предстоит не из приятных. Надолго я стану главным героем сплетен. Постарался сесть, облокотившись на мешок с зерном. Это далось не просто, мешают связанные за спиной руки.
Моих несостоявшихся убийц ждёт громадный сюрприз. Как только ботинок градоначальника ступит на борт, мне уже можно будет не опасаться за свою жизнь. Сильный маг, наделённый регалиями, легко справится с кучкой матросов. Тем более, с укравшим меня магом. Достаточно мне назвать свое имя, и все решится. Вот только репутацию мою украсит пара нелепых пятен. Дать себя похитить и вывезти на корабле! Идиотизм. Просто верх глупости! Сколько времени, интересно, я пробыл в магическом сне? Должно быть, пять часов, может, шесть. Тело сокольничьего уже наверняка доставили к баронессе и, вероятно, опознали гербы, вышитые на одежде.