На пятидесятый день после исхода евреев из Египта, Моисей вместе со всей своей паствой добрались до горы Синай, что на юге Синайского полуострова. Я велел Моисею оставить евреев у подножия горы, а самому подняться на вершину и ждать сорок дней дальнейших указаний. На сороковой день я начертал десять заповедей на двух каменных скрижалях и передал их Моисею. Когда Моисей после сорокадневного пребывания на горе спустился со скрижалями в руках и увидел, что народ, забыв обо мне, пляшет вокруг статуи быка, которую они сделали из золота, то пришёл в такой страшный гнев, что разбил о скалу скрижали с заповедями. После того, как все евреи раскаялись в содеянном, я велел Моисею вытесать две новые каменные скрижали и принести их мне для повторного написания десяти заповедей.
Сорок лет после этого Моисей водил евреев по Синайской пустыне. Всё это время я приглядывал за ними. Моей главной заботой было кормить и поить их каждый день, все эти сорок лет. Я облетал их на огромном невидимом грузовом самолёте и сбрасывал им сверху хлеб и бутылки с водой при помощи невидимых беспилотников. На то, чтобы создать еду и воду для всех этих людей, каждый день у меня уходила куча времени. Наконец, спустя сорок лет скитаний, евреи добрались до Израиля. Моисей умер перед самым входом в землю обетованную.
Прошло уже более семи часов, как Александр начал свой рассказ в кабинете психолога. Был уже вечер, рабочий день уже закончился, солнце клонилось к закату. Психолог не переставал восхищаться простоте описываемых событий. Ему самому такое никогда бы и в голову не пришло. Пепельница была полностью заполнена окурками. Психолог выбросил пустую пачку сигарет в урну, достал новую, вскрыл её и снова закурил.
– Я так понимаю теперь начинается самая интересная часть вашего рассказа, да?
– Да, док, мы плавно подходим к рождению Иисуса Христа.
Я долго искал ту самую Марию, и вот наконец, находясь в Назарете, я увидел на рынке девушку и влюбился в неё с первого взгляда. До этого момента я не думал, что любовь с первого взгляда вообще существует, да что там, вообще любовь, как таковая. Я никогда до этого ни в кого не влюблялся, не был женат и не имел детей. Но теперь я как будто воспарил над Землёй. Я подошёл к ней, заговорил с ней, представился ей, сказал, как меня зовут, спросил у неё, как зовут её и, когда она назвала мне своё имя, я понял, что это та самая Мария. Я признался ей в своей любви к ней, она тоже призналась мне, что влюбилась в меня сразу, как только увидела меня. Так что, это была не просто любовь с первого взгляда, это была обоюдная любовь с первого взгляда. Как у великого Булгакова: «Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! Так поражает молния, так поражает финский нож!». Мы пошли к ней домой и всю ночь любили друг друга. Она была чистой, до меня у неё никого не было и после меня тоже. После той ночи мы больше никогда не виделись. Я знал, что так надо, мне было очень больно, а ей ещё больнее, но я ей всё рассказал, не мог не рассказать, и мы оба согласились, что по-другому быть не должно. И хотя мы больше не встречались и не общались, я всегда присматривал за ней, вплоть до самой её смерти.
И вот через девять месяцев, в Вифлееме, родился мой сын – Иисус Христос. Незадолго до его рождения на небе появилась Вифлеемская звезда, я так понял это была вспышка сверхновой, но точно не комета Галлея, так как она пролетала мимо Земли за двенадцать лет до этого. Именно, ориентируясь по Вифлеемской звезде, волхвы нашли место рождения Иисуса и пришли поклониться ему, как царю Иудейскому.
Когда Иисусу исполнилось двенадцать лет, я встретился с ним и всё ему рассказал, как ранее рассказал Марии. Я объяснил ему, что когда ему исполниться тридцать лет, он должен будет навсегда покинуть Израиль и отправиться жить далеко на восток, где его никто не знает. Он полностью согласился со мной и с покорностью принял всё, что я ему сказал. Когда ему наконец исполнилось тридцать лет, он попрощался со своей матерью и ушёл на восток. Он поселился на Гоа и жил там до самой смерти, когда ему был сто один год. Там он был известен под другим именем, а именно, Кришна. Он там за всех них стоял, он им всё, и они ему всё, кто его знал, тот в курсе, он там людей воспитывал. Я не раз потом ещё навещал его там. У Иисуса была большая семья, он женился, у него родились дети, много детей. У них, в свою очередь, родились свои дети, у тех свои и так до наших дней. Они живут по всей планете, а некоторые из них даже за пределами Земли и даже за пределами Солнечной системы. Так что, как видите, у меня большая семья!
Я же, в свою очередь, когда Иисус навсегда покинул Израиль, при помощи материальной голограммы принял его облик и начал проповедовать людям от его имени. Вокруг меня собралось много последователей, из которых я избрал сначала двенадцать своих ближайших учеников – апостолов, а затем других семьдесят, уже менее приближённых, которых я также называл апостолами. На момент моего распятия и «воскресения» у меня было более пятисот последователей.
С помощью репликатора материи я изменял атомарный состав воды и превращал её в вино. Создавал хлеб и кормил им пять тысяч человек во время проповедей. Уменьшал расстояние между атомами и молекулами воды до такой степени, что она становилась твёрдой, и по ней можно было спокойно ходить. Неньютоновская жидкость в действии, так сказать. И только воскрешать мёртвых я не мог. У Лазаря была летаргия и, когда я явился домой к нему и его двум сёстрам, он уже четыре дня находился в летаргическом сне. Благодаря чипу, я полностью разбираюсь в медицине, могу проводить сложнейшие хирургические операции, и я сразу понял, что Лазарь не мёртв, хотя все остальные именно так и думали. Я создал универсальное лекарство от большинства болезней, в том числе и от летаргии, и пока никто не видел, влил его Лазарю в рот. Через две минуты он пришёл в себя, и все подумали, в том числе и сам Лазарь, что я воскресил его из мёртвых.
Наконец наступил день моего распятия. Меня отвели на Голгофу, я сам нёс на себе крест на котором меня потом и распяли. Боли я не чувствовал, так как заранее принял капсулу с сильнодействующим обезболивающим. Коммуникатор и одежду я заранее спрятал и зарыл в землю в гробнице, вырубленной в скале, где должны были похоронить моё тело. Рана под ребром от копья зажила уже на следующий день после распятия, а ещё через день я полностью пришёл в себя, надел коммуникатор, оделся и вышел из гробницы. После этого я явился ко всем своим ученикам, только уже в своём настоящем облике. Они не сразу меня узнали, но когда я продемонстрировал им свои «чудеса», очень обрадовались. Не было среди них только Иуды, после того как он понял, что натворил, его замучили угрызения совести, и он повесился на осиновом дереве.
После своего «воскресения», я в течение сорока дней являлся собранным вместе апостолам, укрепляя их веру в меня. В сороковой день я повёл их на гору Елеонскую, где на вершине горы объявил им о своём возвращении, но не сказал когда. Перед этим я создал реактивный ранец и сделал его невидимым, надел его и, когда произнёс последние слова своим ученикам, взлетел. Я взлетал вверх, всё выше и выше, люди подо мной становились всё меньше и меньше и, когда они полностью скрылись из виду, я улетел.
Я создал христианство, ислам и иудаизм, под мою диктовку писались Библия, Коран, Тора и Талмуд. Конечно, события в них описаны немного иначе, чем было на самом деле, но в противном случае люди того времени мало, что поняли бы. После этого я никогда никому больше не представлялся Богом, до сегодняшнего дня. Я жил, как обычный человек, много путешествовал по всей Земле. Особенно мне нравились восточные страны, такие как Индия, Китай и Япония, там всегда была очень развита духовность. Также мне нравилось посещать Европейские страны, особенно Грецию, Францию и Италию – Европейская кухня, искусство, культура и архитектура потрясающие. Но больше всего я скучал по России. Это я основал Киев и Новгород, и я был первым правителем Руси – Рюриком.