Царевич Султан Хусайн и царевич Халил Султан пошли по дороге Джимджимала и напали на Мандали. Каландар-бек, нукер Султан Ахмада, перейдя Шатт[1137], собрал воинство от тамошнего населения и остановился на берегу Тигра. Царевич Халил Султан послал Паянда Султана, сына Джахангир Барласа, с пятьюстами воинами вверх по реке, чтобы они, перейдя реку, преследовали тех. А сам с войском остановился напротив них. Паянда Султан, перейдя реку, встал за теми, окопавшись. Войска, которые были напротив них, бросились в реку, как ветер, одолели ее и, напав на тех злосчастных, многих перебили, отобрали имущество.
Царевич Пир Мухаммад и Сулайманшах-бек напали на людей шеки и фили[1138]. Царевич Рустам, пришедший для зимовки из Шираза в Тустар[1139], по приказу присоединился к этим, и все согласованно пошли на Абадан[1140] и /256б/ Васит[1141]. Шайх Увайс Курд был проводником. Переправились через Копсар и Тигр, к вечеру подошли к могиле Саййид Ахмад Кабира и посетили ее. Затем, пройдя два дня, дошли до арабов Абадана, напали на них, взяли много лошадей и верблюдов. Оттуда вернулись, опять переправились через реку и прибыли в Тустар. Поймали Сулайман-шах Дукума — даругу Тустара, Мухаммад Аджаб Шера — даругу Дизфула, Темур Ходжу — даругу Джувайзы и Шамс ад-Дин Дехдара — правителя Хузистана, всех их поймав, у них взяли много имущества. Царевич Рустам по приказу оттуда отправился в Шираз. Царевичи и беки, отправившиеся в набег на Ирак Арабский, в ту зиму все остались там и, напав на врагов, взяли много имущества. И в начале весны, согласно приказу, отправились к Сахибкирану. Царевич Пир Мухаммад, Сулайманшах-бек и другие беки все отправились. У моста Халис, вблизи Джабал Хамра и на четыре йигача ближе, чем Куббаи Ибрахим Малик, собрались все войска и направились на служение Сахибкирану.
Причина похода государя Сахибкирана в Рум
Кара Юсуф Туркман вот уже определенное время, находясь среди мусульман, творил зло и бесчинство. Заняв дороги, он грабил приходящих и уходящих. Он нападал на караваны Хиджаза. Но поскольку он от государя Сахибкирана бежал в Рум, то Сахибкиран стал сторонником похода в Рум. Когда эта весть дошла до Рума, то и кесарь Рума занялся подготовкой к войне и стал собирать войско. Однако вельможные деятели и ученые праведники страны Рум — все, придя к Йилдырым Баязиду, наставляли ему и /257а/ сказали: «У этого царя, идущего сюда, весьма сильная власть и до сих пор кто бы ни сопротивлялся ему, все были побеждены и унижены. За какое бы трудное дело он ни брался, благодаря его власти, это дело давалось ему легко. На какой бы город и крепость он ни ходил, он брал его в короткое время. И все эти дела не зря, здесь ясно видна милость Господа Бога. Враждовать с таким человеком не к добру. Не враждуй с ним и войди с ним в согласие, дабы страна осталась невредимой».
Эти слова пришлись по душе Йилдырым Баязиду. И сам он был напуган, поэтому он к Сахибкирану направил казия мусульман вместе с одним беком, вручив им письмо, содержанием которого были покорность и подчинение. В Карабаге Аррана они прибыли к мироспасительному порогу и, извиняясь, передали письмо. Смысл письма был таков: «Милостью Господа всевышнего «ты даешь царство, кому хочешь»[1142] сей государь наделен халатом царствования, украшающим его счастливый стан. Мы тоже подчиняемся и повинуемся. Если раньше с нашей стороны и случилось некоторое неповиновение, то отныне мы раскаиваемся, и у нас, кроме подчинения и повиновения, никакого дела не будет».
Сахибкиран сказал: «Ваш царь всегда делал газават против неверных франков. Мы тоже с ним в дружбе и у нас нет мысли, чтобы отправить туда войско и разорять страну ислама, отчего враги возрадовались бы. Однако Кара Юсуф Туркман, вошедший в гущу мусульман, является злокозненным несчастным. Из-за своего несчастья, занимаясь грабежом на дорогах, причиняет мусульманам зло. В это время, когда этот, бежав от нас, спасается у него, либо пусть он убьет его и успокоит мусульман, либо свяжет его и доставит к нам. /257б/ Если он сделает одно из этих двух дел, между нами будет дружба».
Румские послы, услышав эти слова, все были посрамлены и никакого ответа не дали.
Через несколько дней он приготовился к охоте, переправился через реку Араке и в Актаме вместе со своими слугами и приближенными окружили те степи и горы. Через несколько дней круг сомкнулся, воины шли, взявшись за руки друг с другом. Из-за изобилия вида животных, добыли бесчисленное множество живности. После охоты государь разрешил воротиться Тахуртану и послам Рума. Группа из послов, как-то Мухаммад Азад и Токал Бавурчи, войдя внутрь облавы, много животных отстреляли.
После завершения охоты государь вернулся в лагерь и занялся беседой. В той беседе румским послам надел халаты, дал золотые ремни и сказал: «В эту зиму мы будем находиться здесь. В начале весны подойдем ближе к Руму, посмотрим, какой ответ поступит к нам от кесаря. Если придет хороший ответ, то это то, что надо. Но если нет, то посмотрим, что будет». Баязид Чимбай Элчикдая с группой людей и письмом отправил в Рум вместе с теми послами. Смысл письма был таков: «После привета наши слова таковы: прибыли ваши послы и известили нас о ваших хороших словах. Если эти слова истинны, то надобно, чтобы послали к нам Кара Юсуф Туркмана, или устраните это несчастье из головы мусульман. И пошлите к нам одного старшего бека, чтобы мы заключили договоры и между нами установилась обоюдная связь, и чтобы мусульмане были в спокойствии. Если же не послушаетесь нашего слова, то все, что случится, будет на вашей совести».
О рытье Канала Барлас
Море милости Господа всевышнего безбрежно, и его силе и науке нет предела. Господь царь небесный, любящий своих рабов, выделяет некоторых из своих рабов благочестием и щедростью, чтобы от него в мире осталось доброе наследие /258а/ в виде городов и зданий, мечетей и ханакахов, рабатов, которые они построят, проведут каналы. От всего этого рабам божьим будет благо. И эти хорошие дела останутся от него памятником в этом мире. Одним из таких дел является то, что, говорят, некто из минувших царей провел от реки Араке большой канал. Но со временем этот канал заново заполнился землей и исчез. Во время охоты взор Сахибкирана пал на следы канала. И в его благословенной душе возникла мысль заново прорыть этот канал и пустить по нему воду. Было приказано: «Тавачиям распределить эту землю между беками!» Тавачии прошлись и распределили землю между беками. За месяц полностью прорыли канал. На протяжении десяти йигачей пути текла вода по каналу. Канал был настолько глубоким, что он был судоходен. Началом канала была река Араке, в средней части была местность по названию Кешк Чекиши, и завершался канал в Сурхапуле. Этот канал назвали Каналом Барлас. Благодаря этой воде благоустроились многие селения и сады, оросились поля[1143].
По сути, делом Сахибкирана всегда были походы, и он на одном месте не останавливался. Однако в каждой области от него остались столько зданий, орошенных полей и благоустроенных земель, что им несть числа.
Сахибкиран возвращается из Карабага и идет в пустыню Шамкура
Когда Солнце дошло до седьмого градуса Рыб, являющегося двухтелесным созвездием, в благословенной душе Сахибкирана появилась мечта о походе в Рум. У Сахибкирана такая мысль была оттого, что они всегда только извинялись, но царь Рума не налаживал подлинно хорошие отношения с Сахибкираном. Поэтому Сахибкиран обдумывал это дело. Он знал, что Рум — великая страна, войска там много. Войско Сахибкирана вот уже три года не стояло на одном месте, и всегда были в движении и походах. Военачальники, узнав, что Сахибкиран хочет идти в Рум, призадумались. Шамс ад-Дин Мухаммад Алмалыги был при государе завсегдатаем, которого тот слушал. Все беки сказали ему: «Когда найдешь удобный случай, скажи государю, что, мол, все беки говорят, что поход в Рум нужно хорошо обдумать. Этот поход не похож на другие походы. И еще звездочеты говорят, что Чагатаево войско при походе в Рум потерпит поражение». Шамс ад-Дин доложил эти слова государю. Чтобы устранить беспокойство беков, государь вызвал Мавлана Абдуллах Лисана и расспросил кое-что о расположении небесных светил и затем добавил: «Все, что показывают звезды, не скрывай от меня». Упомянутый Мавлана доложил: «В календаре на этот год указывают, что гороскоп бахадуров Вашего войска весьма высок. В гороскопе противника заметна слабость».
