– И что ты выбрал? – с нетерпением спросил калека.
– Во славу империи, – тихо ответил паладин. – Во славу империи…
– Император выжил, ты убил дракона, – непонимающе произнес Жак. – Все ведь закончилось хорошо?
– Я не слышал про Риту, – подал голос Медянщик.
– Рита была возлюбленной не только императора, – догадался Гурт.
– Она была словно ангел, – прошелестел паладин. – Великий ангел, чей свет ослеплял и заставлял трепетать сердце.
– Ты любил ее, – кивнул Буран. – Любил возлюбленную императора, зная, что тебе она не достанется тебе никогда.
– Мы про нее не знаем просто потому, что Кусо хотел оставить ее имя в покое, – высказал предположение Родгаз.
Темный паладин не ответил. После долгой паузы он продолжил уже с другой темы, не желая больше упоминать возлюбленную:
– Тогда я убил невинного во второй раз, – проскрипел Арт и встал на колени. Поставив перед собой меч, он уперся лбом в гарду. – Кусо тогда просил меня спасти Риту. Я мог, но…
Десяток секунд молчания паладина закончились тихим шепотом:
– Во славу империи…
– Что было потом? – спросил Мак, задумчиво глядя на Чистейшего.
– А потом предел пошел в разнос. Сила хлынула по миру и вышла из земли природными источниками. До этого вся сила переходила к богам, но большая часть рассеивалась в воздухе. А после они очень быстро растеряли остатки разума и растворились в стихиях. Богов не стало меньше чем за десяток лет. – Тьма текла по щекам Арта и с подбородка капала на пол. Несколько скатились по носу и перетекли на лезвие. Надпись на старом имперском «Во славу империи» начала наполняться тьмой. – Так я убил невинных два раза. С тех пор под нашим солнцем не осталось ни одного бога.
– Кусо не простил тебя за Риту? – спросил Мак.
– Не простил, – прошептал Арт.
– И ты ушел к паладинам в братство. Так? А как же меч?
– Раккоташ обратилась к бездне в последний момент, но клинок успел поглотить её душу. Бездна сводит с ума и заставляет творить безумства, но меня она так и не взяла. Мой дар – мое проклятье. Никто, кроме меня, не смог носить этот меч. Он так и остался со мной… Паладин-герой, паладин-изгой… С клинком, двумя убийствами невинных… И кровью той, чей взгляд заставлял сердце трепетать…
– Это не похоже на сказку, – тихо отозвался Жак.
– За то на правду очень, – кивнул Мак, продолжая разглядывать паладина, стоящего на коленях во мраке комнаты.
Родгаз молча поднялся и спокойным шагом подошел Арту. Он с кряхтением от дикой боли опустился на колени и взялся за стальные перчатки паладина.
– Император Кусо дал мне второе имя «Смерть невинных». «Чистешийм» меня называли только в братстве паладинов. – признался мертвый паладин.
Родгаз не стал отвечать или расспрашивать. Он лишь тихо зашептал молитву на староимперском:
– «Простите меня, святая дева и силы света, что шли за делом и словом моим…»
Темный паладин подхватил молитву и зашептал вместе с ним. В этот момент, впервые за тысячелетия оружие в руках восставшего из мертвых убийцы начало светиться нежным желтым светом.
Умерший века назад паладин впервые после смерти смог исповедоваться.
* * *
Темный подмастерье и бывший следователь стояли у края стены над воротами. Родгаз рассказывал о том, что он успел сделать с замком:
Калека указал на поле перед центральными воротами.
– Вот тут и тут мы разместили твои артефакты. Паладины старались сделать это незаметно, снимали дерн, а потом уже копали. – Предводитель сборной армии указал на небольшой пригорок и чахлое деревце на другой стороне поля. – Под деревом было трудно что-либо разместить. Боялись повредим корни, но, слава светлому началу, второй артефакт был небольшой. Огромную яму копать не пришлось.
– Хорошо, – кивнул Мак. – Вам нужно будет продержаться до нашего прихода.
Родгаз кивнул и немного помявшись, спросил:
– Я спрашивал у Арта, но он не ответил. Поэтому хочу спросить у тебя. Что может его меч? – калека сжал рукоять своей клюки покрепче. – Мне доводилось читать манускрипты о Арте Чистейшем и я не смог припомнить ни одного упоминания о его свойствах. Говорилось о великой темной силе, заключенной в его меч, но о том что он может – ни слова.
– Это оружие создано из плоти дракона, – начал пояснять Мак. – И цель его создания была однозначной – уничтожить Раккоташа. Потом его еще доработали, чтобы оно могло заковать душу обезумевшего от бездны дракона и хранить его вечность. То, что артефакт имеет форму меча – всего лишь особенность конструкта. Не более того.
– Это всего лишь хранилище? – удивленно уточнил Родгаз.
– В связи с бездной в том камне, он кое-что все же может, – пожал плечами Мак. – Мы проверяли на манекенах, и я не смог поставить защиту, которую он не прорубил. Однако, когда защиту ставил Буран – оружие оказалось бессильным.
– Он может разрушать защиту?
– Только темную. Если в ней хотя бы капля другой стихии – он оказывается совершенно бесполезным. – уточнил Мак. – Ну и как сам он говорил – он может запереть прорыв бездны. Больше от этого меча нечего ожидать. По крайней мере Арт так сказал.
– А что за свечение от него шло, когда он исповедовался?
– Когда в артефакте спрятано очень много силы – он может приобретать зачатки разума. – Видя, что калека начал хмуриться, Мак тут же уточнил: – Только зачатки! Он может узнавать хозяина – человека с которым провел достаточно много времени. Иногда сильный артефакт может начать сопротивляться использованию в чужих руках.
– Арт тысячелетия провел с этим мечом в камне, и он его принял?
– Не совсем. Камень из меча он отдал, – пояснил Мак. – Меч засвидетельствовал искренность слов Арта.
– Значит, скоро сюда действительно заявится всей сворой Шимат, – вздохнул бывший следователь.
Повисла небольшая пауза, которую прервал тихий голос темного подмастерья.
– Иногда мне кажется, что наш план шит белыми нитками… – признался он. – Может, они не придут, а осадят замок и будут выжидать. Или оставят гарнизон в крепости, где находится Левитания, или ее уничтожат в последний момент, или…
– Они придут. Обязательно придут. Я знаю о нескольких артефактах, реликвиях Шимат, которые они изготовили из плоти своего господина, – калека недовольно поджал губы и продолжил: – Они использовали некромантию и темную магию, чтобы сохранить его части. Они надеялись заполучить душу Раккоташа обратно и воскресить его.
– Бездна сильно меняет… – начал было подмастерье.
– Попробуй это объяснить им, – кивнул Родгаз в сторону леса. – Часть артефактов указывали на «клинок великой скорби» словно компас. Надеюсь, ты понимаешь, что компас Шимата всегда указывал на империю?
– И сейчас все артефакты указывают на нас, – кивнул Мак. – Они уже пытаются рассмотреть близлежащие земли. Жаль, замок стоит в низине.
– Погоди, ты заметил их попытки разведать? – тут же спохватился следователь.
– Да. Это означает, что Шимат идет сюда. Надеюсь, что они сорвутся с цепи и наделают глупостей. Все приготовления – они не просто так. – кивнул темный подмастерье. – Нам нужно обломать зубы всему Шимату и вытащить Левитанию.
Родгаз вывернул шею, чтобы взглянуть в лицо темного подмастерья и спросил:
– Ты готов рисковать людьми ради этой женщины?
– Готов, – кивнул парень. – Но дело не только в ней. Мы уничтожили больше трех сотен магов. И Шимат это понял. Мы можем уничтожить еще столько же, но после этого они станут осторожнее. На нас начнется охота. В итоге наш способ борьбы рано или поздно сойдет на нет. Но и это не причина собирать тут кулак вражеской армии.
– Тогда зачем?
– Мы долго были на вражеских землях и допрашивали каждого, кого могли поднять или призвать с того света. Мы выясняли, сколько сил в каждой крепости. – Темный подмастерье взглянул бывшему следователю в лицо и уверенно произнес: – Вокруг сил в три раза больше, чем вы предполагали. Они могут в любой момент смести вас и пройти вглубь страны.