- Я думала, они меня прям там порвут, - нервно усмехнулась она, - Не любят у вас тут гостей, как посмотрю.

- Таких, как вы, нигде не любят из-за ваши головы готовы платить, - серьёзным тоном произнёс я.

- Начнем с того, что я теперь не с ними, - стала оправдываться она, - Точнее, не с ним, не с парнем. Я была под его влиянием, а после того, как он меня кинул, готова лично ему яйца открутить. В шакале есть своеобразные люди, но не все хотят крови. Андрей, мой бывший, выстраивал политику жестокости и силы, собирая всякий сброд. Его шестерок многовато и против них вступит только самый отчаянный псих.

Был однажды бунт, но его очень кроваво подавили. Рыба гниёт с башки, тот, кого берут в банду, должен убить, чтобы доказать свою верность. Не убил - умрёшь. Я не думала, что он меня заставит это делать, но он настоял. Разве я зря, говорит, я трачу патроны и учу тебя стрелять, выживать? Козлина, во всём ищет выгоду и жаждет поддержки со стороны близких. Плодит вокруг себя кровожадных маньяков, как и он сам. У меня не было выбора, а выступить против я боялась.

Когда он меня бросил, страх сменился жаждой мести. Что же, он сам меня такой сделал. Ты прав, Стас, я провожу вас в шакал и постараюсь помочь.

Её серьёзность меня поразила. Впервые вижу её такой. И никаких "Стасик" и заигрываний. Думаю, она настроена решительно. Ну, тогда нам по пути. Она показала себя неплохим компаньоном, и если Рита говорит правду, я имею больше шансов на успех.

- А моё мнение кто-нибудь хочет знать? Может я не хочу идти к шакалам, а хочу пожить для себя? Стас, друг, я тебе обещал довести и довёл. Переночую с твоего позволения, позаимствую патронов, если одолжите, и пойду по своим делам.

Возразить я не мог. Этот человек невероятно много сделал для меня и я не вправе просить больше.

- Спасибо за помощь, дружище, - сначала стукнулись наши с ним стаканы, потом мы чокнулись с Ритой, - Всё, что попросишь. Я твой вечный должник.

Мы выпили. Ароматный коньяк мягкого обжёг горло, теплом растекаюсь по желудку.

- Да вы гоните, ребят, - басовито сказала Рита, - Ты что, Мишуль, сливаешься?

Она защипала его за бока, когда он разливал. Часть дорогого алкоголя пролилась на стол.

- Нет, Рит, - отстранился, улыбаясь, Миша, - Я тебе был не интересен до этого момента. Ты даже впервые назвала меня по имени только сейчас. Твоя магия не пролезет больше, даже не пытайся.

- Ну - ну, - она хитро улыбнулась, глядя на него, - Ещё не вечер.

- Я не пойду с вами, уж прости - отрезал он, выпивая в одного.

- Сейчас прийду, - сказал я и пошел к себе в комнату.

Когда вернулся, у меня в руках был планшет. Сев рядом с Мишей, я стал листать галерею:

- Это моя Анюта. Помнишь, я обещала тебе показать?

Фотки листались. Миша разглядывал девочку, улыбавшийся почти на каждом снимке. Даже Рита влезла поверх наших голов, рассыпав волосы по экрану, которые собрала и закинула за плечо, открывая шею с Мишиной стороны.

До чего же коварная девчонка!

Пока они смотрели наши с дочкой фотографии и слушали мои комментарии, в двери постучали.

Нас уведомили, что баня готова и можно идти мыться. Я достал полотенца, подобрал шмотья на сменку, решив постирать форму, раздал тапочки и мы двинулись.

Риту пропустили вперёд, охраняя снаружи и коротая время тем, что делились впечатлениями от похода. Когда она вышла, попросила Мишу её проводить. Я лишь усмехнулся и пошёл раздеваться.

Спустя некоторое время Миша вернулся озадаченный.

Добротно напарившись, постирав вещи, мы вернулись ко мне домой. Рита заняла мою кровать и вроде как спала. Отправив Мишу в ту же комнату, я отправился в спальню дочки и запер дверь.

Последнее, что запомнил перед тем, как провалиться в глубокий сон, были звуки драки из моей комнаты, даже вроде кто-то кричал.

Пробуждение выпало на шесть вечера. Видимо, так уж настроился мой биологический будильник. Выйдя на кухню, я застал такую картину: Миша, с фингалом под глазом, шушукается с Ритой, а руки их переплетены "на брудершафт" и держат стаканы.

Девчонка в одной футболке, Миша в трусах. Горит буржуйка, согревая кухню, на столе стоят консервы. Улыбнувшись, я сел за стол, открывая банки.

- Доброе утро, соня, - пропела Рита.

- Мгм, - согласно кивнул я, жуя тушёнку и глядя на этих двоих.

Миша так и сияет, Ритка лукаво улыбается. Я так рад, аж бесит.

- Ну... чого? - жевал я, улыбаясь.

- Стас, я пойду с тобой, - серьезно сказал Мишка, - Просто не представляю, как ТЫ, ТАМ, да ещё и без МЕНЯ, справишься.

Прожевав и отодвинув банку, я уставился на него:

- Ты же сказал, что уйдёшь.

- А ты сказал, что с Анькой познакомишь, а не фотки покажешь, - парировал он.

Сказать, что я благодарен этому парню, значит ничего не сказать. Я был ему глубоко признателен, хотя и понимал, что тут Рита приложила руку и пойдёт он скорее за ней. Тем не менее...

Семёныч возглавил остатки выживших и предстоящую операцию мне пришлось обсуждать с ним. В бойцах он мне отказал, объяснив, что детей и женщин должен кто-то защищать, а на столь огромный лагерь людей не хватит. Плюс к этому добавил, что собирается отправить отряд за пропитанием, так как склады пусты и есть почти нечего. Всех женщин он собирается с детьми спрятать в подвале.

Я принимал политику нового лидера Норда и был полностью с ним согласен.

- Я бы и тебя не отпустил, сынок, - сказал старик, - Да идёшь ты на благое дело. Вытащи наших и постарайся вернуться живым, договорились?

- Замётано!

Мы обнялись и расстались.

Единственное, чем нам существенно помог Семёныч, так это патронами и тайком положил АК-74 с пистолетом Макарова на заднее сиденье внедорожника в благодарность Рите за помощь.

Солнце спряталось за деревьями минут тридцать назад. На выезде из леса в лобовое прилетели первые капли дождя. Доехав до города, мелкий дождик перерос в ливень.

На въезде я засмотрелся на стоящий возле первого дома чёрный внедорожник и пытался вспомнить, был ли он там вчера. И мне казалось, что нет. Оглянулся и попытался разглядеть где-то в темноте - бесполезно. Может, я просто паранойю? Вроде выспался, восстановился...

Дальнейшие события происходили как в кино: на дорогу перед нами выскочил такой же чёрный внедорожник, в котором я узнал Сабурбан, перекрывая путь.

Резкая остановка, Эскалейд слегка завернуло. Сзади загорелись фары другой машины, отрезавшей нам отступление. В один момент двери нашего Cadillac распахнулись и маски-шоу стали выдёргивать нас из салона и валить на асфальт, тыча в лицо пушками. Укол в шею... Падение... Тьма...

В себя мы пришли практически одновременно. Когда я поднял голову, Миша пытался проморгаться. Спустя минуту очнулась Рита и забегала глазами по пустой комнате, в которой не было ничего, кроме потолочных ламп и двери.

Голова моя была набита ватой, потому спешить вставать я не стал, облокотившись спиной к стене, сидя напротив двери. Рядом - справа - примостился разведчик, а чуть дальше в углу приютилась девчонка, зевая.

Щёлкнул затвор и дверь распахнулась. Вошли два объёмных дяди в костюмах охранников и встали по углам напротив нас, пропуская вперёд старика с густыми, но седеющими волосами, зачёсанными "волной" вверх и ложились вправо; лоб прорезала сетка морщин, под усталыми, но умными глазами проступали тёмные мешки. Большие уши и рот с оттопыренной слегка нижней губой выдавали ассоциации с человеком учёным, не знаю почему, но кажется так раньше выглядели почти все лауреаты Нобелевской премии. Дополняла образ густая "козлиная" бородка, строгий костюм, белая рубашка и красный галстук.

Старика сопровождала миловидная девушка примерно одного с Ритой возраста, но выглядящая более мягко и женственно. Об этом говорила её сдержанная улыбка и ласковые глаза, слегка затенные, аккуратные брови, сужающийся к вискам, густые прямые чёрные волосы лежали на плечах.