— Сара, у тебя нет подозрений кто бы это мог быть? — Никсон щурится от солнца, только вышедшего из-за облаков.

— Я думала, у тебя есть что-то… Раз ты хотел со мной поговорить, — есть ощущение, что я разговариваю с мини-версией шерифа, который мягко и ненавязчиво решил выпытать у меня информацию. Он ещё больше сморщился, в чём яркое солнце не было причиной. Одноклассник устало вздохнул.

— Я не должен это никому рассказывать, но вчера я случайно услышал, что записи с камер наблюдения в школе пропали, — вот тебе новость! Я ошарашенно пялюсь на одноклассника, не зная, что сказать.

— На территории школы не много камер, в кабинете информатики и по периметру школы. Но все записи с них исчезли, отец считает, что нападавший либо учится, либо работает в школе, — видя, что я озадачена полученной информацией, продолжил парень.

— По-моему, это и без пропажи видеозаписей было очевидно, — от моего тона веет холодом, прошло столько времени, а шериф только сейчас сузил круг подозреваемых до нескольких сот человек, как это “компетентно”.

— Я понимаю, что ты не доверяешь моему отцу, ты новенькая, — Что? А это тут причём? Может нужно искать преступника получше? И тогда я не буду злиться, буду чувствовать себя в безопасности.

Пауза. Неловкая пауза. Уж лучше я промолчу!

— Сара, ты и вправду не знаешь, кто мог на вас напасть? Почему вы должны были встретиться? — так я тебе и сказала, не тот уровень доверия, за полтора месяца на пальцах можно посчитать, сколько раз я с тобой беседовала, “дружок отрыжки единорога”.

— Ты так спросил, как будто мы не могли встретиться с Саймоном, мы вообще-то дружим, — с моей стороны это звучит как упрёк, ну а что он хотел? Меня начинает раздражать этот разговор с непонятными намёками.

— Нет, ты не подумай ничего, я, если честно, подумал сначала на Майкла, — снова здорово, почему каждая вторая особь мужского пола в этой школе ненавидит Тёрнера? Вы его вообще хорошо знаете? Да, он заноза в заднице и весьма заносчив, но Майкл бы никогда и пальцем меня не тронул. — Но потом я узнал от отца, что он был в это время у директора, — будто сглаживая острые углы напряженной беседы между нами, продолжил Никсон.

— Дерек, ты меня конечно извини, но даже если бы у Майкла не было алиби, я бы никогда на него не подумала. Знаешь, он как-то не склонен к нападению исподтишка на своих друзей и девушек!

— Он вспыльчив, Сара, — громко заявляет Никсон. Его скулы сжимаются с такой силой, что еще чуть-чуть и я услышу скрип зубов.

— Да, но на меня бы он не набросился, Майкл всегда меня защищает, — этот спор заходит в тупик, и лицо парня тут же меняется.

— И ты его тоже, — похоже Дерек и о ситуации с мистером Тёрнером в курсе, хорошо быть сыном шерифа. Даже немного завидую ему сейчас.

— Ты и об этом слышал…

— Да, и о героическом поступке твоей мамы тоже. Похоже, что в вашей семье только сильные женщины, — уголки его губ еле заметно скользят вверх, солнце заходит за облака и от хмурого лица не остаётся и следа.

— Дерек, если ты так много знаешь, то … Если честно, на кого бы, кроме Майкла, ты ещё подумал? — в надежде услышать честный ответ, задаю контрольный вопрос, меня ждут Тёрнер и Роджерс, и могу поспорить они на взводе.

— Ну… Понимаешь, Сара, мне почему-то не верится, что ты просто попалась под руку нападавшему. Он ведь напал на тебя со спины. А с учётом расположения единственной двери в душевую, нападавший вернулся. Вопрос — зачем? Если бы ему нужен был только Саймон, я бы на его месте быстро убрался оттуда… — звучит весьма логично, — Но нет, он вернулся. Значит у него был мотив, и я больше чем уверен в том, что он поджидал вас обоих. Возможно, он следил за вами.

— А может это была она? — вспомнив слова Стива о том, что футболист убил бы нас на месте, мне почему-то в голову пришла мысль, что на нас могла напасть девушка. Кэнди или Адель?

— Этого я тоже не исключаю, — снова пауза, он о чём-то задумался, а мне не хочется мешать ему своей болтовней, тем более мне нужно больше информации, а Никсон может её мне предоставить.

— Ты же не думаешь, что это Кэнди? — выйдя из пелены собственных размышлений, Дерек задаёт мне не очень удобный вопрос. С одной стороны, он не кажется мне плохим человеком, но с другой стоит его дружба с Нельсон.

— Это ты мне лучше скажи, я её плохо знаю… — отлично, я почти без потерь вышла из неловкой ситуации.

— Понимаешь, она сложный человек, но я уверен, что Кэнди на такое не способна, — ой, что-то мне подсказывает, что ты врёшь, как бы не хотел скрыть этот факт под маской спокойствия с небольшой ноткой лицемерия.

— Хорошо, будем считать, что ты прав, но ты конечно, извини меня, заранее…. — эм, как бы сказать помягче, — Но Нельсон ревнует тебя к Стефани и не как друга, если ты понимаешь, о чём я.

— Я заметил, спасибо, — без доли раздражения отмечает парень. Всё он, блин, знает, вот только я бы на его месте уже давно послала такую подругу. Это розовое проклятие только портит ему жизнь. До сих пор жалею, что пыталась их свести.

Внезапно наш разговор прерывает звонок мобильного, и не моего, а я то уже думала, что Майкл не выдержит первый и начнёт мне трезвонить.

— Алло… Что-то случилось? — в трубке можно различить женский голос, но вот что она говорит не разобрать. — Я же слышу по голосу, говори. Хорошо, хорошо, скоро буду, — Дерек сбрасывает звонок и резко встаёт. Он чем-то обеспокоен, похоже что-то произошло.

— Сара, извини, мне пора, — Никсон произносит это на ходу, спускаясь по ступенькам трибуны.

— Да, конечно, иди, — бросаю ему вслед, и он резко оборачивается и молчит, будто переваривая что-то в своей голове.

— Пообещай мне, что если что-то узнаешь, то пойдешь к моему отцу, а не к Холлу, — он явно расстроен тем, что произошло сегодня в классе. Конечно, слова Джона задели его, и он мог принять их на свой счёт, как сын шерифа, но парень искренне надеется, что я не совершу глупость.

— Обещаю, к Холлу я не пойду, — кротко улыбаюсь, он кивает и уходит. Да, занятная была беседа, что-то мне подсказывает, что Дерек сделал правильный выбор, выбрав свою будущую профессию в ФБР.

***

— Ну что там? — не успела я выйти со стадиона, как меня тут же напугал Тёрнер, который незаметно материализовался за моей спиной, словно чеширский кот из “Алисы в стране чудес”.

— Блин, ну зачем так пугать? — нервозно вскрикиваю и замахиваюсь кулаком, чтобы ударить Тёрнера, не со всей силы конечно, но треснуть бы стоило.

— Если ты будешь держать кулак вот так , — указывая на зажатый большой палец в моей ладони, иронизирует он. — То причинишь вреда себе больше, чем мне, ну или тому, кого соберешься когда-нибудь бить, — усмехнулся Майкл.

— Почему?

— Так ты можешь вывихнуть свой большой пальчик, — он подмигнул и улыбнулся в свойственной только ему манере. Он взял мой кулачок в ладонь и нежно погладил по костяшкам. — Ты не ответила, что нужно было Никсону? — заметив смягчение на моём лице, он вновь задал вопрос, будто переживая, что я переведу тему. Как тут её переведешь, когда Тёрнер на взводе.

— Это было странно. Он спросил меня не знаю ли я, кто на нас напал. Знаешь, на секунду мне показалось, что я говорю с шерифом, а не одноклассником, — Майкл нахмурил брови, услышав это, — Я немного вспылила… Совсем чуть-чуть, и спросила, зачем он хотел со мной поговорить…

— И?

— Дерек сказал, что исчезли все записи с камер наблюдения, — лицо Тёрнера напомнило мне мою реакцию на услышанную ранее информацию. Нам обоим было понятно, что это плохая новость, и у полиции нет зацепок.

— Значит нападавший не идиот, далеко не идиот, — констатирует уже известный факт парень, притягивая меня ближе к себе, чтобы обнять. Затем целует в макушку, от чего по телу разбегаются приятные мурашки, его прикосновения с каждым днём будоражат моё тело с новой силой. Вот это — “эффект Тёрнера”, а не какие-то глупые суеверия. Невероятную совместимость на химическом уровне наших организмов нужно изучать в лаборатории. Я просто таю от его запаха, и парфюм тут не причём. Во мне есть способность чувствовать запах его флюидов, от которых в организме мгновенно появилась сильная зависимость. Это как тонуть в озере, захлёбываясь водой, а потом вынырнуть и наконец-то вдохнуть кислород. Его запах, его прикосновения за короткое время стали для меня жизненно важными потребностями. Обратного пути похоже уже нет, эти чувства окончательны и отменить их невозможно.